Подборка: 15 цитат Ихары Сайкаку

Подборка из 15 цитат Ихары Сайкаку: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ...суетность нынешних женщин безгранична.

   ...суетность нынешних женщин безгранична.

   — Пять женщин, предавшихся любви · книга
2. «

   Все горожане, даже самого низкого звания, носят кинжалы, и потому ссоры кончаются мирно, без грубых оскорблений. Если бы никто, кроме воина, не носил оружия, то силач мог бы всегда по своей прихоти избивать слабого, но, опасаясь кинжала, он поневоле сдерживается. Под защитой клинка не страшно идти одному по безлюдной дороге в самую тёмную ночь.

   Все горожане, даже самого низкого звания, носят кинжалы, и потому ссоры кончаются мирно, без грубых оскорблений. Если бы никто, кроме воина, не носил оружия, то силач мог бы всегда по своей прихоти избивать слабого, но, опасаясь кинжала, он поневоле сдерживается. Под защитой клинка не страшно идти одному по безлюдной дороге в самую тёмную ночь.

   — История любовных похождений одинокой женщины · книга
3. «

   Торговки нитяным товаром спутали все нити любви. У хозяйки лавки вееров в сердце, как на веере, два рисунка: явный и тайный. Муж сначала не замечал тайного рисунка.

   Торговки нитяным товаром спутали все нити любви. У хозяйки лавки вееров в сердце, как на веере, два рисунка: явный и тайный. Муж сначала не замечал тайного рисунка.

   — История любовных похождений одинокой женщины · книга
4. «

   В старину скромность считалась украшением каждой порядочной женщины, а теперь даже молодые невестки одеваются слишком смело, подражая гетерам и актеркам.

   В старину скромность считалась украшением каждой порядочной женщины, а теперь даже молодые невестки одеваются слишком смело, подражая гетерам и актеркам.

   — История любовных похождений одинокой женщины · книга
5. «

   Под окном толпилось множество младенцев. На голове у них были надеты шапочки из листьев лотоса, а ниже пояса они были измазаны кровью. Счетом их было девяносто пять или шесть, и все они, плача, еле внятно лепетали: «Посади на спину!» Ах! Это, верно, те самые убумэ, о которых ходит столько страшных рассказов! Я в ужасе глядела на них, а они стали хором упрекать меня: — О жестокая, бессердечная мать! «Так это, значит, дети, которых я в свое время выкинула, — с душевной болью подумала я. — О, если бы я благополучно вырастила своих детей, у меня сейчас была бы семья многочисленнее клана Вада! Какое это было бы счастье!» — вспоминала я с тоской и раскаянием о невозвратном прошлом. Скоро призраки стали таять и исчезли бесследно.

   Под окном толпилось множество младенцев. На голове у них были надеты шапочки из листьев лотоса, а ниже пояса они были измазаны кровью. Счетом их было девяносто пять или шесть, и все они, плача, еле внятно лепетали: «Посади на спину!» Ах! Это, верно, те самые убумэ, о которых ходит столько страшных рассказов! Я в ужасе глядела на них, а они стали хором упрекать меня: — О жестокая, бессердечная мать! «Так это, значит, дети, которых я в свое время выкинула, — с душевной болью подумала я. — О, если бы я благополучно вырастила своих детей, у меня сейчас была бы семья многочисленнее клана Вада! Какое это было бы счастье!» — вспоминала я с тоской и раскаянием о невозвратном прошлом. Скоро призраки стали таять и исчезли бесследно.

   — История любовных похождений одинокой женщины · книга
6. «

   Дорога — скучное дело, но зато можно остановиться по пути и купить любовь случайной подруги на одну ночь. Эта встреча — мимолетней сновидения, но радостно стряхнуть с себя дневную усталость и позабыть тоску о своей милой родине и о той, которая там осталась.

   Дорога — скучное дело, но зато можно остановиться по пути и купить любовь случайной подруги на одну ночь. Эта встреча — мимолетней сновидения, но радостно стряхнуть с себя дневную усталость и позабыть тоску о своей милой родине и о той, которая там осталась.

   — История любовных похождений одинокой женщины · книга
7. «

   ... есть ли что-либо на свете короче человеческого блаженства?..

   ... есть ли что-либо на свете короче человеческого блаженства?..

   — Пять женщин, предавшихся любви · книга
8. «

   Поистине, нет на свете существа страшнее женщины! А ведь попытайтесь остановить их безумства — льют притворные слезы, сердятся…

   Поистине, нет на свете существа страшнее женщины! А ведь попытайтесь остановить их безумства — льют притворные слезы, сердятся…

   — Пять женщин, предавшихся любви · книга
9. «

   — Дайте огонька закурить трубку, — просит гость, а служанка только буркнет: — Вон там у вас под самым носом фонарь. — Что-то долго ванна не готова, — жалуется он. — Подумаешь! Ждали же вы десять месяцев в животе вашей матушки.

   — Дайте огонька закурить трубку, — просит гость, а служанка только буркнет: — Вон там у вас под самым носом фонарь. — Что-то долго ванна не готова, — жалуется он. — Подумаешь! Ждали же вы десять месяцев в животе вашей матушки.

   — История любовных похождений одинокой женщины · книга
10. «

    Что лучше письма передает чувства возлюбленного? Он может даже на своей далекой родине, в глуши, вверять бумаге свои заветные мысли. Но самое красноречивое послание быстро прискучит, если в нем таится обман, и будет безжалостно выброшено. Если же письмо написано от всего сердца, то оно всегда найдет отклик в другой душе. Когда читаешь такие письма, кажется, что ты видишь перед собой живого человека.

    Что лучше письма передает чувства возлюбленного? Он может даже на своей далекой родине, в глуши, вверять бумаге свои заветные мысли. Но самое красноречивое послание быстро прискучит, если в нем таится обман, и будет безжалостно выброшено. Если же письмо написано от всего сердца, то оно всегда найдет отклик в другой душе. Когда читаешь такие письма, кажется, что ты видишь перед собой живого человека.

    — История любовных похождений одинокой женщины · книга
11. «

    Любовь и темную ночь превращает в страну дня.

    Любовь и темную ночь превращает в страну дня.

    — Пять женщин, предавшихся любви · книга
12. «

    Плохое всякий держит про себя: игрок, проигравшись, помалкивает об этом; сластолюбец, не имея средств купить девушку для радости, делает вид, что ему не позволяет этого нравственность. Скандалист не расскажет о том, как его осадили, а купец, закупивший товары впрок, не сознается в убытке.

    Плохое всякий держит про себя: игрок, проигравшись, помалкивает об этом; сластолюбец, не имея средств купить девушку для радости, делает вид, что ему не позволяет этого нравственность. Скандалист не расскажет о том, как его осадили, а купец, закупивший товары впрок, не сознается в убытке.

    — Пять женщин, предавшихся любви · книга
13. «

    В потемках и собачий помет не пачкает!

    В потемках и собачий помет не пачкает!

    — Пять женщин, предавшихся любви · книга
14. «

    Любовь бывает разная, смотря по тому, кого мы любим.

    Любовь бывает разная, смотря по тому, кого мы любим.

    — Пять женщин, предавшихся любви · книга
15. «

    Нет ничего более превратного, чем жизнь человеческая, более жестокого, чем человеческая судьба. А умрешь, и ничего не останется — ни ненависти, ни любви!

    Нет ничего более превратного, чем жизнь человеческая, более жестокого, чем человеческая судьба. А умрешь, и ничего не останется — ни ненависти, ни любви!

    — Пять женщин, предавшихся любви · книга