55 цитат Ильи Эренбурга, которые захочется сохранить

Подборка из 55 цитат Ильи Эренбурга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Настоящие писатели всегда стремились выразить не себя, а через себя мысли и чувства современников.

   Настоящие писатели всегда стремились выразить не себя, а через себя мысли и чувства современников.
2. «

   О победе не раз звенела труба. Много крови было пролито. Но не растоплен Вечный Полюс, И страна моя по-прежнему раба. Шумит уже новый хозяин. Как звать его, она не знает толком, Но, покорная, тихо лобзает Хозяйскую руку, тяжелую. Где-то грозы прошумели. Но тот же снег на русских полях, Так же пахнет могильный ельник, И в глазах собачьих давний страх. Где-то вольность — далёко, далёко... Короткие зимние дни... Нет лозы, чтобы буйным соком Сердце раба опьянить.

   О победе не раз звенела труба. Много крови было пролито. Но не растоплен Вечный Полюс, И страна моя по-прежнему раба. Шумит уже новый хозяин. Как звать его, она не знает толком, Но, покорная, тихо лобзает Хозяйскую руку, тяжелую. Где-то грозы прошумели. Но тот же снег на русских полях, Так же пахнет могильный ельник, И в глазах собачьих давний страх. Где-то вольность — далёко, далёко... Короткие зимние дни... Нет лозы, чтобы буйным соком Сердце раба опьянить.
3. «

   Кто испытал любовный груз, Поймет, что значит в полдень летний Почти подвижнический хруст Тяжелой снизившейся ветви.

   Кто испытал любовный груз, Поймет, что значит в полдень летний Почти подвижнический хруст Тяжелой снизившейся ветви.
4. «

   Мы идём судить.

   Мы идём судить.
5. «

   Жить в общем можно. Но мне хочется скорее спать, нежели жить.

   Жить в общем можно. Но мне хочется скорее спать, нежели жить.

   — Владимир Пухов · книга
6. «

   Война для народов — это слёзы и кровь, это вдовы и беспризорные, это раскиданное гнездо, погибшая молодость и оскорблённая старость...

   Война для народов — это слёзы и кровь, это вдовы и беспризорные, это раскиданное гнездо, погибшая молодость и оскорблённая старость...
7. «

   Волкодав — прав, а людоед — нет. Одно дело убить бешеного волка, другое — занести свою руку на человека. Теперь всякий советский человек знает, что на нас напала свора волков.

   Волкодав — прав, а людоед — нет. Одно дело убить бешеного волка, другое — занести свою руку на человека. Теперь всякий советский человек знает, что на нас напала свора волков.
8. «

   История не мчится по автостраде, а петляет путаными тропинками.

   История не мчится по автостраде, а петляет путаными тропинками.
9. «

   Мальчиком я радовался дню рождения, а теперь расстраиваешься — цифры пугают.

   Мальчиком я радовался дню рождения, а теперь расстраиваешься — цифры пугают.

   — Андрей Иванович Пухов · книга
10. «

    Всё всегда трудно. В этом, кажется, сущность искусства.

    Всё всегда трудно. В этом, кажется, сущность искусства.

    — Владимир Пухов · книга
11. «

    Ненависть — в тусклый январский полдень Лед и сгусток замерзшего солнца. Лед. Под ним клокочет река. Рот забит, говорит рука. Нет теперь ни крыльца, ни дыма, Ни тепла от плеча любимой, Ни калитки, ни лая собак, Ни тоски. Только лед и враг.

    Ненависть — в тусклый январский полдень Лед и сгусток замерзшего солнца. Лед. Под ним клокочет река. Рот забит, говорит рука. Нет теперь ни крыльца, ни дыма, Ни тепла от плеча любимой, Ни калитки, ни лая собак, Ни тоски. Только лед и враг.
12. «

    Чужое горе — оно, как овод, Ты отмахнешься, и сядет снова, Захочешь выйти, а выйти поздно, Оно — горячий и мокрый воздух, И как ни дышишь, все так же душно.

    Чужое горе — оно, как овод, Ты отмахнешься, и сядет снова, Захочешь выйти, а выйти поздно, Оно — горячий и мокрый воздух, И как ни дышишь, все так же душно.
13. «

    Другие спят, а ты не спи, Как кот учёный на цепи.

    Другие спят, а ты не спи, Как кот учёный на цепи.
14. «

    Иногда думаешь: все кончено, точка, а на самом деле — это начало. Только другой главы.

    Иногда думаешь: все кончено, точка, а на самом деле — это начало. Только другой главы.

    — Соколовский · книга
15. «

    Нет тяжелее тех слов, которые не сказаны.

    Нет тяжелее тех слов, которые не сказаны.

    — Оттепель · книга
16. «

    Разные бывают люди: одни вылеплены из воска, другие высечены из камня; это вопрос не убеждений, а природы, и часто человек выбирает путь, мало соответствующий материалу, из которого он сделан.

    Разные бывают люди: одни вылеплены из воска, другие высечены из камня; это вопрос не убеждений, а природы, и часто человек выбирает путь, мало соответствующий материалу, из которого он сделан.
17. «

    В последнее время он начал бояться ночи, как путешествия в далекий, загадочный край.

    В последнее время он начал бояться ночи, как путешествия в далекий, загадочный край.

    — Оттепель · книга
18. «

    Ты все понимаешь — и твои станки, и ботанику, и картины. А вот я для тебя закрытая книга. Неужели ты не видишь, что для меня счастье с тобой огорчаться? Я хочу жить твоей жизнью, понимаешь?

    Ты все понимаешь — и твои станки, и ботанику, и картины. А вот я для тебя закрытая книга. Неужели ты не видишь, что для меня счастье с тобой огорчаться? Я хочу жить твоей жизнью, понимаешь?

    — Вере Григорьевна Шерер · книга
19. «

    Варвары, помышляющие сейчас о войне, готовы умертвить будущее человечества, потому что это не их будущее.

    Варвары, помышляющие сейчас о войне, готовы умертвить будущее человечества, потому что это не их будущее.
20. «

    Прочитав в десятый раз «Преступление и наказание» и вспомнив своего негритенка, он твердо решил пострадать, чтобы искупить вину. Пример Раскольникова указывал путь, и в одно утро Алексей Спиридонович, выйдя на площадь Опера, упал на тротуар возле входа в метро и завопил «Вяжите меня! Судите меня! Я убил человека!» Быстро подбежавший полицейский спросил, где совершено преступлений. Когда Алексей Спиридонович объяснил, что он убил негра во время восстания, полицейский, вместо того чтобы его связать, стал сразу приветлив, поднял его, хлопнул дружески по плечу и сказал «Вы молодец и храбрый солдат, только не следует с утра много пить!» Так неудачно кончилась попытка нашего друга пойти по стопам героев русской литературы.

    Прочитав в десятый раз «Преступление и наказание» и вспомнив своего негритенка, он твердо решил пострадать, чтобы искупить вину. Пример Раскольникова указывал путь, и в одно утро Алексей Спиридонович, выйдя на площадь Опера, упал на тротуар возле входа в метро и завопил «Вяжите меня! Судите меня! Я убил человека!» Быстро подбежавший полицейский спросил, где совершено преступлений. Когда Алексей Спиридонович объяснил, что он убил негра во время восстания, полицейский, вместо того чтобы его связать, стал сразу приветлив, поднял его, хлопнул дружески по плечу и сказал «Вы молодец и храбрый солдат, только не следует с утра много пить!» Так неудачно кончилась попытка нашего друга пойти по стопам героев русской литературы.

    — Необычайные похождения Хулио Хуренито · книга