Илья Ильф — 200 цитат с глубоким смыслом

Подборка из 200 цитат Ильи Ильфа: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Следствие по делу Корейко, — говорил Остап, — может поглотить много времени. Сколько — знает один Бог. А так как Бога нет, то никто не знает. Ужасное положение.

   — Следствие по делу Корейко, — говорил Остап, — может поглотить много времени. Сколько — знает один Бог. А так как Бога нет, то никто не знает. Ужасное положение.

   — Евгений Петров · книга
2. «

   Лицо, не истощенное умственными упражнениями.

   Лицо, не истощенное умственными упражнениями.

   — Записные книжки · книга
3. «

   — Стул! — закричал Остап. — Администратор! Наш стул плывет. Компаньоны подплыли к стулу. Он покачивался, вращался, погружался в воду, снова выплывал, удаляясь от лодки концессионеров. Вода свободно вливалась в его распоротое брюхо. Это был стул, вскрытый на «Скрябине» и теперь медленно направляющийся в Каспийское море. — Здорово, приятель! — крикнул Остап. — Давненько не виделись! Знаете, Воробьянинов, этот стул напоминает мне нашу жизнь. Мы тоже плывем по течению. Нас топят, мы выплываем, хотя, кажется, никого этим не радуем. Нас никто не любит, если не считать Уголовного розыска, который тоже нас не любит. Никому до нас нет дела.

   — Стул! — закричал Остап. — Администратор! Наш стул плывет. Компаньоны подплыли к стулу. Он покачивался, вращался, погружался в воду, снова выплывал, удаляясь от лодки концессионеров. Вода свободно вливалась в его распоротое брюхо. Это был стул, вскрытый на «Скрябине» и теперь медленно направляющийся в Каспийское море. — Здорово, приятель! — крикнул Остап. — Давненько не виделись! Знаете, Воробьянинов, этот стул напоминает мне нашу жизнь. Мы тоже плывем по течению. Нас топят, мы выплываем, хотя, кажется, никого этим не радуем. Нас никто не любит, если не считать Уголовного розыска, который тоже нас не любит. Никому до нас нет дела.

   — Евгений Петров · книга
4. «

   Знойная женщина, — сказал Остап, — мечта поэта. Провинциальная непосредственность. В центре таких субтропиков давно уже нет, но на периферии, на местах — еще встречаются.

   Знойная женщина, — сказал Остап, — мечта поэта. Провинциальная непосредственность. В центре таких субтропиков давно уже нет, но на периферии, на местах — еще встречаются.

   — Евгений Петров · книга
5. «

   Статистика знает всё.

   Статистика знает всё.

   — Евгений Петров · книга
6. «

   — Скажите, а двести рублей не могут спасти гиганта мысли? — Я думаю, что торг здесь не уместен!

   — Скажите, а двести рублей не могут спасти гиганта мысли? — Я думаю, что торг здесь не уместен!

   — Евгений Петров · книга
7. «

   Человечество хорошеет с каждым днем. Некрасивых уже совсем нет.

   Человечество хорошеет с каждым днем. Некрасивых уже совсем нет.
8. «

   Настоящая жизнь пролетела мимо, радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями.

   Настоящая жизнь пролетела мимо, радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями.

   — Евгений Петров · книга
9. «

   Почему-то каждый раз, когда начинаешь перебирать в памяти элементы, из которых складывается американская жизнь, вспоминаются именно бандиты, а если не бандиты, то ракетиры, а если не ракетиры, то банкиры, что, в общем, одно и то же. Вспоминается весь этот человеческий мусор, загрязнивший вольнолюбивую и работящую страну.

   Почему-то каждый раз, когда начинаешь перебирать в памяти элементы, из которых складывается американская жизнь, вспоминаются именно бандиты, а если не бандиты, то ракетиры, а если не ракетиры, то банкиры, что, в общем, одно и то же. Вспоминается весь этот человеческий мусор, загрязнивший вольнолюбивую и работящую страну.

   — Евгений Петров · книга
10. «

    — Что это значит? — Это значит, что вы отсталый человек. — Почему? — Потому что! Простите за пошлый вопрос: сколько у вас есть денег? — Каких денег?

    — Что это значит? — Это значит, что вы отсталый человек. — Почему? — Потому что! Простите за пошлый вопрос: сколько у вас есть денег? — Каких денег?

    — Евгений Петров · книга
11. «

    У нас хотя и не Париж, но милости просим к нашему шалашу.

    У нас хотя и не Париж, но милости просим к нашему шалашу.

    — Евгений Петров · книга
12. «

    — А у вас, в самом деле, есть рецепт? — Сейчас же вам продиктую, то есть сейчас же по получении денег. Какой угодно: картофельный, пшеничный, абрикосовый, ячменный, из тутовых ягод, из гречневой каши. Даже из обыкновенной табуретки можно гнать самогон. Некоторые любят табуретовку. А то можно простую кишмишовку или сливянку. Одним словом-любой из полутораста самогонов, рецепты которых мне известны.

    — А у вас, в самом деле, есть рецепт? — Сейчас же вам продиктую, то есть сейчас же по получении денег. Какой угодно: картофельный, пшеничный, абрикосовый, ячменный, из тутовых ягод, из гречневой каши. Даже из обыкновенной табуретки можно гнать самогон. Некоторые любят табуретовку. А то можно простую кишмишовку или сливянку. Одним словом-любой из полутораста самогонов, рецепты которых мне известны.

    — Евгений Петров · книга
13. «

    Последнее утешение он хотел найти в снах, но даже сны стали современными и злободневными.

    Последнее утешение он хотел найти в снах, но даже сны стали современными и злободневными.
14. «

    Почем опиум для народа?

    Почем опиум для народа?

    — Евгений Петров · книга
15. «

    Заграница — это миф о загробной жизни. Кто туда попадёт, тот не возвращается.

    Заграница — это миф о загробной жизни. Кто туда попадёт, тот не возвращается.

    — Евгений Петров · книга
16. «

    Граждане! — сказал Остап, открывая заседание. — Жизнь диктует свои законы, свои жестокие законы. Я не стану говорить вам о цели нашего собрания — она вам известна. Цель святая. Отовсюду мы слышим стоны. Со всех концов нашей обширной страны взывают о помощи. Мы должны протянуть руку помощи, и мы её протянем. Одни из вас служат и едят хлеб с маслом, другие занимаются отхожим промыслом и едят бутерброды с икрой. И те, и другие спят в своих постелях и укрываются тёплыми одеялами. Одни лишь маленькие дети, беспризорные, находятся без призора. Эти цветы улицы, или, как выражаются пролетарии умственного труда, цветы на асфальте, заслуживают лучшей участи. Мы, господа присяжные заседатели, должны им помочь. И мы, господа присяжные заседатели, им поможем».

    Граждане! — сказал Остап, открывая заседание. — Жизнь диктует свои законы, свои жестокие законы. Я не стану говорить вам о цели нашего собрания — она вам известна. Цель святая. Отовсюду мы слышим стоны. Со всех концов нашей обширной страны взывают о помощи. Мы должны протянуть руку помощи, и мы её протянем. Одни из вас служат и едят хлеб с маслом, другие занимаются отхожим промыслом и едят бутерброды с икрой. И те, и другие спят в своих постелях и укрываются тёплыми одеялами. Одни лишь маленькие дети, беспризорные, находятся без призора. Эти цветы улицы, или, как выражаются пролетарии умственного труда, цветы на асфальте, заслуживают лучшей участи. Мы, господа присяжные заседатели, должны им помочь. И мы, господа присяжные заседатели, им поможем».

    — Евгений Петров · книга
17. «

    В большом мире людьми двигает стремление облагодетельствовать человечество. Маленький мир далёк от таких высоких материй. У его обитателей стремление одно — как-нибудь прожить, не испытывая чувство голода.

    В большом мире людьми двигает стремление облагодетельствовать человечество. Маленький мир далёк от таких высоких материй. У его обитателей стремление одно — как-нибудь прожить, не испытывая чувство голода.

    — Евгений Петров · книга
18. «

    Первый месяц мы держались стойко. Мы не пили «Кока-кола». Мы продержались почти до конца путешествия. Ещё несколько дней – и мы были бы уже в океане, вне опасности. Но всё-таки реклама взяла свое. Мы не выдержали и отведали этого напитка. Можем сказать совершенно чистосердечно: да, «Кока-кола» действительно освежает гортань, возбуждает нервы, целительна для пошатнувшегося здоровья, смягчает душевные муки и делает человека гениальным, как Лев Толстой. Попробуй мы не сказать так, если это вбивали нам в голову три месяца, каждый день, каждый час и каждую минуту!

    Первый месяц мы держались стойко. Мы не пили «Кока-кола». Мы продержались почти до конца путешествия. Ещё несколько дней – и мы были бы уже в океане, вне опасности. Но всё-таки реклама взяла свое. Мы не выдержали и отведали этого напитка. Можем сказать совершенно чистосердечно: да, «Кока-кола» действительно освежает гортань, возбуждает нервы, целительна для пошатнувшегося здоровья, смягчает душевные муки и делает человека гениальным, как Лев Толстой. Попробуй мы не сказать так, если это вбивали нам в голову три месяца, каждый день, каждый час и каждую минуту!

    — Евгений Петров · книга
19. «

    Мы уговаривали его так, как молодой человек уговаривает девушку полюбить его. Никаких оснований у него на это нет, но ему очень хочется, чтоб его кто-нибудь полюбил. Вот он и канючит.

    Мы уговаривали его так, как молодой человек уговаривает девушку полюбить его. Никаких оснований у него на это нет, но ему очень хочется, чтоб его кто-нибудь полюбил. Вот он и канючит.

    — Евгений Петров · книга
20. «

    В самом ли деле прекрасна жизнь, или мне это только кажется?

    В самом ли деле прекрасна жизнь, или мне это только кажется?

    — Евгений Петров · книга