22 фразы Ильи Ильфа для статуса

Подборка из 22 цитаты Ильи Ильфа: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В большом городе пешеходы ведут мученическую жизнь. Для них ввели некое транспортное гетто. Им разрешают переходить улицы только на перекрёстках, то есть именно в тех местах, где движение сильнее всего и где волосок, на котором обычно висит жизнь пешехода, легче всего оборвать.

   В большом городе пешеходы ведут мученическую жизнь. Для них ввели некое транспортное гетто. Им разрешают переходить улицы только на перекрёстках, то есть именно в тех местах, где движение сильнее всего и где волосок, на котором обычно висит жизнь пешехода, легче всего оборвать.

   — Евгений Петров · книга
2. «

   Я, конечно, не херувим. У меня нет крыльев, но я чту Уголовный кодекс. Это моя слабость.

   Я, конечно, не херувим. У меня нет крыльев, но я чту Уголовный кодекс. Это моя слабость.

   — Евгений Петров · книга
3. «

   Не устраивайте преждевременной истерики. Если вы уже не можете не переживать, то переживайте молча.

   Не устраивайте преждевременной истерики. Если вы уже не можете не переживать, то переживайте молча.

   — Евгений Петров · книга
4. «

   Заграница — это миф о загробной жизни. Кто туда попадёт, тот не возвращается.

   Заграница — это миф о загробной жизни. Кто туда попадёт, тот не возвращается.

   — Евгений Петров · книга
5. «

   Кстати, о детстве, в детстве таких, как вы, я убивал на месте. Из рогатки.

   Кстати, о детстве, в детстве таких, как вы, я убивал на месте. Из рогатки.

   — Евгений Петров · книга
6. «

   У вас есть автомобиль – и вы не знаете, куда ехать. У нас автомобиля нет. Но мы знаем, куда ехать.

   У вас есть автомобиль – и вы не знаете, куда ехать. У нас автомобиля нет. Но мы знаем, куда ехать.

   — Евгений Петров · книга
7. «

   Может быть, тебе дать ещё ключ от квартиры, где деньги лежат?

   Может быть, тебе дать ещё ключ от квартиры, где деньги лежат?

   — Евгений Петров · книга
8. «

   Вам, предводитель, пора уже лечиться электричеством.

   Вам, предводитель, пора уже лечиться электричеством.

   — Евгений Петров · книга
9. «

   — Если хотите, вы можете уйти. — Тогда я, пожалуй, пойду. — Но, помните, у нас длинные руки! — Тогда я, пожалуй, останусь…

   — Если хотите, вы можете уйти. — Тогда я, пожалуй, пойду. — Но, помните, у нас длинные руки! — Тогда я, пожалуй, останусь…

   — Евгений Петров · книга
10. «

    Его рост доходил до ста восьмидесяти пяти сантиметров, и с такой высоты ему легко и удобно было относиться к теще с некоторым пренебрежением.

    Его рост доходил до ста восьмидесяти пяти сантиметров, и с такой высоты ему легко и удобно было относиться к теще с некоторым пренебрежением.

    — Евгений Петров · книга
11. «

    Напился так, что уже мог творить различные мелкие чудеса.

    Напился так, что уже мог творить различные мелкие чудеса.
12. «

    — Я покупаю самолёт! — поспешно сказал великий комбинатор. — Заверните в бумажку.

    — Я покупаю самолёт! — поспешно сказал великий комбинатор. — Заверните в бумажку.

    — Евгений Петров · книга
13. «

    Интересный вы человек! Все у вас в порядке. Удивительно, с таким счастьем — и на свободе!

    Интересный вы человек! Все у вас в порядке. Удивительно, с таким счастьем — и на свободе!

    — Евгений Петров · книга
14. «

    Эх, Киса, — сказал Остап, — мы чужие на этом празднике жизни.

    Эх, Киса, — сказал Остап, — мы чужие на этом празднике жизни.

    — Евгений Петров · книга
15. «

    Время, — сказал он, — которое мы имеем, — это деньги, которых мы не имеем.

    Время, — сказал он, — которое мы имеем, — это деньги, которых мы не имеем.

    — Евгений Петров · книга
16. «

    У меня налицо все пошлые признаки влюбленности: отсутствие аппетита, бессонница и маниакальное стремление сочинять стихи. Слушайте, что я накропал вчера ночью при колеблющемся свете электрической лампы: «Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты, как мимолетное виденье, как гений чистой красоты». Правда, хорошо? Талантливо? И только на рассвете, когда дописаны были последние строки, я вспомнил, что этот стих уже написал А. Пушкин. Такой удар со стороны классика! А?

    У меня налицо все пошлые признаки влюбленности: отсутствие аппетита, бессонница и маниакальное стремление сочинять стихи. Слушайте, что я накропал вчера ночью при колеблющемся свете электрической лампы: «Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты, как мимолетное виденье, как гений чистой красоты». Правда, хорошо? Талантливо? И только на рассвете, когда дописаны были последние строки, я вспомнил, что этот стих уже написал А. Пушкин. Такой удар со стороны классика! А?

    — Евгений Петров · книга
17. «

    Счастье, – рассуждал Остап, – всегда приходит в последнюю минуту. Если вам у Смоленского рынка нужно сесть в трамвай номер 4, а там, кроме четвертого, проходят еще пятый, семнадцатый, пятнадцатый, тридцатый, тридцать первый, Б, Г и две автобусных линии, то уж будьте уверены, что сначала пройдет Г, потом два пятнадцатых подряд, что вообще противоестественно, затем семнадцатый, тридцатый, много Б, снова Г, тридцать первый, пятый, снова семнадцатый и снова Б. И вот, когда вам начнет казаться, что четвертого номера уже не существует в природе, он медленно придет со стороны Брянского вокзала, увешанный людьми. Но пробраться в вагон для умелого трамвайного пассажира совсем не трудно. Нужно только, чтоб трамвай пришел. Если же вам нужно сесть в пятнадцатый номер, то не сомневайтесь: сначала пройдет множество вагонов всех прочих номеров, проклятый четвертый пройдет восемь раз подряд, а пятнадцатый, который еще так недавно ходил через каждые пять минут, станет появляться не чаще одного раза в сутки. Нужно лишь терпение, и вы дождетесь.

    Счастье, – рассуждал Остап, – всегда приходит в последнюю минуту. Если вам у Смоленского рынка нужно сесть в трамвай номер 4, а там, кроме четвертого, проходят еще пятый, семнадцатый, пятнадцатый, тридцатый, тридцать первый, Б, Г и две автобусных линии, то уж будьте уверены, что сначала пройдет Г, потом два пятнадцатых подряд, что вообще противоестественно, затем семнадцатый, тридцатый, много Б, снова Г, тридцать первый, пятый, снова семнадцатый и снова Б. И вот, когда вам начнет казаться, что четвертого номера уже не существует в природе, он медленно придет со стороны Брянского вокзала, увешанный людьми. Но пробраться в вагон для умелого трамвайного пассажира совсем не трудно. Нужно только, чтоб трамвай пришел. Если же вам нужно сесть в пятнадцатый номер, то не сомневайтесь: сначала пройдет множество вагонов всех прочих номеров, проклятый четвертый пройдет восемь раз подряд, а пятнадцатый, который еще так недавно ходил через каждые пять минут, станет появляться не чаще одного раза в сутки. Нужно лишь терпение, и вы дождетесь.

    — Евгений Петров · книга
18. «

    — Ваше политическое кредо? — Всегда!

    — Ваше политическое кредо? — Всегда!

    — Евгений Петров · книга
19. «

    Дверь открылась. Остап прошел в комнату, которая могла быть обставлена только существом с воображением дятла. На стенах висели кинооткрыточки, куколки и тамбовские гобелены. На этом пестром фоне, от которого рябило в глазах, трудно было заметить маленькую хозяйку комнаты. На ней был халатик, переделанный из толстовки Эрнеста Павловича и отороченный загадочным мехом.

    Дверь открылась. Остап прошел в комнату, которая могла быть обставлена только существом с воображением дятла. На стенах висели кинооткрыточки, куколки и тамбовские гобелены. На этом пестром фоне, от которого рябило в глазах, трудно было заметить маленькую хозяйку комнаты. На ней был халатик, переделанный из толстовки Эрнеста Павловича и отороченный загадочным мехом.

    — Евгений Петров · книга
20. «

    Вот, — вымолвил, наконец, Остап, — судьба играет человеком, а человек играет на трубе.

    Вот, — вымолвил, наконец, Остап, — судьба играет человеком, а человек играет на трубе.

    — Евгений Петров · книга