31 лучших цитата — Иосиф Александрович Бродский: красивые цитаты

Иосиф Александрович Бродский: красивые цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 31 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Вы знаете, сны, как сказал один мой в некотором роде знакомый, — это в общем как... «облака, проплывающие в ночном окне»...

   Вы знаете, сны, как сказал один мой в некотором роде знакомый, — это в общем как... «облака, проплывающие в ночном окне»...

   — Иосиф Александрович Бродский
2. «

   Я был попросту слеп. Ты, возникая, прячась, даровала мне зрячесть. Так оставляют след.

   Я был попросту слеп. Ты, возникая, прячась, даровала мне зрячесть. Так оставляют след.

   — Иосиф Александрович Бродский
3. «

   Проснувшись утром в измененном мире Укрытом белой снежной простыней, Осознаешь, что есть какой то высший, Ничем не измеряемый покой.

   Проснувшись утром в измененном мире Укрытом белой снежной простыней, Осознаешь, что есть какой то высший, Ничем не измеряемый покой.

   — Иосиф Александрович Бродский
4. «

   Одушевлённый мир не мой кумир.

   Одушевлённый мир не мой кумир.

   — Иосиф Александрович Бродский
5. «

   Прощай, позабудь и не обессудь. А письма сожги, как мост. Да будет мужественным твой путь, да будет он прям и прост. Да будет во мгле для тебя гореть звездная мишура, да будет надежда ладони греть у твоего костра. Да будут метели, снега, дожди и бешеный рев огня, да будет удач у тебя впереди больше, чем у меня. Да будет могуч и прекрасен бой, гремящий в твоей груди.

   Прощай, позабудь и не обессудь. А письма сожги, как мост. Да будет мужественным твой путь, да будет он прям и прост. Да будет во мгле для тебя гореть звездная мишура, да будет надежда ладони греть у твоего костра. Да будут метели, снега, дожди и бешеный рев огня, да будет удач у тебя впереди больше, чем у меня. Да будет могуч и прекрасен бой, гремящий в твоей груди.

   — Иосиф Александрович Бродский
6. «

   В ушную раковину Бога, Закрытую от шума дня, Шепни всего четыре слога: Прости меня!

   В ушную раковину Бога, Закрытую от шума дня, Шепни всего четыре слога: Прости меня!

   — Иосиф Александрович Бродский
7. «

   Глаза их полны заката, Сердца их полны рассвета.

   Глаза их полны заката, Сердца их полны рассвета.

   — Иосиф Александрович Бродский
8. «

   Престол небесный одеть в багрянец. Так сросся с бездной испанский танец.

   Престол небесный одеть в багрянец. Так сросся с бездной испанский танец.

   — Иосиф Александрович Бродский
9. «

   Я любил тебя больше, чем ангелов и Самого, и поэтому дальше теперь от тебя, чем от них обоих.

   Я любил тебя больше, чем ангелов и Самого, и поэтому дальше теперь от тебя, чем от них обоих.

   — Иосиф Александрович Бродский
10. «

    Закат догорал в партере китайским веером, и туча клубилась, как крышка концертного фортепьяно.

    Закат догорал в партере китайским веером, и туча клубилась, как крышка концертного фортепьяно.

    — Иосиф Александрович Бродский
11. «

    И трепещут цветы у него позади на краю темноты, словно сердце в груди.

    И трепещут цветы у него позади на краю темноты, словно сердце в груди.

    — Иосиф Александрович Бродский
12. «

    Я всегда твердил, что судьба — игра. Что зачем нам рыба, раз есть икра. Что готический стиль победит, как школа, Как способность торчать, избежав укола. Я сижу у окна. За окном осина. Я любил немногих. Однако — сильно.

    Я всегда твердил, что судьба — игра. Что зачем нам рыба, раз есть икра. Что готический стиль победит, как школа, Как способность торчать, избежав укола. Я сижу у окна. За окном осина. Я любил немногих. Однако — сильно.

    — Иосиф Александрович Бродский
13. «

    Ты – никто, и я – никто. Вместе мы – почти пейзаж.

    Ты – никто, и я – никто. Вместе мы – почти пейзаж.

    — Иосиф Александрович Бродский
14. «

    ... и я рад, что на свете есть расстояния более немыслимые, чем между тобой и мною.

    ... и я рад, что на свете есть расстояния более немыслимые, чем между тобой и мною.

    — Иосиф Александрович Бродский
15. «

    Я слышу не то, что ты мне говоришь, а голос. Я вижу не то, во что ты одета, а ровный снег. И это не комната, где мы сидим, но полюс; плюс наши следы ведут от него, а не к.

    Я слышу не то, что ты мне говоришь, а голос. Я вижу не то, во что ты одета, а ровный снег. И это не комната, где мы сидим, но полюс; плюс наши следы ведут от него, а не к.

    — Иосиф Александрович Бродский
16. «

    Пестроту июля, зелень весны осень превращает в черные строки, и зима читает ее упреки и зачитывает до белизны.

    Пестроту июля, зелень весны осень превращает в черные строки, и зима читает ее упреки и зачитывает до белизны.

    — Иосиф Александрович Бродский
17. «

    Через два года высохнут акации, упадут акции, поднимутся налоги. Через два года увеличится радиация. Через два года. Через два года. Через два года истреплются костюмы, перемелем истины, переменим моды. Через два года износятся юноши. Через два года. Через два года. Через два года поломаю шею, поломаю руки, разобью морду. Через два года мы с тобой поженимся. Через два года. Через два года.

    Через два года высохнут акации, упадут акции, поднимутся налоги. Через два года увеличится радиация. Через два года. Через два года. Через два года истреплются костюмы, перемелем истины, переменим моды. Через два года износятся юноши. Через два года. Через два года. Через два года поломаю шею, поломаю руки, разобью морду. Через два года мы с тобой поженимся. Через два года. Через два года.

    — Иосиф Александрович Бродский
18. «

    Пыль! Эта странная субстанция, летящая вам в лицо. Она заслуживает внимания, она не должна скрываться за словом «пыль». Просто ли это грязь, не находящая себе места, но составляющая самое существо этой части света? Или она — Земля, пытающаяся подняться в воздух, оторваться от самой себя, как мысль от тела, как тело, уступающее себя жаре.

    Пыль! Эта странная субстанция, летящая вам в лицо. Она заслуживает внимания, она не должна скрываться за словом «пыль». Просто ли это грязь, не находящая себе места, но составляющая самое существо этой части света? Или она — Земля, пытающаяся подняться в воздух, оторваться от самой себя, как мысль от тела, как тело, уступающее себя жаре.

    — Иосиф Александрович Бродский
19. «

    Я бы вплетал свой голос в общий звериный вой там, где нога продолжает начатое головой. Изо всех законов, изданных Хаммурапи, самые главные — пенальти и угловой.

    Я бы вплетал свой голос в общий звериный вой там, где нога продолжает начатое головой. Изо всех законов, изданных Хаммурапи, самые главные — пенальти и угловой.

    — Иосиф Александрович Бродский
20. «

    Звук — форма продолженья тишины, подобье развивающейся ленты.

    Звук — форма продолженья тишины, подобье развивающейся ленты.

    — Иосиф Александрович Бродский