38 мудрых мыслей Иосифа Александровича Бродский: красивые цитаты

Иосиф Александрович Бродский: красивые цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 38 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Приношу Вам любовь свою долгую, сознавая ненужность её.

   Приношу Вам любовь свою долгую, сознавая ненужность её.

   — Иосиф Александрович Бродский
2. «

   Я бы вплетал свой голос в общий звериный вой там, где нога продолжает начатое головой. Изо всех законов, изданных Хаммурапи, самые главные — пенальти и угловой.

   Я бы вплетал свой голос в общий звериный вой там, где нога продолжает начатое головой. Изо всех законов, изданных Хаммурапи, самые главные — пенальти и угловой.

   — Иосиф Александрович Бродский
3. «

   Я был попросту слеп. Ты, возникая, прячась, даровала мне зрячесть. Так оставляют след.

   Я был попросту слеп. Ты, возникая, прячась, даровала мне зрячесть. Так оставляют след.

   — Иосиф Александрович Бродский
4. «

   ... книга является средством перемещения в пространстве опыта со скоростью переворачиваемой страницы.

   ... книга является средством перемещения в пространстве опыта со скоростью переворачиваемой страницы.

   — Иосиф Александрович Бродский · книга
5. «

   Если это время года и не всегда усмиряет нервы, оно все-таки подчиняет их инстинктам: красота при низких температурах — настоящая красота.

   Если это время года и не всегда усмиряет нервы, оно все-таки подчиняет их инстинктам: красота при низких температурах — настоящая красота.

   — Иосиф Александрович Бродский · книга
6. «

   Так чужды были всякой новизне, что тесные объятия во сне бесчестили любой психоанализ; что губы, припадавшие к плечу, с моими, задувавшими свечу, не видя дел иных, соединялись.

   Так чужды были всякой новизне, что тесные объятия во сне бесчестили любой психоанализ; что губы, припадавшие к плечу, с моими, задувавшими свечу, не видя дел иных, соединялись.

   — Иосиф Александрович Бродский
7. «

   Закат догорал в партере китайским веером, и туча клубилась, как крышка концертного фортепьяно.

   Закат догорал в партере китайским веером, и туча клубилась, как крышка концертного фортепьяно.

   — Иосиф Александрович Бродский
8. «

   Пестроту июля, зелень весны осень превращает в черные строки, и зима читает ее упреки и зачитывает до белизны.

   Пестроту июля, зелень весны осень превращает в черные строки, и зима читает ее упреки и зачитывает до белизны.

   — Иосиф Александрович Бродский
9. «

   В ушную раковину Бога, Закрытую от шума дня, Шепни всего четыре слога: Прости меня!

   В ушную раковину Бога, Закрытую от шума дня, Шепни всего четыре слога: Прости меня!

   — Иосиф Александрович Бродский
10. «

    Если пространство обладает собственным разумом и ведает своим распределением, то имеется вероятность, что хотя бы один из тех десяти метров тоже может вспоминать обо мне с нежностью. Тем более теперь, под чужими ногами.

    Если пространство обладает собственным разумом и ведает своим распределением, то имеется вероятность, что хотя бы один из тех десяти метров тоже может вспоминать обо мне с нежностью. Тем более теперь, под чужими ногами.

    — Иосиф Александрович Бродский
11. «

    Так долго вместе прожили, что снег коль выпадал, то думалось — навеки, что, дабы не зажмуривать ей век, я прикрывал ладонью их, и веки, не веря, что их пробуют спасти, метались там, как бабочки в горсти.

    Так долго вместе прожили, что снег коль выпадал, то думалось — навеки, что, дабы не зажмуривать ей век, я прикрывал ладонью их, и веки, не веря, что их пробуют спасти, метались там, как бабочки в горсти.

    — Иосиф Александрович Бродский
12. «

    Опять равнина. Полночь. Входят двое. И всё сливается в их волчьем вое.

    Опять равнина. Полночь. Входят двое. И всё сливается в их волчьем вое.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
13. «

    Запоминать, как медленно опускается снег, когда нас призывают к любви.

    Запоминать, как медленно опускается снег, когда нас призывают к любви.

    — Иосиф Александрович Бродский
14. «

    Закат ласкает табуретку, печь, зажавшие окурок пальцы. И синий дым нанизывает кольца на яркий безымянный луч.

    Закат ласкает табуретку, печь, зажавшие окурок пальцы. И синий дым нанизывает кольца на яркий безымянный луч.

    — Иосиф Александрович Бродский
15. «

    В его накале в любой детали месть вертикали горизонтали.

    В его накале в любой детали месть вертикали горизонтали.

    — Иосиф Александрович Бродский
16. «

    Через два года высохнут акации, упадут акции, поднимутся налоги. Через два года увеличится радиация. Через два года. Через два года. Через два года истреплются костюмы, перемелем истины, переменим моды. Через два года износятся юноши. Через два года. Через два года. Через два года поломаю шею, поломаю руки, разобью морду. Через два года мы с тобой поженимся. Через два года. Через два года.

    Через два года высохнут акации, упадут акции, поднимутся налоги. Через два года увеличится радиация. Через два года. Через два года. Через два года истреплются костюмы, перемелем истины, переменим моды. Через два года износятся юноши. Через два года. Через два года. Через два года поломаю шею, поломаю руки, разобью морду. Через два года мы с тобой поженимся. Через два года. Через два года.

    — Иосиф Александрович Бродский
17. «

    Проснувшись утром в измененном мире Укрытом белой снежной простыней, Осознаешь, что есть какой то высший, Ничем не измеряемый покой.

    Проснувшись утром в измененном мире Укрытом белой снежной простыней, Осознаешь, что есть какой то высший, Ничем не измеряемый покой.

    — Иосиф Александрович Бродский
18. «

    Засвети же свечу на краю темноты. Я увидеть хочу то, что чувствуешь ты.

    Засвети же свечу на краю темноты. Я увидеть хочу то, что чувствуешь ты.

    — Иосиф Александрович Бродский
19. «

    Ни тоски, ни любви, ни печали, ни тревоги, ни боли в груди, будто целая жизнь за плечами и всего полчаса впереди.

    Ни тоски, ни любви, ни печали, ни тревоги, ни боли в груди, будто целая жизнь за плечами и всего полчаса впереди.

    — Иосиф Александрович Бродский
20. «

    Звук — форма продолженья тишины, подобье развивающейся ленты.

    Звук — форма продолженья тишины, подобье развивающейся ленты.

    — Иосиф Александрович Бродский