176 цитат Иосифа Александровича Бродского о жизни и людях

Ниже 176 цитат Иосифа Александровича Бродского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Что-то в их лицах есть, что противно уму. Что выражает лесть неизвестно кому.

   Что-то в их лицах есть, что противно уму. Что выражает лесть неизвестно кому.
2. «

   Пьяный человек, особенно иностранец, особенно русский, особенно ночью, всегда немного беспокоится, найдет ли он дорогу в гостиницу, и от этого беспокойства постепенно трезвеет.

   Пьяный человек, особенно иностранец, особенно русский, особенно ночью, всегда немного беспокоится, найдет ли он дорогу в гостиницу, и от этого беспокойства постепенно трезвеет.
3. «

   ... Для того, чтоб понять по-настоящему, что есть та или иная страна или то или иное место, туда надо ехать зимой, конечно. Потому что зимой жизнь более реальна, больше диктуется необходимостью. Зимой контуры чужой жизни более отчетливы. Для путешественника это — бонус.

   ... Для того, чтоб понять по-настоящему, что есть та или иная страна или то или иное место, туда надо ехать зимой, конечно. Потому что зимой жизнь более реальна, больше диктуется необходимостью. Зимой контуры чужой жизни более отчетливы. Для путешественника это — бонус.
4. «

   До свиданья! Прощай! Tам не ты — это кто-то другая, до свиданья, прощай, до свиданья, моя дорогая. Oтлетай, отплывай самолётом молчанья — в пространстве мгновенья, кораблём забыванья — в широкое море забвенья.

   До свиданья! Прощай! Tам не ты — это кто-то другая, до свиданья, прощай, до свиданья, моя дорогая. Oтлетай, отплывай самолётом молчанья — в пространстве мгновенья, кораблём забыванья — в широкое море забвенья.
5. «

   Вполголоса — конечно, не во весь - прощаюсь навсегда с твоим порогом. Не шелохнется град, не встрепенется весь от голоса приглушенного. С Богом! По лестнице, на улицу, во тьму... Перед тобой — окраины в дыму, простор болот, вечерняя прохлада. Я не преграда взору твоему, словам твоим печальным — не преграда. И что он — отсюда не видать. Пучки травы... и лиственниц убранство... Тебе не в радость, мне не в благодать безлюдное, доступное пространство.

   Вполголоса — конечно, не во весь - прощаюсь навсегда с твоим порогом. Не шелохнется град, не встрепенется весь от голоса приглушенного. С Богом! По лестнице, на улицу, во тьму... Перед тобой — окраины в дыму, простор болот, вечерняя прохлада. Я не преграда взору твоему, словам твоим печальным — не преграда. И что он — отсюда не видать. Пучки травы... и лиственниц убранство... Тебе не в радость, мне не в благодать безлюдное, доступное пространство.
6. «

   Всегда помните, что в этом мире нет объятий, которые в конце концов не разомкнутся.

   Всегда помните, что в этом мире нет объятий, которые в конце концов не разомкнутся.

   — Похвала скуке · книга
7. «

   В каждой музыке Бах, В каждом из нас Бог.

   В каждой музыке Бах, В каждом из нас Бог.
8. «

   Объект любви не хочет быть объектом любопытства.

   Объект любви не хочет быть объектом любопытства.
9. «

   Генерал! Наши карты — дерьмо. Я пас.

   Генерал! Наши карты — дерьмо. Я пас.
10. «

    Рыбы зимой живут. Рыбы жуют кислород. Рыбы зимой плывут, задевая глазами лёд...

    Рыбы зимой живут. Рыбы жуют кислород. Рыбы зимой плывут, задевая глазами лёд...
11. «

    Нет, мы не стали глуше или старше, мы говорим слова свои, как прежде, и наши пиджаки темны всё так же, и нас не любят женщины всё те же.

    Нет, мы не стали глуше или старше, мы говорим слова свои, как прежде, и наши пиджаки темны всё так же, и нас не любят женщины всё те же.
12. «

    Сознание собственной исключительности, имейте в виду, также подрывает вашу уникальность, не говоря о том, что оно сужает ваше чувство реальности до уже достигнутого.

    Сознание собственной исключительности, имейте в виду, также подрывает вашу уникальность, не говоря о том, что оно сужает ваше чувство реальности до уже достигнутого.
13. «

    Ибо пыль — это плоть времени; плоть и кровь.

    Ибо пыль — это плоть времени; плоть и кровь.
14. «

    Ибо, смерти помимо, всё, что имеет дело с пространством, — всё заменимо. И особенно тело.

    Ибо, смерти помимо, всё, что имеет дело с пространством, — всё заменимо. И особенно тело.
15. «

    Я взбиваю подушку мычащим «ты» За морями, которым конца и края, В темноте всем телом твои черты, Как безумное зеркало повторяя.

    Я взбиваю подушку мычащим «ты» За морями, которым конца и края, В темноте всем телом твои черты, Как безумное зеркало повторяя.
16. «

    Узнать, что тебя обманули, что совершенно о тебе позабыли или — наоборот - что тебя до сих пор ненавидят — крайне неприятно. Но воображать себя центром даже невзрачного мирозданья непристойно и невыносимо.

    Узнать, что тебя обманули, что совершенно о тебе позабыли или — наоборот - что тебя до сих пор ненавидят — крайне неприятно. Но воображать себя центром даже невзрачного мирозданья непристойно и невыносимо.
17. «

    ... Мир останется прежним. Да. Останется прежним, ослепительно снежным и сомнительно нежным. Мир останется лживым. Мир останется вечным, может быть, постижимым, но все-таки бесконечным. И, значит, не будет толка от веры в себя да в Бога. И, значит, остались только Иллюзия и дорога. И быть над землёй закатам. И быть над землёй рассветам...

    ... Мир останется прежним. Да. Останется прежним, ослепительно снежным и сомнительно нежным. Мир останется лживым. Мир останется вечным, может быть, постижимым, но все-таки бесконечным. И, значит, не будет толка от веры в себя да в Бога. И, значит, остались только Иллюзия и дорога. И быть над землёй закатам. И быть над землёй рассветам...
18. «

    Прощай, позабудь и не обессудь. А письма сожги, как мост. Да будет мужественным твой путь, да будет он прям и прост. Да будет во мгле для тебя гореть звездная мишура, да будет надежда ладони греть у твоего костра. Да будут метели, снега, дожди и бешеный рев огня, да будет удач у тебя впереди больше, чем у меня. Да будет могуч и прекрасен бой, гремящий в твоей груди.

    Прощай, позабудь и не обессудь. А письма сожги, как мост. Да будет мужественным твой путь, да будет он прям и прост. Да будет во мгле для тебя гореть звездная мишура, да будет надежда ладони греть у твоего костра. Да будут метели, снега, дожди и бешеный рев огня, да будет удач у тебя впереди больше, чем у меня. Да будет могуч и прекрасен бой, гремящий в твоей груди.
19. «

    Всячески избегайте приписывать себе статус жертвы. Из всех частей тела наиболее бдительно следите за вашим указательным пальцем, ибо он жаждет обличать. Указующий перст есть признак жертвы — в противоположность поднятым в знаке Victoria среднему и указательному пальцам, он является синонимом капитуляции. Каким бы отвратительным ни было ваше положение, старайтесь не винить в этом внешние силы: историю, государство, начальство, расу, родителей, фазу луны, детство, несвоевременную высадку на горшок и т.д. Меню обширное и скучное, и сами его обширность и скука достаточно оскорбительны, чтобы восстановить разум против пользования им. В момент, когда вы возлагаете вину на что-то, вы подрываете собственную решимость что-нибудь изменить и увеличиваете вакуум безответственности.

    Всячески избегайте приписывать себе статус жертвы. Из всех частей тела наиболее бдительно следите за вашим указательным пальцем, ибо он жаждет обличать. Указующий перст есть признак жертвы — в противоположность поднятым в знаке Victoria среднему и указательному пальцам, он является синонимом капитуляции. Каким бы отвратительным ни было ваше положение, старайтесь не винить в этом внешние силы: историю, государство, начальство, расу, родителей, фазу луны, детство, несвоевременную высадку на горшок и т.д. Меню обширное и скучное, и сами его обширность и скука достаточно оскорбительны, чтобы восстановить разум против пользования им. В момент, когда вы возлагаете вину на что-то, вы подрываете собственную решимость что-нибудь изменить и увеличиваете вакуум безответственности.
20. «

    Он был тощим, облезлым, рыжим, грязь помоек его покрывала. Он скитался по ржавым крышам, а ночами сидел в подвалах. Он был старым и очень слабым, а морозы порой жестоки. У него замерзали лапы, точно так же, как стынут ноги. Но его никогда не грели, не ласкали и не кормили. Потому что его не жалели. Потому что его не любили. Потому что выпали зубы. Потому что в ушах нарывы. Почему некрасивых не любят? Кто-то должен любить некрасивых.

    Он был тощим, облезлым, рыжим, грязь помоек его покрывала. Он скитался по ржавым крышам, а ночами сидел в подвалах. Он был старым и очень слабым, а морозы порой жестоки. У него замерзали лапы, точно так же, как стынут ноги. Но его никогда не грели, не ласкали и не кормили. Потому что его не жалели. Потому что его не любили. Потому что выпали зубы. Потому что в ушах нарывы. Почему некрасивых не любят? Кто-то должен любить некрасивых.