412 цитат Иосифа Александровича Бродского для тех, кто любит думать

Ниже 412 цитат Иосифа Александровича Бродского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   ... Любовь, как акт, лишена глагола.

   ... Любовь, как акт, лишена глагола.
2. «

   Со стороны творческие способности представляются предметом зависти или восхищения; изнутри — это нескончаемое упражнение в неуверенности и огромная школа сомнений.

   Со стороны творческие способности представляются предметом зависти или восхищения; изнутри — это нескончаемое упражнение в неуверенности и огромная школа сомнений.

   — Меньше единицы · книга
3. «

   Я не думаю, что кто бы то ни было может прийти в восторг, когда его выкидывают из родного дома. Даже те, кто уходят сами. Но независимо от того, каким образом ты его покидаешь, дом не перестает быть родным. Как бы ты в нём – хорошо или плохо – ни жил. И я совершенно не понимаю, почему от меня ждут, а иные даже требуют, чтобы я мазал его ворота дёгтем. Россия – это мой дом, я прожил в нём всю свою жизнь, и всем, что имею за душой, я обязан ей и её народу. И – главное – её языку.

   Я не думаю, что кто бы то ни было может прийти в восторг, когда его выкидывают из родного дома. Даже те, кто уходят сами. Но независимо от того, каким образом ты его покидаешь, дом не перестает быть родным. Как бы ты в нём – хорошо или плохо – ни жил. И я совершенно не понимаю, почему от меня ждут, а иные даже требуют, чтобы я мазал его ворота дёгтем. Россия – это мой дом, я прожил в нём всю свою жизнь, и всем, что имею за душой, я обязан ей и её народу. И – главное – её языку.
4. «

   Раньше мы поливали газон из лейки, в комара попадали из трёхлинейки, жука сажали, как турка, на кол. И жук не жужжал, комар не плакал.

   Раньше мы поливали газон из лейки, в комара попадали из трёхлинейки, жука сажали, как турка, на кол. И жук не жужжал, комар не плакал.
5. «

   Это трудное время. Мы должны пережить, перегнать эти годы, С каждым новым страданьем забывая былые невзгоды, И встречая, как новость, эти раны и боль поминутно, Беспокойно вступая в туманное новое утро.

   Это трудное время. Мы должны пережить, перегнать эти годы, С каждым новым страданьем забывая былые невзгоды, И встречая, как новость, эти раны и боль поминутно, Беспокойно вступая в туманное новое утро.
6. «

   И всякий раз после его визитов она была немного не в себе.

   И всякий раз после его визитов она была немного не в себе.
7. «

   ... Два-три грузных голубя, снявшихся с капители, на лету превращаются в чаек: таков налог на полет над водой, либо — поклеп постели, сонный, на потолок.

   ... Два-три грузных голубя, снявшихся с капители, на лету превращаются в чаек: таков налог на полет над водой, либо — поклеп постели, сонный, на потолок.
8. «

   Самих себя увидеть в нищете, Самих себя увидеть на щите, Заметить в завсегдатаях больниц Божественная участь единиц.

   Самих себя увидеть в нищете, Самих себя увидеть на щите, Заметить в завсегдатаях больниц Божественная участь единиц.
9. «

   Дай же мне сил вселить смятый клочок бумажный в души, чьих тел еще в мире нигде не встретить.

   Дай же мне сил вселить смятый клочок бумажный в души, чьих тел еще в мире нигде не встретить.

   — Прощальная ода · книга
10. «

    Там, где ступила твоя нога, возникают белые пятна на карте мира.

    Там, где ступила твоя нога, возникают белые пятна на карте мира.
11. «

    Но, как известно, именно в минуту отчаянья и начинает дуть попутный ветер.

    Но, как известно, именно в минуту отчаянья и начинает дуть попутный ветер.
12. «

    Вот так всегда — когда ни оглянись, Проходит за спиной толпою жизнь, Неведомая, странная подчас, Где смерть приходит словно в первый раз И где никто-никто не знает нас.

    Вот так всегда — когда ни оглянись, Проходит за спиной толпою жизнь, Неведомая, странная подчас, Где смерть приходит словно в первый раз И где никто-никто не знает нас.

    — Шествие · книга
13. «

    Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом! Вас родила земля: грунт, чернозем с подзолом. Полно качать права, шить нам одно, другое. Эта земля не дает вам, кавунам, покоя.

    Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом! Вас родила земля: грунт, чернозем с подзолом. Полно качать права, шить нам одно, другое. Эта земля не дает вам, кавунам, покоя.
14. «

    Ни страны, ни погоста не хочу выбирать. На Васильевский остров я приду умирать. Твой фасад темно-синий я впотьмах не найду. между выцветших линий на асфальт упаду.

    Ни страны, ни погоста не хочу выбирать. На Васильевский остров я приду умирать. Твой фасад темно-синий я впотьмах не найду. между выцветших линий на асфальт упаду.
15. «

    Всегда помните, что в этом мире нет объятий, которые в конце концов не разомкнутся.

    Всегда помните, что в этом мире нет объятий, которые в конце концов не разомкнутся.

    — Похвала скуке · книга
16. «

    В ушную раковину Бога, Закрытую от шума дня, Шепни всего четыре слога: Прости меня!

    В ушную раковину Бога, Закрытую от шума дня, Шепни всего четыре слога: Прости меня!
17. «

    Я был попросту слеп. Ты, возникая, прячась, даровала мне зрячесть. Так оставляют след.

    Я был попросту слеп. Ты, возникая, прячась, даровала мне зрячесть. Так оставляют след.
18. «

    Набоков — канатоходец, а Платонов — покоритель Эвереста.

    Набоков — канатоходец, а Платонов — покоритель Эвереста.
19. «

    Мы учебник прочтем, вопреки заглавью. То, что нам приснится, и станет явью. Мы полюбим всех, и в ответ — они нас. Это самое лучшее: плюс на минус.

    Мы учебник прочтем, вопреки заглавью. То, что нам приснится, и станет явью. Мы полюбим всех, и в ответ — они нас. Это самое лучшее: плюс на минус.
20. «

    Как семейно шуршанье дождя! как хорошо заштопаны им прорехи в пейзаже изношенном, будь то выпас или междудеревье, околица, лужа — чтоб они зренью не дали выпасть из пространства. Дождь! двигатель близорукости, летописец вне кельи, жадный до пищи постной, испещряющий суглинок, точно перо без рукописи, клинописью и оспой.

    Как семейно шуршанье дождя! как хорошо заштопаны им прорехи в пейзаже изношенном, будь то выпас или междудеревье, околица, лужа — чтоб они зренью не дали выпасть из пространства. Дождь! двигатель близорукости, летописец вне кельи, жадный до пищи постной, испещряющий суглинок, точно перо без рукописи, клинописью и оспой.