139 цитат Ирвина Шоу о жизни и людях

Подборка из 139 цитат Ирвина Шоу: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ох уж этот Нью-Йорк. Его и любишь, и ненавидишь. Всё в нём давит на психику — и хорошее, и плохое. Вечная гонка. Здесь ты мчишься с горы, там твоя душа несётся куда-то. Тут и газет практически не читают. Забываешь, что где-то идёт война, люди убивают друг друга в джунглях. В Нью-Йорке раскроешь «Таймс», и тебе становится неловко от того, что ты в безопасности, отлично накормлен, спишь в мягкой постели; ты начинаешь стыдиться своего благополучия. На улице заглядываешь в лица людей и спрашиваешь себя — как они живут с таким чувством?

   Ох уж этот Нью-Йорк. Его и любишь, и ненавидишь. Всё в нём давит на психику — и хорошее, и плохое. Вечная гонка. Здесь ты мчишься с горы, там твоя душа несётся куда-то. Тут и газет практически не читают. Забываешь, что где-то идёт война, люди убивают друг друга в джунглях. В Нью-Йорке раскроешь «Таймс», и тебе становится неловко от того, что ты в безопасности, отлично накормлен, спишь в мягкой постели; ты начинаешь стыдиться своего благополучия. На улице заглядываешь в лица людей и спрашиваешь себя — как они живут с таким чувством?

   — Майкл Сторз · книга
2. «

   Обладая лишь молодостью и талантом, он с пренебрежением относился к богатству.

   Обладая лишь молодостью и талантом, он с пренебрежением относился к богатству.

   — Две недели в другом городе · книга
3. «

   Люди всегда влюбляются не в тех, в кого следует.

   Люди всегда влюбляются не в тех, в кого следует.

   — Элсуорт · книга
4. «

   Одно дело, когда проводишь с человеком каждый день, совсем другое дело, когда встречаешься с ним раз в несколько месяцев.

   Одно дело, когда проводишь с человеком каждый день, совсем другое дело, когда встречаешься с ним раз в несколько месяцев.

   — Люси Краун · книга
5. «

   Вот тебе урок: держись подальше от мест, где ты был счастлив.

   Вот тебе урок: держись подальше от мест, где ты был счастлив.

   — Вечер в Византии · книга
6. «

   В Америке, если уж ты разбогател, надо быть гением или патологически алчным, чтобы вновь вернуться к нищете.

   В Америке, если уж ты разбогател, надо быть гением или патологически алчным, чтобы вновь вернуться к нищете.

   — Богач, бедняк · книга
7. «

   Это не просто Нью-Йорк – это город ледяного одиночества женщин, уставших любить и изменять, мужчин, уставших дружить и предавать. Но иногда утрата любимой, друга, таланта или чести перестает числиться в разряде допустимых потерь…

   Это не просто Нью-Йорк – это город ледяного одиночества женщин, уставших любить и изменять, мужчин, уставших дружить и предавать. Но иногда утрата любимой, друга, таланта или чести перестает числиться в разряде допустимых потерь…

   — Допустимые потери · книга
8. «

   Мне не нравится, когда девушки курят. Сигареты убивают аромат юности.

   Мне не нравится, когда девушки курят. Сигареты убивают аромат юности.

   — Богач, бедняк · книга
9. «

   Что бы я ни чувствовал, слово «против» сюда никак не подходило.

   Что бы я ни чувствовал, слово «против» сюда никак не подходило.

   — Задумчивая, мило оживленная · книга
10. «

    Так вот, как я говорил... — Майкл заметил, что Хеггенер часто использует это вводное предложение, точно композитор, повторяющий музыкальную фразу, чтобы вернуть слушателей к мелодии, которую он ещё не исчерпал.

    Так вот, как я говорил... — Майкл заметил, что Хеггенер часто использует это вводное предложение, точно композитор, повторяющий музыкальную фразу, чтобы вернуть слушателей к мелодии, которую он ещё не исчерпал.

    — Вершина холма · книга
11. «

    После всех встреч остаются раны.

    После всех встреч остаются раны.

    — Богач, бедняк · книга
12. «

    Я — римлянин. Римлянин, ты прогуливаешься в одиночестве на холодном полночном ветру, среди высоких мраморных колонн; думаешь о жестоких, безжалостных людях, коварных сластолюбцах в тогах, заполняющих это место днем, понимаешь, насколько вечно и неискоренимо зло, процветающее на этих холмах.

    Я — римлянин. Римлянин, ты прогуливаешься в одиночестве на холодном полночном ветру, среди высоких мраморных колонн; думаешь о жестоких, безжалостных людях, коварных сластолюбцах в тогах, заполняющих это место днем, понимаешь, насколько вечно и неискоренимо зло, процветающее на этих холмах.

    — Джек · книга
13. «

    Сознание своей зависимости от настроения начальника обострило ощущение несвободы, вызвало внутренний протест.

    Сознание своей зависимости от настроения начальника обострило ощущение несвободы, вызвало внутренний протест.

    — Две недели в другом городе · книга
14. «

    Боюсь, дело тут в наследственности, но трудно сказать, какова роль самих генов, а какова — обстоятельств, благодаря которым тот или иной ген проявляет себя и приводит к беде.

    Боюсь, дело тут в наследственности, но трудно сказать, какова роль самих генов, а какова — обстоятельств, благодаря которым тот или иной ген проявляет себя и приводит к беде.

    — мистер Хеггенер · книга
15. «

    Зло всегда преуспевает. Бессердечность — залог долгой молодости. Греши и процветай. Оставайся ко всему безучастен, и тогда распадутся семьи, погибнут империи, но ни один волос на твоей голове не поседеет.

    Зло всегда преуспевает. Бессердечность — залог долгой молодости. Греши и процветай. Оставайся ко всему безучастен, и тогда распадутся семьи, погибнут империи, но ни один волос на твоей голове не поседеет.

    — Тони Краун · книга
16. «

    Весь секрет в страданиях и одиночестве, в неуверенности в каком-либо малейшем успехе, в постоянном ожидании нападения. Секрет, если хочешь знать, в постоянной борьбе.

    Весь секрет в страданиях и одиночестве, в неуверенности в каком-либо малейшем успехе, в постоянном ожидании нападения. Секрет, если хочешь знать, в постоянной борьбе.

    — Люси Краун · книга
17. «

    Это я уже точно решил, так как не хотел быть хромой птицей на летном поле и тоскливо глядеть, как мои товарищи взмывают в воздух.

    Это я уже точно решил, так как не хотел быть хромой птицей на летном поле и тоскливо глядеть, как мои товарищи взмывают в воздух.

    — Дуг Граймс · книга
18. «

    У боли свои законы, и те, кто утверждают, что человечество только и делает, что стремится избежать боли, сами не знают, что говорят.

    У боли свои законы, и те, кто утверждают, что человечество только и делает, что стремится избежать боли, сами не знают, что говорят.

    — Задумчивая, мило оживленная · книга
19. «

    Снег тает, жёны остаются.

    Снег тает, жёны остаются.

    — мистер Хеггенер · книга
20. «

    Поставить на место распущенного крикуна и бывшего уголовника — это одно, а довести его до самоубийства — совсем другое. <...> Человек, если он считает себя человеком, обязан знать, когда надо остановиться и оставить другому место под солнцем.

    Поставить на место распущенного крикуна и бывшего уголовника — это одно, а довести его до самоубийства — совсем другое. <...> Человек, если он считает себя человеком, обязан знать, когда надо остановиться и оставить другому место под солнцем.

    — Богач, бедняк · книга