84 цитаты Ивана Алексеевича Бунина

Подборка из 84 цитаты Ивана Алексеевича Бунина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   – ...поторопите коридорного, я нетерпелива. – А кажетесь такой спокойной. – Мало ли что кажется…

   – ...поторопите коридорного, я нетерпелива. – А кажетесь такой спокойной. – Мало ли что кажется…

   — Муза Граф · книга
2. «

   Помню — долгий зимний вечер, Полумрак и тишина; Тускло льется свет лампады, Буря плачет у окна. «Дорогой мой, — шепчет мама. — Если хочешь задремать, Чтобы бодрым и веселым Завтра утром быть опять, — Позабудь, что воет вьюга, Позабудь, что ты со мной, Вспомни тихий шепот леса И полдневный летний зной; Вспомни, как шумят березы, А за лесом, у межи, Ходят медленно и плавно Золотые волны ржи!» И знакомому совету Я доверчиво внимал И, обвеянный мечтами, Забываться начинал. Вместе с тихим сном сливалось Убаюкиванье грез — Шепот зреющих колосьев И невнятный шум берез...

   Помню — долгий зимний вечер, Полумрак и тишина; Тускло льется свет лампады, Буря плачет у окна. «Дорогой мой, — шепчет мама. — Если хочешь задремать, Чтобы бодрым и веселым Завтра утром быть опять, — Позабудь, что воет вьюга, Позабудь, что ты со мной, Вспомни тихий шепот леса И полдневный летний зной; Вспомни, как шумят березы, А за лесом, у межи, Ходят медленно и плавно Золотые волны ржи!» И знакомому совету Я доверчиво внимал И, обвеянный мечтами, Забываться начинал. Вместе с тихим сном сливалось Убаюкиванье грез — Шепот зреющих колосьев И невнятный шум берез...
3. «

   Если есть будущая жизнь и мы встретимся в ней, я стану там на колени и поцелую твои ноги за всё, что ты дала мне на земле.

   Если есть будущая жизнь и мы встретимся в ней, я стану там на колени и поцелую твои ноги за всё, что ты дала мне на земле.

   — Последний час · книга
4. «

   Конечно, лучшего товарища, чем ты, Генрих, у меня никогда не будет. Только с тобой одной мне всегда легко, свободно, можно говорить обо всём действительно как с другом, но, знаешь, какая беда? Я все больше влюбляюсь в тебя.

   Конечно, лучшего товарища, чем ты, Генрих, у меня никогда не будет. Только с тобой одной мне всегда легко, свободно, можно говорить обо всём действительно как с другом, но, знаешь, какая беда? Я все больше влюбляюсь в тебя.

   — Тёмные аллеи · книга
5. «

   Я вижу, слышу, счастлив. Всё во мне.

   Я вижу, слышу, счастлив. Всё во мне.
6. «

   Настанет день — исчезну я, А в этой комнате пустой Все то же будет: стол, скамья Да образ, древний и простой. И так же будет залетать Цветная бабочка в шелку – Порхать, шуршать и трепетать По голубому потолку. И так же будет неба дно Смотреть в открытое окно И море ровной синевой Манить в простор пустынный свой.

   Настанет день — исчезну я, А в этой комнате пустой Все то же будет: стол, скамья Да образ, древний и простой. И так же будет залетать Цветная бабочка в шелку – Порхать, шуршать и трепетать По голубому потолку. И так же будет неба дно Смотреть в открытое окно И море ровной синевой Манить в простор пустынный свой.
7. «

   Я никому ничего не должен, я в долг не занимал.

   Я никому ничего не должен, я в долг не занимал.
8. «

   Русская провинция везде довольно одинакова. Одно только там ни на что не похоже – сама Волга. С ранней весны и до зимы она всегда и всюду необыкновенна, во всякую погоду и что днем, что ночью.

   Русская провинция везде довольно одинакова. Одно только там ни на что не похоже – сама Волга. С ранней весны и до зимы она всегда и всюду необыкновенна, во всякую погоду и что днем, что ночью.

   — Доктор · книга
9. «

   Милосердный Господь всегда дает штаны тем, у кого нет зада…

   Милосердный Господь всегда дает штаны тем, у кого нет зада…

   — Тёмные аллеи · книга
10. «

    Но я всегда делю с тобою думы: Я человек: как бог, я обречен Познать тоску всех стран и всех времён.

    Но я всегда делю с тобою думы: Я человек: как бог, я обречен Познать тоску всех стран и всех времён.
11. «

    Мы вообще, должно быть, очень виноваты все друг перед другом. Но только при разлуке чувствуешь это. Потом — сколько еще осталось нам этих лет вместе? Если и будут эти лета еще, то все равно остается их все меньше и меньше. А дальше? Разойдемся по могилам! Так больно, так обострены чувства, так остры все мысли и воспоминания! А как тупы мы обычно! Как спокойны! И неужели нужна эта боль, чтобы мы ценили жизнь?

    Мы вообще, должно быть, очень виноваты все друг перед другом. Но только при разлуке чувствуешь это. Потом — сколько еще осталось нам этих лет вместе? Если и будут эти лета еще, то все равно остается их все меньше и меньше. А дальше? Разойдемся по могилам! Так больно, так обострены чувства, так остры все мысли и воспоминания! А как тупы мы обычно! Как спокойны! И неужели нужна эта боль, чтобы мы ценили жизнь?

    — Окаянные дни · книга
12. «

    Мы рядом шли, но на меня Уже взглянуть ты не решалась, И в ветре мартовского дня Пустая наша речь терялась.

    Мы рядом шли, но на меня Уже взглянуть ты не решалась, И в ветре мартовского дня Пустая наша речь терялась.
13. «

    Нынче ночью кто-то долго пел. Далеко скитаясь в темном поле, Голос грустной удалью звенел, Пел о прошлом счастье и о воле.

    Нынче ночью кто-то долго пел. Далеко скитаясь в темном поле, Голос грустной удалью звенел, Пел о прошлом счастье и о воле.
14. «

    ... И снилось мне, что мы, как в сказке, Шли вдоль пустынных берегов Над диким синим лукоморьем, В глухом бору, среди песков.

    ... И снилось мне, что мы, как в сказке, Шли вдоль пустынных берегов Над диким синим лукоморьем, В глухом бору, среди песков.
15. «

    Я к ней вошёл в полночный час. Она спала, — луна сияла В её окно, — и одеяла Светился спущенный атлас.

    Я к ней вошёл в полночный час. Она спала, — луна сияла В её окно, — и одеяла Светился спущенный атлас.
16. «

    Черные ели и сосны сквозят в палисаднике темном: В черном узоре ветвей — месяца рог золотой. Слышу, поют петухи. Узнаю по напевам печальным Поздний, таинственный час. Выйду на снег, на крыльцо.

    Черные ели и сосны сквозят в палисаднике темном: В черном узоре ветвей — месяца рог золотой. Слышу, поют петухи. Узнаю по напевам печальным Поздний, таинственный час. Выйду на снег, на крыльцо.
17. «

    В сущности, всем нам давно пора повеситься, — так мы забиты, замордованы, лишены всех прав и законов, живем в таком подлом рабстве, среди непрестанных заушений, издевательств.

    В сущности, всем нам давно пора повеситься, — так мы забиты, замордованы, лишены всех прав и законов, живем в таком подлом рабстве, среди непрестанных заушений, издевательств.

    — Окаянные дни · книга
18. «

    Больше всего рискует тот, кто не рискует.

    Больше всего рискует тот, кто не рискует.
19. «

    Но радость, смешанная с нетерпением, волновала тебя всё больше и больше.

    Но радость, смешанная с нетерпением, волновала тебя всё больше и больше.

    — Отец · книга
20. «

    Темной ночью белых лилий Сон неясный тих. Ветерок ночной прохладой Обвевает их.

    Темной ночью белых лилий Сон неясный тих. Ветерок ночной прохладой Обвевает их.