150 мыслей Карлоса Руиса Сафона без воды

Ниже 150 цитат Карлоса Руиса Сафона — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   После войны всё имеет значение.

   После войны всё имеет значение.

   — Тень ветра · книга
2. «

   Случайности – это шрамы на теле судьбы.

   Случайности – это шрамы на теле судьбы.

   — Тень ветра · книга
3. «

   Кто такие безумцы? Те, кто читают страх в сердцах себе подобных и стремятся обрести покой любой ценой? Или те, кто делает вид, будто не видят того ужаса, что творится вокруг? Мир принадлежит лишь безумцам и лицемерам, Бен. На Земле не существует других племен, кроме этих двух. И ты должен выбрать, кто тебе ближе.

   Кто такие безумцы? Те, кто читают страх в сердцах себе подобных и стремятся обрести покой любой ценой? Или те, кто делает вид, будто не видят того ужаса, что творится вокруг? Мир принадлежит лишь безумцам и лицемерам, Бен. На Земле не существует других племен, кроме этих двух. И ты должен выбрать, кто тебе ближе.

   — Джавахал · книга
4. «

   Правда редко приближается к идеалу и частенько обманывает ожидания. Она имеет обыкновение порождать сомнения и вопросы. И только ложь убедительна на сто процентов, потому что ее не интересует обоснование реальных событий, ей нужно лишь произнести вслух то, что человек хочет услышать.

   Правда редко приближается к идеалу и частенько обманывает ожидания. Она имеет обыкновение порождать сомнения и вопросы. И только ложь убедительна на сто процентов, потому что ее не интересует обоснование реальных событий, ей нужно лишь произнести вслух то, что человек хочет услышать.

   — Лабиринт призраков · книга
5. «

   Телевидение, друг Даниель, это Антихрист, и, поверьте, через три-четыре поколения люди уже и пукнуть не смогут самостоятельно, человек вернется в пещеру, к средневековому варварству и примитивным государствам, а по интеллекту ему далеко будет до моллюсков эпохи плейстоцена. Этот мир сгинет не от атомной бомбы, как пишут в газетах, он умрет от хохота, банальных шуток и привычки превращать все в анекдот, причем пошлый.

   Телевидение, друг Даниель, это Антихрист, и, поверьте, через три-четыре поколения люди уже и пукнуть не смогут самостоятельно, человек вернется в пещеру, к средневековому варварству и примитивным государствам, а по интеллекту ему далеко будет до моллюсков эпохи плейстоцена. Этот мир сгинет не от атомной бомбы, как пишут в газетах, он умрет от хохота, банальных шуток и привычки превращать все в анекдот, причем пошлый.

   — Фермин Ромеро де Торрес · книга
6. «

   Мне нельзя пока умирать, доктор. Ещё рано. Мне нужно многое сделать. А потом у меня будет вся жизнь, чтобы умереть.

   Мне нельзя пока умирать, доктор. Ещё рано. Мне нужно многое сделать. А потом у меня будет вся жизнь, чтобы умереть.

   — Мартин Давид · книга
7. «

   На лестнице я встретила мсье Дарсе, старого иллюзиониста, который предсказывал молоденьким девушкам судьбу по линиям руки в обмен на поцелуй. Он взял мою левую руку и с грустью посмотрел на меня: — Ваше сердце отравлено, мадемуазель.

   На лестнице я встретила мсье Дарсе, старого иллюзиониста, который предсказывал молоденьким девушкам судьбу по линиям руки в обмен на поцелуй. Он взял мою левую руку и с грустью посмотрел на меня: — Ваше сердце отравлено, мадемуазель.

   — Нурия Монфорт · книга
8. «

   Когда человек получает то, чего желает больше всего, обычно повторяется история, которая всегда происходит с цветами: взяв в руки букет, вы не знаете, куда его пристроить.

   Когда человек получает то, чего желает больше всего, обычно повторяется история, которая всегда происходит с цветами: взяв в руки букет, вы не знаете, куда его пристроить.

   — Давид Мартин · книга
9. «

   Рассказ — это письмо, которое автор пишет самому себе, чтобы объяснить то, что иным образом понять не может.

   Рассказ — это письмо, которое автор пишет самому себе, чтобы объяснить то, что иным образом понять не может.

   — Нурия Монфорт · книга
10. «

    Твоя мать ушла еще до того, как меня отправили на фронт. И я был глупцом. Я ведь не понимал этого, пока не вернулся. Такова жизнь, Давид. Рано или поздно мы теряем всех и вся.

    Твоя мать ушла еще до того, как меня отправили на фронт. И я был глупцом. Я ведь не понимал этого, пока не вернулся. Такова жизнь, Давид. Рано или поздно мы теряем всех и вся.

    — Хосе Антонио Мартин Кларес (отец Давида Мартина) · книга
11. «

    Научно доказано, что любой младенец нескольких месяцев от роду способен безошибочно почувствовать тот самый критический момент среди ночи, когда родителям удалось наконец задремать. Тогда он поднимает рев, чтобы взрослые ни в коем случае не продрыхли дольше тридцати минут кряду.

    Научно доказано, что любой младенец нескольких месяцев от роду способен безошибочно почувствовать тот самый критический момент среди ночи, когда родителям удалось наконец задремать. Тогда он поднимает рев, чтобы взрослые ни в коем случае не продрыхли дольше тридцати минут кряду.

    — Даниель Семпере · книга
12. «

    Искусный лжец знает, что самая убедительная ложь — это правда, из которой изъяты ключевые моменты.

    Искусный лжец знает, что самая убедительная ложь — это правда, из которой изъяты ключевые моменты.

    — Узник неба · книга
13. «

    ... Если ты действительно хочешь посвятить себя литературе или, во всяком случае, писать, чтобы тебя читали, придется привыкнуть, что иногда тебя будут игнорировать, оскорблять, презирать и почти всегда демонстрировать безразличие. Это одна из прелестей профессии.

    ... Если ты действительно хочешь посвятить себя литературе или, во всяком случае, писать, чтобы тебя читали, придется привыкнуть, что иногда тебя будут игнорировать, оскорблять, презирать и почти всегда демонстрировать безразличие. Это одна из прелестей профессии.

    — Давид Мартин · книга
14. «

    Скончался от гордыни, задохнувшись насмерть.

    Скончался от гордыни, задохнувшись насмерть.

    — Видаль · книга
15. «

    На свете немало людей, кто обладает способностями и желанием, и многие не добиваются ничего. Это только предпосылки к тому чтобы совершить что-то в жизни. Врожденный дар сродни силе атлета. Можно появиться на свет, обладая большими или меньшими способностями, однако человек не становится атлетом только лишь по той причине, что родился высоким, сильным или быстрым. Выдающимся спортсмена или художника делает упорный труд, совершенствование в своем ремесле и технические приемы. Природный ум — не более чем стратегический запас. Чтобы с толком им распорядиться, необходимо преобразовать разум в оружие высокой точности.

    На свете немало людей, кто обладает способностями и желанием, и многие не добиваются ничего. Это только предпосылки к тому чтобы совершить что-то в жизни. Врожденный дар сродни силе атлета. Можно появиться на свет, обладая большими или меньшими способностями, однако человек не становится атлетом только лишь по той причине, что родился высоким, сильным или быстрым. Выдающимся спортсмена или художника делает упорный труд, совершенствование в своем ремесле и технические приемы. Природный ум — не более чем стратегический запас. Чтобы с толком им распорядиться, необходимо преобразовать разум в оружие высокой точности.

    — Давид Мартин · книга
16. «

    Большую часть жизни мы проводим во сне, особенно когда бодрствуем.

    Большую часть жизни мы проводим во сне, особенно когда бодрствуем.

    — Андреас Корелли · книга
17. «

    Больше всего на свете меня возмущаются люди, которые забывают свое место. А ещё больше — необходимость им об этом напоминать.

    Больше всего на свете меня возмущаются люди, которые забывают свое место. А ещё больше — необходимость им об этом напоминать.

    — Лабиринт призраков · книга
18. «

    — Исабелла, распечатывать чужую корреспонденцию не пристало воспитанному человеку. В некоторых местах это считается преступлением, за которое сажают в тюрьму. — Что я постоянно твержу своей матери. Она всё время вскрывает мои письма. И до сих пор на свободе.

    — Исабелла, распечатывать чужую корреспонденцию не пристало воспитанному человеку. В некоторых местах это считается преступлением, за которое сажают в тюрьму. — Что я постоянно твержу своей матери. Она всё время вскрывает мои письма. И до сих пор на свободе.

    — Давид Мартин · книга
19. «

    Вы, женщины, больше верите сердцу, чем всяким глупостям, потому и живете дольше.

    Вы, женщины, больше верите сердцу, чем всяким глупостям, потому и живете дольше.

    — Тень ветра · книга
20. «

    Не сомневаюсь, ты меня встретишь, и я узнаю тебя в толпе. Я узнала бы тебя и через тысячу лет. Я давно это поняла.

    Не сомневаюсь, ты меня встретишь, и я узнаю тебя в толпе. Я узнала бы тебя и через тысячу лет. Я давно это поняла.

    — Сентябрьские огни · книга