300 цитат Кассандры Клэра, которые захочется сохранить

Кассандра Клэр — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 300 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Добро пожаловать в приют Святого Магнуса, — сказал он и распростер руки. — Свободные комнаты вон там. Вытирайте ноги.

   — Добро пожаловать в приют Святого Магнуса, — сказал он и распростер руки. — Свободные комнаты вон там. Вытирайте ноги.

   — Магнус Бейн · книга
2. «

   Быть хорошим и быть добрым — это не одно и то же. И нет ничего более жестокого, чем добродетель.

   Быть хорошим и быть добрым — это не одно и то же. И нет ничего более жестокого, чем добродетель.

   — Аматис · книга
3. «

   — Ты даже не удосужилась позвонить, не сообщила, где находишься... а сама шлялась с крашеным блондинчиком, косящим под гота! В «Адском Логове» подцепила? Я три дня с ума сходил, боялся, что ты погибла. — Я не шлялась! — Клэри подумала с облегчением подумала, что в сумерках её покрасневшие щёки не заметны. — Между прочим, цвет волос у меня натуральный — добавил Джейс. — Для сведения.

   — Ты даже не удосужилась позвонить, не сообщила, где находишься... а сама шлялась с крашеным блондинчиком, косящим под гота! В «Адском Логове» подцепила? Я три дня с ума сходил, боялся, что ты погибла. — Я не шлялась! — Клэри подумала с облегчением подумала, что в сумерках её покрасневшие щёки не заметны. — Между прочим, цвет волос у меня натуральный — добавил Джейс. — Для сведения.

   — Джейс Вейланд · книга
4. «

   — Потом мы остановились, чтобы поесть. Ты настаивал, чтобы мы попробовали местное блюдо под названием «куй». Было очень вкусно, но ты еще был пьян. — Я уверен, что к тому времени уже начал трезветь! — оспорил Магнус. — Магнус, ты пытался флиртовать с собственной тарелкой... — Я колдун широких взглядов. — А Рагнор — нет. Когда он узнал, что ты кормишь нас мясом морских свинок, он огрел тебя по голове твоей же тарелкой. Она разбилась. — Прощай, моя любовь! У нас все равно ничего бы не вышло.

   — Потом мы остановились, чтобы поесть. Ты настаивал, чтобы мы попробовали местное блюдо под названием «куй». Было очень вкусно, но ты еще был пьян. — Я уверен, что к тому времени уже начал трезветь! — оспорил Магнус. — Магнус, ты пытался флиртовать с собственной тарелкой... — Я колдун широких взглядов. — А Рагнор — нет. Когда он узнал, что ты кормишь нас мясом морских свинок, он огрел тебя по голове твоей же тарелкой. Она разбилась. — Прощай, моя любовь! У нас все равно ничего бы не вышло.

   — Магнус Бейн · книга
5. «

   Добрые дела не дают право забывать об ошибках прошлого.

   Добрые дела не дают право забывать об ошибках прошлого.

   — Клэри Фрэй · книга
6. «

   Столько всего изменилось, столько еще могло измениться, что мысль о том, что все это может быть потеряно, приводила в ужас, а мысль о том, что у него все это есть, вызывала трепет.

   Столько всего изменилось, столько еще могло измениться, что мысль о том, что все это может быть потеряно, приводила в ужас, а мысль о том, что у него все это есть, вызывала трепет.

   — Хроники Академии Сумеречных охотников · книга
7. «

   — Она может быть опасной, — сказал он Джулиану. — С другой стороны, все женщины опасны. — Все люди опасны, — заметил Джулиан.

   — Она может быть опасной, — сказал он Джулиану. — С другой стороны, все женщины опасны. — Все люди опасны, — заметил Джулиан.

   — Леди полночь · книга
8. «

   С годами чувства притупляются. Видал я одного чародея, прожившего почти тысячу лет, и он признался мне, что не ведает ни любви, ни ненависти. Я спросил, зачем тогда жить, а он ответил, что его гнетет страх перед тем, что будет после смерти. «Боязнь страны, откуда ни один не возвращался».

   С годами чувства притупляются. Видал я одного чародея, прожившего почти тысячу лет, и он признался мне, что не ведает ни любви, ни ненависти. Я спросил, зачем тогда жить, а он ответил, что его гнетет страх перед тем, что будет после смерти. «Боязнь страны, откуда ни один не возвращался».

   — Механический принц · книга
9. «

   — Ой, — сказал Джейс с нескрываемым сарказмом. — Кажется, я отправил огненное сообщение Конклаву, когда нашел тело охранника, которого ты убил и спрятал под тем мостом. Очень глупо с твоей стороны было так неаккуратно от него избавиться, Себастьян.

   — Ой, — сказал Джейс с нескрываемым сарказмом. — Кажется, я отправил огненное сообщение Конклаву, когда нашел тело охранника, которого ты убил и спрятал под тем мостом. Очень глупо с твоей стороны было так неаккуратно от него избавиться, Себастьян.

   — Джейс Вейланд · книга
10. «

    И сухие цветы порой бывают красивы, однако даже самые лучшие из них никогда не сравнятся с самыми простыми, но живыми.

    И сухие цветы порой бывают красивы, однако даже самые лучшие из них никогда не сравнятся с самыми простыми, но живыми.

    — Механический ангел · книга
11. «

    — Эти ягоды омелы в твоих волосах, — сказал он, она чувствовала его дыхание на своей щеке.-Формально, я думаю, это означает, что любой может поцеловать тебя, когда захочет. Её глаза расширились. — Ты думаешь, что они, может быть, попробуют? Он слегка коснулся ее щеки, на нем были белые замшевые перчатки, но она чувствовала так, как будто он прикоснулся к ней своей кожей. — Я бы убил любого, кто это сделал бы.

    — Эти ягоды омелы в твоих волосах, — сказал он, она чувствовала его дыхание на своей щеке.-Формально, я думаю, это означает, что любой может поцеловать тебя, когда захочет. Её глаза расширились. — Ты думаешь, что они, может быть, попробуют? Он слегка коснулся ее щеки, на нем были белые замшевые перчатки, но она чувствовала так, как будто он прикоснулся к ней своей кожей. — Я бы убил любого, кто это сделал бы.

    — Механическая принцесса · книга
12. «

    Ты пошла за мной и спасла меня, когда все остальные… ну, почти все… поставили на мне крест, а те, кто остался верен мне, толком не знали, что им делать.

    Ты пошла за мной и спасла меня, когда все остальные… ну, почти все… поставили на мне крест, а те, кто остался верен мне, толком не знали, что им делать.

    — Джейс · книга
13. «

    Странно, когда мир меняется вокруг своей оси, и все, во что ты верил, меняется, и кажется, что не хватает на все времени.

    Странно, когда мир меняется вокруг своей оси, и все, во что ты верил, меняется, и кажется, что не хватает на все времени.

    — Клэри Фрэй · книга
14. «

    Он укорил себя за плохое знание шведского — мог бы добавить еще какую-нибудь остроту. В его словаре было несколько хлестких фраз на всех языках, но на шведском он знал только «Вы подаете еще что-нибудь, кроме соленой рыбы?» и «Если ты укутаешь меня в меха, я буду твоим маленьким пушистым медвежонком».

    Он укорил себя за плохое знание шведского — мог бы добавить еще какую-нибудь остроту. В его словаре было несколько хлестких фраз на всех языках, но на шведском он знал только «Вы подаете еще что-нибудь, кроме соленой рыбы?» и «Если ты укутаешь меня в меха, я буду твоим маленьким пушистым медвежонком».

    — Королева-беглянка · книга
15. «

    Сила в том, кто ты есть! Кто бы не любил тебя, ты сама должна любить себя. И только если тебе удастся полюбить себя, тогда другие полюбят тебя, причем такой, какая ты есть.

    Сила в том, кто ты есть! Кто бы не любил тебя, ты сама должна любить себя. И только если тебе удастся полюбить себя, тогда другие полюбят тебя, причем такой, какая ты есть.

    — Механический ангел · книга
16. «

    — Я – Саймон, — сказал Саймон. — Если я готов умереть за вас всех, по крайней мере ты обязан запомнить мое имя.

    — Я – Саймон, — сказал Саймон. — Если я готов умереть за вас всех, по крайней мере ты обязан запомнить мое имя.

    — Саймон Льюис · книга
17. «

    Это было самое любимое место Тессы в Институте. Там царил совершенно необыкновенный запах старых книг, чернил, бумаги и кожи. Даже пыль была особая – она казалась золотой в свете колдовского огня и лежала на длинных полированных столах, будто цветочная пыльца.

    Это было самое любимое место Тессы в Институте. Там царил совершенно необыкновенный запах старых книг, чернил, бумаги и кожи. Даже пыль была особая – она казалась золотой в свете колдовского огня и лежала на длинных полированных столах, будто цветочная пыльца.

    — Механический ангел · книга
18. «

    Было что-то такое в запахе книг, в аромате чернил, бумаги и кожи, в том, какая пыль в библиотеке, казалось, она даже вела себя отлично от пыли в любой другой комнате, она была золотой в свете свечей, оседая, как пыльца на полированные поверхности длинных столов.

    Было что-то такое в запахе книг, в аромате чернил, бумаги и кожи, в том, какая пыль в библиотеке, казалось, она даже вела себя отлично от пыли в любой другой комнате, она была золотой в свете свечей, оседая, как пыльца на полированные поверхности длинных столов.

    — Механический принц · книга
19. «

    ... когда не можешь сказать правду тем, кого любишь больше всего на свете, рано или поздно теряешь способность говорить правду самому себе.

    ... когда не можешь сказать правду тем, кого любишь больше всего на свете, рано или поздно теряешь способность говорить правду самому себе.

    — Город праха · книга
20. «

    — Я не спросил тебя вчера, чем ты занимаешься по жизни? — Курьер, — сказал он, жуя. — Классная работа. Я могу кататься по городу, смотреть вокруг, общаться с кем угодно. Гораздо лучше старшей школы. — Ты бросил ее? — Забрал свой диплом после выпуска. Я предпочитаю школу жизни. — Саймон подумал, что это звучит нелепо, не скажи он «школа жизни» так же искренне, как все остальное. — А как насчет тебя? Какие планы? Ну, знаешь, бродить по земле, неся смерть и разрушение невинным людям. Может, выпить немного крови. Жить вечно без каких-либо развлечений. Как обычно.

    — Я не спросил тебя вчера, чем ты занимаешься по жизни? — Курьер, — сказал он, жуя. — Классная работа. Я могу кататься по городу, смотреть вокруг, общаться с кем угодно. Гораздо лучше старшей школы. — Ты бросил ее? — Забрал свой диплом после выпуска. Я предпочитаю школу жизни. — Саймон подумал, что это звучит нелепо, не скажи он «школа жизни» так же искренне, как все остальное. — А как насчет тебя? Какие планы? Ну, знаешь, бродить по земле, неся смерть и разрушение невинным людям. Может, выпить немного крови. Жить вечно без каких-либо развлечений. Как обычно.

    — Саймон Льюис · книга