38 цитат Кэмерона Джейса для тех, кто любит думать

Кэмерон Джейс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 38 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Что ты тут делаешь? — рычу я. Джек закрывает глаза и складывает губы трубочкой: — Ты задолжала мне поцелуй. — Что? Ты сошел с ума... Как ты вообще сюда попал? — Я опасный человек... Хочешь сходить на свидание?... Кстати, меня зовут Джек Даймондс. — Отпусти меня. — Вырываюсь я. — Вау, а ты умеешь выбираться из чувственных мужских объятий. — Ты еще не видел, как я расправляюсь со смирительной рубашкой...

   — Что ты тут делаешь? — рычу я. Джек закрывает глаза и складывает губы трубочкой: — Ты задолжала мне поцелуй. — Что? Ты сошел с ума... Как ты вообще сюда попал? — Я опасный человек... Хочешь сходить на свидание?... Кстати, меня зовут Джек Даймондс. — Отпусти меня. — Вырываюсь я. — Вау, а ты умеешь выбираться из чувственных мужских объятий. — Ты еще не видел, как я расправляюсь со смирительной рубашкой...

   — Джек Даймондс · книга
2. «

   Пророчества не сбываются, пока мы их не заставим.

   Пророчества не сбываются, пока мы их не заставим.

   — Скорбь Белоснежки · книга
3. «

   Он ненавидит ее, тем не менее, ему не хватило духу поймать ее, когда она сбежала... Я бы хотела наказать его: как по мне, оставить его сердце в теле той, кого он ненавидит — лучшее наказание.

   Он ненавидит ее, тем не менее, ему не хватило духу поймать ее, когда она сбежала... Я бы хотела наказать его: как по мне, оставить его сердце в теле той, кого он ненавидит — лучшее наказание.

   — Кровь, молоко и шоколад (Дневники Братьев Гримм 3) · книга
4. «

   Что есть жизнь, как не большая глупая книга?

   Что есть жизнь, как не большая глупая книга?

   — Профессор Пиллар · книга
5. «

   ... сказочные герои были прокляты, обречены на вечный сон сотни лет назад. Они просыпаются ненадолго всего раз в каждые сто лет, вот тогда-то вы и можете с ними повстречаться.

   ... сказочные герои были прокляты, обречены на вечный сон сотни лет назад. Они просыпаются ненадолго всего раз в каждые сто лет, вот тогда-то вы и можете с ними повстречаться.

   — Скорбь Белоснежки · книга
6. «

   Интересно, а что если эволюция происходила не от обезьяны к человеку, а от безумия к здравомыслию.

   Интересно, а что если эволюция происходила не от обезьяны к человеку, а от безумия к здравомыслию.

   — Безумие (Безумная в Стране Чудес 1) · книга
7. «

   — Он идет, — произнесла Серена. — Кто идет? — встряхнула ее Шу. Мысль от осознания того, о ком именно Серена говорила пугала ее. — Охотник, Шу, — произнесла Серена. — Боюсь, он убьет всех до единого во Ферри Тейл...

   — Он идет, — произнесла Серена. — Кто идет? — встряхнула ее Шу. Мысль от осознания того, о ком именно Серена говорила пугала ее. — Охотник, Шу, — произнесла Серена. — Боюсь, он убьет всех до единого во Ферри Тейл...

   — Шу · книга
8. «

   Пялься на темноту подольше, и ты кончишь тем, что увидишь то, чего там нет.

   Пялься на темноту подольше, и ты кончишь тем, что увидишь то, чего там нет.

   — Локи Блекстар · книга
9. «

   Вот поэтому я и жру. Это заменяет мне секс, которого у меня никогда не будет.

   Вот поэтому я и жру. Это заменяет мне секс, которого у меня никогда не будет.

   — Аксель Крамблвуд · книга
10. «

    — Почему ты продолжаешь преследовать меня? — У сердца есть причины, которым разум не подвластен.

    — Почему ты продолжаешь преследовать меня? — У сердца есть причины, которым разум не подвластен.

    — Безумие (Безумная в Стране Чудес 1) · книга
11. «

    — Прошу, не делай мне больно, — произнесла Шу, пытаясь выиграть время, пока не решит, что делать дальше. — Любовь — это боль, принцесса, — он склонил голову набок, и на его лице заиграла соблазнительная улыбка. — Значит, ты помнишь о любви ко мне? — удивилась Шу. — Ну, конечно же, — произнес он. — нет.

    — Прошу, не делай мне больно, — произнесла Шу, пытаясь выиграть время, пока не решит, что делать дальше. — Любовь — это боль, принцесса, — он склонил голову набок, и на его лице заиграла соблазнительная улыбка. — Значит, ты помнишь о любви ко мне? — удивилась Шу. — Ну, конечно же, — произнес он. — нет.

    — Локи Блекстар · книга
12. «

    — Льюис, ты напишешь книгу? Напишешь обо мне, пожалуйста? — О чем книга, Алиса? — О Безумии, Льюис. Ты напишешь книгу о прекрасном безумии.

    — Льюис, ты напишешь книгу? Напишешь обо мне, пожалуйста? — О чем книга, Алиса? — О Безумии, Льюис. Ты напишешь книгу о прекрасном безумии.

    — Льюис Кэррол · книга
13. «

    Если то, что ты меня забудешь, сделает тебя счастливой, тогда я не против.

    Если то, что ты меня забудешь, сделает тебя счастливой, тогда я не против.

    — Адам · книга
14. «

    Его улыбка — это дьявол, а ямочки — ангелы.

    Его улыбка — это дьявол, а ямочки — ангелы.

    — Алиса · книга
15. «

    Правило первое — парень отправится в Обычный мир как смертный, то есть он сможет умереть как любой другой человек. Правило номер два: мальчик отправится в Обычный мир без воспоминаний. Он не вспомнит ничего о своем прошлом. Хотя ты расскажешь ему, что он был полу-ангелом, который жил на Сказочных Небесах. У него будет выбор: либо продолжать жить в Обычном мире смертным, либо добиться всепрощения и вернуться на Сказочные небеса. ... В таком случае, стертая память — для его же блага. Он не будет ничего помнить, не будет думать о девушке из-за которой его изгнали.

    Правило первое — парень отправится в Обычный мир как смертный, то есть он сможет умереть как любой другой человек. Правило номер два: мальчик отправится в Обычный мир без воспоминаний. Он не вспомнит ничего о своем прошлом. Хотя ты расскажешь ему, что он был полу-ангелом, который жил на Сказочных Небесах. У него будет выбор: либо продолжать жить в Обычном мире смертным, либо добиться всепрощения и вернуться на Сказочные небеса. ... В таком случае, стертая память — для его же блага. Он не будет ничего помнить, не будет думать о девушке из-за которой его изгнали.

    — Скорбь Белоснежки · книга
16. «

    Две трети пути, я продолжала спрашивать у самой себя, кто я такая на самом деле, и что, во имя всего святого, творится вокруг меня. Когда я едва не сорвалась и упала, я позабыла обо всем и поняла, что порой всё, на что мы способны в этой жизни — это продолжать карабкаться дальше, даже когда все теряет смысл.

    Две трети пути, я продолжала спрашивать у самой себя, кто я такая на самом деле, и что, во имя всего святого, творится вокруг меня. Когда я едва не сорвалась и упала, я позабыла обо всем и поняла, что порой всё, на что мы способны в этой жизни — это продолжать карабкаться дальше, даже когда все теряет смысл.

    — Алиса Уандер · книга
17. «

    — Ему не позволено оставить свою фамилию, — сказала Юстина. — Выберешь для него новую? — Блекстар, — Чармвилль улыбнулся, глядя на спящего Локи. — Локи Блекстар. Мне нравится, — он добавил, когда уже повернулся, чтобы уйти, — звучит по-хулигански.

    — Ему не позволено оставить свою фамилию, — сказала Юстина. — Выберешь для него новую? — Блекстар, — Чармвилль улыбнулся, глядя на спящего Локи. — Локи Блекстар. Мне нравится, — он добавил, когда уже повернулся, чтобы уйти, — звучит по-хулигански.

    — Чармвилль Глиммер · книга
18. «

    — Очень скоро, один из нас сделает нечто ужасное, — произнес он. — О чем ты говоришь? — Когда придет время, сделай это, — прошептал он ей на ухо. — Сделай выбор мудро и помни, что бы ни произошло, каким бы злом я не был, я люблю тебя, — он приложил ладонь к ее губам, в то время как солнце начало стремительно уходить с голубого небосклона, повергая мир в сумерки, словно кто-то опустил занавеси и свет исчез из комнаты. Маковое поле вокруг нее побледнело и увяло само по себе, медленно, цветы упали к их ногам, словно были пьяны. ... — Это настоящий я, Шу, прежде чем все не пошло наперекосяк. Быть может, это последний раз, когда ты видишь меня вот так, пока Охотник во мне не обрел власть надо мною.

    — Очень скоро, один из нас сделает нечто ужасное, — произнес он. — О чем ты говоришь? — Когда придет время, сделай это, — прошептал он ей на ухо. — Сделай выбор мудро и помни, что бы ни произошло, каким бы злом я не был, я люблю тебя, — он приложил ладонь к ее губам, в то время как солнце начало стремительно уходить с голубого небосклона, повергая мир в сумерки, словно кто-то опустил занавеси и свет исчез из комнаты. Маковое поле вокруг нее побледнело и увяло само по себе, медленно, цветы упали к их ногам, словно были пьяны. ... — Это настоящий я, Шу, прежде чем все не пошло наперекосяк. Быть может, это последний раз, когда ты видишь меня вот так, пока Охотник во мне не обрел власть надо мною.

    — Локи Блекстар · книга
19. «

    — Ты безумна, Алиса, — шепчет за моей спиной моя Тигровая Лилия. Она, кто должна была стать моим единственным другом, в последнее время обозлилась на меня. — Б. Е. З. У. М. Н. А... Чешир нереален. — От ее голоса у меня мурашки по коже. — Ты его выдумала, Алиса.

    — Ты безумна, Алиса, — шепчет за моей спиной моя Тигровая Лилия. Она, кто должна была стать моим единственным другом, в последнее время обозлилась на меня. — Б. Е. З. У. М. Н. А... Чешир нереален. — От ее голоса у меня мурашки по коже. — Ты его выдумала, Алиса.

    — Алиса · книга
20. «

    Если хочешь узнать судьбу мертвеца, морг — хорошее начало.

    Если хочешь узнать судьбу мертвеца, морг — хорошее начало.

    — Профессор Пиллар · книга