25 цитат-размышлений Клайва Стейплза Льюис: жизненные цитаты

Клайв Стейплз Льюис: жизненные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 25 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Злятся не просто от усталости, а от неожиданных требований, предъявляемых усталому человеку.

   Злятся не просто от усталости, а от неожиданных требований, предъявляемых усталому человеку.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
2. «

   Чего бы людям ни хотелось, им всегда кажется, что у них на это есть право.

   Чего бы людям ни хотелось, им всегда кажется, что у них на это есть право.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
3. «

   Плакать не плохо, пока ты плачешь, но рано или поздно слезы заканчиваются и тогда надо решать, что же делать.

   Плакать не плохо, пока ты плачешь, но рано или поздно слезы заканчиваются и тогда надо решать, что же делать.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
4. «

   ... Все мы тупеем, когда пытаемся судить о безразличных для нас вещах.

   ... Все мы тупеем, когда пытаемся судить о безразличных для нас вещах.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
5. «

   Стыд хорош не сам по себе, а потому, что он побуждает нас заглянуть в свое сердце.

   Стыд хорош не сам по себе, а потому, что он побуждает нас заглянуть в свое сердце.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
6. «

   Люди редко говорят то, что хотели сказать на самом деле.

   Люди редко говорят то, что хотели сказать на самом деле.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
7. «

   Материнская любовь — прежде всего дар. Но дарует она, чтобы довести ребенка до той черты, после которой он в этом даре нуждаться не будет. Мы кормим детей, чтобы они со временем сами научились есть; мы учим их, чтобы они выучились, чему нужно. Эта любовь работает против себя самой. Цель наша — стать ненужными. «Я больше им не нужна» — награда для матери, признание хорошо выполненного дела.

   Материнская любовь — прежде всего дар. Но дарует она, чтобы довести ребенка до той черты, после которой он в этом даре нуждаться не будет. Мы кормим детей, чтобы они со временем сами научились есть; мы учим их, чтобы они выучились, чему нужно. Эта любовь работает против себя самой. Цель наша — стать ненужными. «Я больше им не нужна» — награда для матери, признание хорошо выполненного дела.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
8. «

   — Мы оба любим погоду. Не такую или всякую, а просто погоду. Очень удобно, когда живешь в Англии. — Как же вы приучились, м-р Деннистоун? — спросила Джейн. — Никогда бы не смогла полюбить снег или дождь. — Я просто не разучился, — ответил Деннистоун. — Все дети любят погоду. Вы не заметили, что в снегопад взрослые торопятся, а дети и собаки счастливы? Они-то знают, для чего падает снег. — Я в детстве не любила сырые дни, — не согласилась Джейн. — Это потому, что взрослые держали вас дома, — заключила Камилла. — Когда шлепаешь по лужам — совсем другое дело.

   — Мы оба любим погоду. Не такую или всякую, а просто погоду. Очень удобно, когда живешь в Англии. — Как же вы приучились, м-р Деннистоун? — спросила Джейн. — Никогда бы не смогла полюбить снег или дождь. — Я просто не разучился, — ответил Деннистоун. — Все дети любят погоду. Вы не заметили, что в снегопад взрослые торопятся, а дети и собаки счастливы? Они-то знают, для чего падает снег. — Я в детстве не любила сырые дни, — не согласилась Джейн. — Это потому, что взрослые держали вас дома, — заключила Камилла. — Когда шлепаешь по лужам — совсем другое дело.

   — Клайв Стейплз Льюис · книга
9. «

   Дружба бесполезна, как философия или искусство… Она не имеет ценности для выживания; скорее это одна из тех вещей, что придают ценности выживанию.

   Дружба бесполезна, как философия или искусство… Она не имеет ценности для выживания; скорее это одна из тех вещей, что придают ценности выживанию.

   — Клайв Стейплз Льюис
10. «

    Детство мы тратим впустую, желая стать взрослыми, а когда вырастем, тратим всю жизнь на то, чтоб не состариться.

    Детство мы тратим впустую, желая стать взрослыми, а когда вырастем, тратим всю жизнь на то, чтоб не состариться.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
11. «

    Я мечтал сооружать вещи своими руками: корабли, дома, моторы, но вместо этого пришлось писать рассказы.

    Я мечтал сооружать вещи своими руками: корабли, дома, моторы, но вместо этого пришлось писать рассказы.

    — Клайв Стейплз Льюис
12. «

    Друзей и возлюбленных мы выбираем за что-то — за красоту, за доброту, за ум, за честность. Но красота должна быть особая, «наша», и ум особый, в нашем вкусе.

    Друзей и возлюбленных мы выбираем за что-то — за красоту, за доброту, за ум, за честность. Но красота должна быть особая, «наша», и ум особый, в нашем вкусе.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
13. «

    Моё лицо — вот моя самая надежная маска.

    Моё лицо — вот моя самая надежная маска.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
14. «

    Самое большое зло творят теперь не в мрачных притонах и вертепах, которые описывал Диккенс, даже не в концлагерях — там мы видим результаты. Его зачинают и рождают (предлагают, поддерживают, разрабатывают) в чистых, теплых, светлых кабинетах, аккуратные, чисто-выбритые люди, которым и голоса повышать не надо.

    Самое большое зло творят теперь не в мрачных притонах и вертепах, которые описывал Диккенс, даже не в концлагерях — там мы видим результаты. Его зачинают и рождают (предлагают, поддерживают, разрабатывают) в чистых, теплых, светлых кабинетах, аккуратные, чисто-выбритые люди, которым и голоса повышать не надо.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
15. «

    Жестокость позорна, если жестокий человек не назовет её шуткой. Всякую мысль, что и в шутках можно зайти слишком далеко, предстать ему как пуританство или тупость. Но любого развязного пошляка можно научить добродетель высмеивать. Среди развязных людей всегда предполагается, что кто-то из них сказал что-то остроумное или смешное. Хотя никто ничего такого и не говорил. Каждый серьезный предмет они обсуждают так, как будто в нем уже наши смешную и нелепую сторону. Устойчивая привычка к развязному смеху прекрасно защищает от врага. Между развязным смехом и радостью огромное расстояние. Развязность притупляет, а не проясняет разум и отнюдь не сближает предающихся ей.

    Жестокость позорна, если жестокий человек не назовет её шуткой. Всякую мысль, что и в шутках можно зайти слишком далеко, предстать ему как пуританство или тупость. Но любого развязного пошляка можно научить добродетель высмеивать. Среди развязных людей всегда предполагается, что кто-то из них сказал что-то остроумное или смешное. Хотя никто ничего такого и не говорил. Каждый серьезный предмет они обсуждают так, как будто в нем уже наши смешную и нелепую сторону. Устойчивая привычка к развязному смеху прекрасно защищает от врага. Между развязным смехом и радостью огромное расстояние. Развязность притупляет, а не проясняет разум и отнюдь не сближает предающихся ей.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
16. «

    Каждый человек получает в жизни то, чего хочет. Но не каждый после этого рад.

    Каждый человек получает в жизни то, чего хочет. Но не каждый после этого рад.

    — Клайв Стейплз Льюис
17. «

    Влюбленные смотрят друг на друга; друзья — на что-то третье, чем оба заняты.

    Влюбленные смотрят друг на друга; друзья — на что-то третье, чем оба заняты.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
18. «

    Да, видно, я и вправду не со всякой любовью знакома. По мне, такая, как твоя, ничем не лучше ненависти. Я словно в тёмную яму заглянула.

    Да, видно, я и вправду не со всякой любовью знакома. По мне, такая, как твоя, ничем не лучше ненависти. Я словно в тёмную яму заглянула.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
19. «

    Словом, весь вечер он красовался перед ней, а она задавала нужные вопросы, смеялась, удивлялась. Они были молоды и не очень любили друг друга, но каждый очень хотел, чтобы любили его.

    Словом, весь вечер он красовался перед ней, а она задавала нужные вопросы, смеялась, удивлялась. Они были молоды и не очень любили друг друга, но каждый очень хотел, чтобы любили его.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
20. «

    Основная особенность страдания и наслаждения в том, что они совершенно реальны. И пока длятся, дают человеку критерий реальности.

    Основная особенность страдания и наслаждения в том, что они совершенно реальны. И пока длятся, дают человеку критерий реальности.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга