Клайв Стейплз Льюис: 170 цитат на каждый день

Ниже 170 цитат Клайва Стейплза Льюиса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В следующую секунду она почувствовала, что ее лицо и руки упираются не в мягкие складки меха, а во что-то твердое, шершавое и даже колючее. — Прямо как ветки дерева! — воскликнула Люси. И тут она заметила впереди свет, но не там, где должна была быть стенка шкафа, а далеко-далеко. Сверху падало что-то мягкое и холодное. Еще через мгновение она увидела, что стоит посреди леса, под ногами у нее снег, с ночного неба падают снежные хлопья. Люси немного испугалась, но любопытство оказалось сильнее, чем страх. Она оглянулась через плечо: позади между темными стволами деревьев видна была раскрытая дверца шкафа и сквозь нее — комната, из которой она попала сюда (вы, конечно, помните, что Люси нарочно оставила дверцу открытой). Там, за шкафом, по-прежнему был день. «Я всегда смогу вернуться, если что-нибудь пойдет не так», — подумала Люси и двинулась вперед. «Хруп, хруп», — хрустел снег под ее ногами. Минут через десять она подошла к тому месту, откуда исходил свет. Перед ней был... фонарный столб. Люси вытаращила глаза. Почему посреди леса стоит фонарь? И что ей делать дальше?

   В следующую секунду она почувствовала, что ее лицо и руки упираются не в мягкие складки меха, а во что-то твердое, шершавое и даже колючее. — Прямо как ветки дерева! — воскликнула Люси. И тут она заметила впереди свет, но не там, где должна была быть стенка шкафа, а далеко-далеко. Сверху падало что-то мягкое и холодное. Еще через мгновение она увидела, что стоит посреди леса, под ногами у нее снег, с ночного неба падают снежные хлопья. Люси немного испугалась, но любопытство оказалось сильнее, чем страх. Она оглянулась через плечо: позади между темными стволами деревьев видна была раскрытая дверца шкафа и сквозь нее — комната, из которой она попала сюда (вы, конечно, помните, что Люси нарочно оставила дверцу открытой). Там, за шкафом, по-прежнему был день. «Я всегда смогу вернуться, если что-нибудь пойдет не так», — подумала Люси и двинулась вперед. «Хруп, хруп», — хрустел снег под ее ногами. Минут через десять она подошла к тому месту, откуда исходил свет. Перед ней был... фонарный столб. Люси вытаращила глаза. Почему посреди леса стоит фонарь? И что ей делать дальше?

   — Хроники Нарнии. Лев, колдунья и платяной шкаф · книга
2. «

   — Аслан, Ты стал больше! — Потому что ты выросла, дитя моё. — Не потому, что Ты? — Нет. Но с каждым годом подрастая, ты будешь видеть Меня больше.

   — Аслан, Ты стал больше! — Потому что ты выросла, дитя моё. — Не потому, что Ты? — Нет. Но с каждым годом подрастая, ты будешь видеть Меня больше.

   — Люси · книга
3. «

   Я не ставлю вопроса так. Вы, наверное, знаете, что я не всегда был христианином и обратился я не для того, чтобы обрести счастье. Я понимал, что бутылка вина даст мне его скорее. Если вы ищете религию, от которой ваша жизнь станет удобнее и легче, я бы вам не советовал избирать христианство. Вероятно, есть какие–нибудь американские таблетки, они вам больше помогут.

   Я не ставлю вопроса так. Вы, наверное, знаете, что я не всегда был христианином и обратился я не для того, чтобы обрести счастье. Я понимал, что бутылка вина даст мне его скорее. Если вы ищете религию, от которой ваша жизнь станет удобнее и легче, я бы вам не советовал избирать христианство. Вероятно, есть какие–нибудь американские таблетки, они вам больше помогут.

   — Просто Христианство · книга
4. «

   Я выдумал, что бесы едят (в духовном смысле) и друг друга, и нас. (Насколько гениально это прозрение, читайте в «Розе Мира» Даниила Андреева) Даже здесь, на земле, мы видели, как стремятся некоторые пожрать, переварить другого; сделать так, чтобы он думал их мыслями, чувствовал их чувствами, ненавидел их ненавистью, досадовал их досадой, а они тешили через него свое себялюбие. Конечно, он обязан убрать куда-нибудь свои страстишки. Не хочет? Нет, какой эгоизм! Здесь, на Земле, это нередко называют «любовью». Я придумал, что в аду это называют голодом. Только там голод сильнее, насыщение — полнее. Тело не мешает, и более сильный бес (он — дух) может просто всосать, вобрать другого, а потом подпитываться порабощенным собратом. Вот для чего (придумал я) нужны им человеческие души и другие бесы. Вот почему сатана хотел бы заполучить всех детей Евы и все воинства небесные. Он мечтает о дне и часе, когда поглотит все, и сказать «я» можно будет только через него. Этот мерзкий паук — его извод, его версия той безграничной щедрости, с какой Бог обращает орудия в слуг, а слуг — в сынов, чтобы они смогли в конце концов соединиться с Ним в совершенной любви, ибо Он дал им свободу быть личностью.

   Я выдумал, что бесы едят (в духовном смысле) и друг друга, и нас. (Насколько гениально это прозрение, читайте в «Розе Мира» Даниила Андреева) Даже здесь, на земле, мы видели, как стремятся некоторые пожрать, переварить другого; сделать так, чтобы он думал их мыслями, чувствовал их чувствами, ненавидел их ненавистью, досадовал их досадой, а они тешили через него свое себялюбие. Конечно, он обязан убрать куда-нибудь свои страстишки. Не хочет? Нет, какой эгоизм! Здесь, на Земле, это нередко называют «любовью». Я придумал, что в аду это называют голодом. Только там голод сильнее, насыщение — полнее. Тело не мешает, и более сильный бес (он — дух) может просто всосать, вобрать другого, а потом подпитываться порабощенным собратом. Вот для чего (придумал я) нужны им человеческие души и другие бесы. Вот почему сатана хотел бы заполучить всех детей Евы и все воинства небесные. Он мечтает о дне и часе, когда поглотит все, и сказать «я» можно будет только через него. Этот мерзкий паук — его извод, его версия той безграничной щедрости, с какой Бог обращает орудия в слуг, а слуг — в сынов, чтобы они смогли в конце концов соединиться с Ним в совершенной любви, ибо Он дал им свободу быть личностью.

   — Письма Баламута · книга
5. «

   Самое большое зло творят теперь не в мрачных притонах и вертепах, которые описывал Диккенс, даже не в концлагерях — там мы видим результаты. Его зачинают и рождают (предлагают, поддерживают, разрабатывают) в чистых, теплых, светлых кабинетах, аккуратные, чисто-выбритые люди, которым и голоса повышать не надо.

   Самое большое зло творят теперь не в мрачных притонах и вертепах, которые описывал Диккенс, даже не в концлагерях — там мы видим результаты. Его зачинают и рождают (предлагают, поддерживают, разрабатывают) в чистых, теплых, светлых кабинетах, аккуратные, чисто-выбритые люди, которым и голоса повышать не надо.

   — Письма Баламута · книга
6. «

   Однако, отвечая да, Дигори думал о своей матери, и о своих надеждах, и об их крахе и потому все таки прибавил, глотая слезы, едва выговаривая слова: — Пожалуйста...вы не могли бы...как-нибудь помочь моей маме? Тут, с горя он в первый раз посмотрел не на тяжелые лапы льва..., а на лицо...и несказанно удивился. Он увидел, что львиные глаза полны сверкающих слез, таких больших, словно лев горюет о маме больше, чем он сам. — Сын мой, сынок, я знаю. Горе у нас большое. Только у тебя и у меня есть горе в этой стране. Будем же добры друг к другу.

   Однако, отвечая да, Дигори думал о своей матери, и о своих надеждах, и об их крахе и потому все таки прибавил, глотая слезы, едва выговаривая слова: — Пожалуйста...вы не могли бы...как-нибудь помочь моей маме? Тут, с горя он в первый раз посмотрел не на тяжелые лапы льва..., а на лицо...и несказанно удивился. Он увидел, что львиные глаза полны сверкающих слез, таких больших, словно лев горюет о маме больше, чем он сам. — Сын мой, сынок, я знаю. Горе у нас большое. Только у тебя и у меня есть горе в этой стране. Будем же добры друг к другу.

   — Аслан · книга
7. «

   Пусть люди считают основой брака приукрашенный вариант того, что Враг обещает лишь как его результат. Отсюда вытекают сразу две недурные возможности. Во-первых, людей, не обладающих даром воздержания, можно удерживать от брака, ибо они не «влюблены» — благодаря нам мысль о браке «не по любви» покажется им низкой или циничной. Да, да, они так и думают. Они считают, что намерение вступить в брак для взаимной помощи, охраны целомудрия и продолжения рода ниже, чем случайная буря чувств. (Не пренебрегай возможностью, заставь своего пациента считать чин венчания весьма несовершенным.) Во-вторых, всякое сексуальное влечение, стремящееся к браку, будет считаться «любовью», а любовь подобного рода извинит любой грех и, вполне возможно, спровоцирует женитьбу па женщине совершенно мирской, глупой или развратной.

   Пусть люди считают основой брака приукрашенный вариант того, что Враг обещает лишь как его результат. Отсюда вытекают сразу две недурные возможности. Во-первых, людей, не обладающих даром воздержания, можно удерживать от брака, ибо они не «влюблены» — благодаря нам мысль о браке «не по любви» покажется им низкой или циничной. Да, да, они так и думают. Они считают, что намерение вступить в брак для взаимной помощи, охраны целомудрия и продолжения рода ниже, чем случайная буря чувств. (Не пренебрегай возможностью, заставь своего пациента считать чин венчания весьма несовершенным.) Во-вторых, всякое сексуальное влечение, стремящееся к браку, будет считаться «любовью», а любовь подобного рода извинит любой грех и, вполне возможно, спровоцирует женитьбу па женщине совершенно мирской, глупой или развратной.

   — Баламут · книга
8. «

   Как можно ощущать себя уродливой, когда твоё сердце ликует?

   Как можно ощущать себя уродливой, когда твоё сердце ликует?

   — Оруаль · книга
9. «

   Любить и терять любимых — и то, и другое в природе вещей. Если, принимая первое, мы не можем вынести второго, мы проявляем тем самым нашу слабость.

   Любить и терять любимых — и то, и другое в природе вещей. Если, принимая первое, мы не можем вынести второго, мы проявляем тем самым нашу слабость.

   — Лис · книга
10. «

    Ты произошел от лорда Адама и леди Евы — сказал Аслан, — и это достаточно почетно для того, чтобы беднейший нищий высоко держал голову, и достаточно стыдно, чтобы склонить до земли голову величайшего императора.

    Ты произошел от лорда Адама и леди Евы — сказал Аслан, — и это достаточно почетно для того, чтобы беднейший нищий высоко держал голову, и достаточно стыдно, чтобы склонить до земли голову величайшего императора.

    — Аслан · книга
11. «

    – Аслан, – проговорила Люси, – а ты стал больше. – Это потому, что ты становишься старше, малютка, – ответил он. – А не потому, что ты? – Я – нет. Но с каждым годом, подрастая, ты будешь видеть меня всё больше.

    – Аслан, – проговорила Люси, – а ты стал больше. – Это потому, что ты становишься старше, малютка, – ответил он. – А не потому, что ты? – Я – нет. Но с каждым годом, подрастая, ты будешь видеть меня всё больше.

    — Хроники Нарнии. Принц Каспиан · книга
12. «

    Бог говорит с нами лицом к лицу только тогда, когда у нас у самих есть лицо.

    Бог говорит с нами лицом к лицу только тогда, когда у нас у самих есть лицо.
13. «

    Обвинять во лжи того, кто никогда вам не лгал — не шутка, отнюдь не шутка.

    Обвинять во лжи того, кто никогда вам не лгал — не шутка, отнюдь не шутка.

    — Профессор · книга
14. «

    По-твоему, надо выполнять обещания. Резонно, резонно, вот ты и выполняй. Но, сам посуди, такие правила хороши для слуг, детей, женщин, вообще для людей, но не для великих учёных, мыслителей и мудрецов. Нет, для людей, но не для великих ученых, мыслителей и мудрецов. Те, кто причастен тайной мудрости, свободны и от мещанских правил, и от мещанских радостей. Судьба наша, мой мальчик, возвышенна и необычна. Удел наш высок, мы одиноки.

    По-твоему, надо выполнять обещания. Резонно, резонно, вот ты и выполняй. Но, сам посуди, такие правила хороши для слуг, детей, женщин, вообще для людей, но не для великих учёных, мыслителей и мудрецов. Нет, для людей, но не для великих ученых, мыслителей и мудрецов. Те, кто причастен тайной мудрости, свободны и от мещанских правил, и от мещанских радостей. Судьба наша, мой мальчик, возвышенна и необычна. Удел наш высок, мы одиноки.

    — дядя Эндрью · книга
15. «

    Друзей и возлюбленных мы выбираем за что-то — за красоту, за доброту, за ум, за честность. Но красота должна быть особая, «наша», и ум особый, в нашем вкусе.

    Друзей и возлюбленных мы выбираем за что-то — за красоту, за доброту, за ум, за честность. Но красота должна быть особая, «наша», и ум особый, в нашем вкусе.

    — Любовь · книга
16. «

    Неудачи — это указательные столбы на пути к успеху.

    Неудачи — это указательные столбы на пути к успеху.
17. «

    Человек должен радоваться радостью своих друзей и жить их жизнью.

    Человек должен радоваться радостью своих друзей и жить их жизнью.

    — Пока мы лиц не обрели · книга
18. «

    — И Аравиту ранил ты? — Да, я. — Зачем же? — Сын мой, — сказал голос, — я говорю о тебе, не о ней. Я рассказываю каждому только его историю.

    — И Аравиту ранил ты? — Да, я. — Зачем же? — Сын мой, — сказал голос, — я говорю о тебе, не о ней. Я рассказываю каждому только его историю.

    — Аслан · книга
19. «

    У тебя нет души. Ты — душа. У тебя есть тело.

    У тебя нет души. Ты — душа. У тебя есть тело.
20. «

    — Интересно, куда девался этот фигль-мигль? — спросила Джил. — Квакль-бродякль, — поправил Юстэс, чуточку гордясь, что запомнил это слово.

    — Интересно, куда девался этот фигль-мигль? — спросила Джил. — Квакль-бродякль, — поправил Юстэс, чуточку гордясь, что запомнил это слово.

    — Юстэс · книга