Топ-163 цитаты Колина Маккалоу

Колин Маккалоу — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 163 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   В каждом из нас есть что-то такое — хоть кричи, хоть плачь, а с этим не совладать. Мы такие как есть и ничего тут не поделаешь. Как птица в старой кельтской легенде: бросается грудью на терновый шип, и с пронзенным сердцем исходит песней и умирает. Она не может иначе, такая её судьба. Пусть мы и сами знаем, что оступаемся, знаем даже раньше, чем сделали первый шаг, но ведь это сознание все равно ничему не может помешать, ничего не может изменить. Каждый поет свою песенку и уверен, что никогда мир не слышал ничего прекраснее. Мы сами создаем для себя тернии и даже не задумываемся, чего это нам будет стоить. А потом только и остается терпеть и уверять себя, что мучаемся не напрасно.

   В каждом из нас есть что-то такое — хоть кричи, хоть плачь, а с этим не совладать. Мы такие как есть и ничего тут не поделаешь. Как птица в старой кельтской легенде: бросается грудью на терновый шип, и с пронзенным сердцем исходит песней и умирает. Она не может иначе, такая её судьба. Пусть мы и сами знаем, что оступаемся, знаем даже раньше, чем сделали первый шаг, но ведь это сознание все равно ничему не может помешать, ничего не может изменить. Каждый поет свою песенку и уверен, что никогда мир не слышал ничего прекраснее. Мы сами создаем для себя тернии и даже не задумываемся, чего это нам будет стоить. А потом только и остается терпеть и уверять себя, что мучаемся не напрасно.

   — Мэганн «Мэгги» Клири · книга
2. «

   А какая разница, если бы он и знал, что Дэн — его сын? Можно ли было любить мальчика сильней, чем он любил? И разве, знай он, что это его сын, он поступал бы иначе? Да! — кричало его сердце. Нет, — насмехался рассудок.

   А какая разница, если бы он и знал, что Дэн — его сын? Можно ли было любить мальчика сильней, чем он любил? И разве, знай он, что это его сын, он поступал бы иначе? Да! — кричало его сердце. Нет, — насмехался рассудок.

   — Ральф де Брикассар · книга
3. «

   — Что может быть лучше, чем влюбиться!? — Да почти все!

   — Что может быть лучше, чем влюбиться!? — Да почти все!

   — Поющие в терновнике · книга
4. «

   — Я вас любила, — с волнением сказала она. — Нет, не любили. Я оказался вызовом вашей старости, только и всего. Одним своим видом я вам напоминаю о том, что вам в ваши годы уже недоступно.

   — Я вас любила, — с волнением сказала она. — Нет, не любили. Я оказался вызовом вашей старости, только и всего. Одним своим видом я вам напоминаю о том, что вам в ваши годы уже недоступно.

   — Поющие в терновнике · книга
5. «

   Ну что поделаешь, если девчонка с таким норовом. Вот заявит сейчас, что едет в Сиднейский бордель изучать на практике профессию шлюхи — и то её, пожалуй, не отговоришь. Ох уж это милейшее чудовище Джастина, сущая казнь египетская.

   Ну что поделаешь, если девчонка с таким норовом. Вот заявит сейчас, что едет в Сиднейский бордель изучать на практике профессию шлюхи — и то её, пожалуй, не отговоришь. Ох уж это милейшее чудовище Джастина, сущая казнь египетская.

   — Мэгги О'Нил · книга
6. «

   — По крайней мере вы пополнили мое образование по части дамского туалета, как верхнего, так и нижнего, — кротко заметил Хартгейм. — Бросьте! Пари держу, у вас десяток любовниц, и вы всех их раздеваете. — У меня только одна, и, как подобает хорошей любовнице, она ждет меня в неглиже.

   — По крайней мере вы пополнили мое образование по части дамского туалета, как верхнего, так и нижнего, — кротко заметил Хартгейм. — Бросьте! Пари держу, у вас десяток любовниц, и вы всех их раздеваете. — У меня только одна, и, как подобает хорошей любовнице, она ждет меня в неглиже.

   — Поющие в терновнике · книга
7. «

   Она красива, а все красивое доставляло ему удовольствие; и, наконец, — в этом он меньше всего склонен был себе признаться, — она сама заполняла пустоту в его жизни, которую не мог заполнить бог, потому что она живое любящее существо, способное ответить теплом на тепло.

   Она красива, а все красивое доставляло ему удовольствие; и, наконец, — в этом он меньше всего склонен был себе признаться, — она сама заполняла пустоту в его жизни, которую не мог заполнить бог, потому что она живое любящее существо, способное ответить теплом на тепло.

   — Поющие в терновнике · книга
8. «

   Тот, кому нечего терять, может всего добиться, того, кто не чувствителен к боли, ничто не ранит.

   Тот, кому нечего терять, может всего добиться, того, кто не чувствителен к боли, ничто не ранит.

   — Поющие в терновнике · книга
9. «

   Она соскользнула с кресла, прильнула к Ральфу, головой к мокрой, хоть выжми, рубашке, и закрыла глаза; наперекор боли и горю она была счастлива, — пусть бы эта минута длилась вечно! Он приехал, все-таки есть у нее власть над ним, все-таки она победила.

   Она соскользнула с кресла, прильнула к Ральфу, головой к мокрой, хоть выжми, рубашке, и закрыла глаза; наперекор боли и горю она была счастлива, — пусть бы эта минута длилась вечно! Он приехал, все-таки есть у нее власть над ним, все-таки она победила.

   — Мэганн «Мэгги» Клири · книга
10. «

    Секрет его влияния и притягательности не столько во внешнем обаянии, сколько в этой холодноватой, почти божественной, но и глубоко человечной отрешенности его души.

    Секрет его влияния и притягательности не столько во внешнем обаянии, сколько в этой холодноватой, почти божественной, но и глубоко человечной отрешенности его души.

    — Поющие в терновнике · книга
11. «

    В чем-то она, эта малышка, была уже настолько взрослая, и настолько женщина, что ощутила острую неодолимую радость: она нужна!

    В чем-то она, эта малышка, была уже настолько взрослая, и настолько женщина, что ощутила острую неодолимую радость: она нужна!

    — Поющие в терновнике · книга
12. «

    От военных лет у него сохранились два воспоминания: жестокие сражения в жестокие морозы — и лицо Ральфа де Брикассара. Ужас и красота, дьявол и Бог.

    От военных лет у него сохранились два воспоминания: жестокие сражения в жестокие морозы — и лицо Ральфа де Брикассара. Ужас и красота, дьявол и Бог.

    — Поющие в терновнике · книга
13. «

    И понемногу воспоминание о нём блекло, как всегда блекнут воспоминания, даже самые дорогие сердцу; словно помимо нашего сознания душа исцеляется и заживают раны, как бы ни была велика наша отчаянная решимость ничего не забыть.

    И понемногу воспоминание о нём блекло, как всегда блекнут воспоминания, даже самые дорогие сердцу; словно помимо нашего сознания душа исцеляется и заживают раны, как бы ни была велика наша отчаянная решимость ничего не забыть.

    — Поющие в терновнике · книга
14. «

    И запомните: чем упорнее человек перед лицом невзгод, тем богаче его жизнь, тем более счастливым он себя ощущает, тем сильнее становится его дух... Научитесь занимать свои руки и голову, и горести отступят.

    И запомните: чем упорнее человек перед лицом невзгод, тем богаче его жизнь, тем более счастливым он себя ощущает, тем сильнее становится его дух... Научитесь занимать свои руки и голову, и горести отступят.

    — Евангелие любви · книга
15. «

    Убивать ради того, чтобы выжить — не жестокость.

    Убивать ради того, чтобы выжить — не жестокость.

    — Поющие в терновнике · книга
16. «

    Сейчас он не помнил, что отказался от неё когда то, что другой провел её до конца по пути, которому он положил начало, который сам избрал для неё и для себя, ведь она — его гибель, его роза, его творение. Сон, от которого ему уже не пробудиться, пока он — человек из плоти и крови.

    Сейчас он не помнил, что отказался от неё когда то, что другой провел её до конца по пути, которому он положил начало, который сам избрал для неё и для себя, ведь она — его гибель, его роза, его творение. Сон, от которого ему уже не пробудиться, пока он — человек из плоти и крови.

    — Поющие в терновнике · книга
17. «

    Порой многие мили, разделяющие людей, ничего не значат, порой они сокращаются до мгновения тишины между ударами сердца.

    Порой многие мили, разделяющие людей, ничего не значат, порой они сокращаются до мгновения тишины между ударами сердца.

    — Тим · книга
18. «

    Как только улажу тут все дела, напишу, когда меня ждать. А пока не забывай, что я хоть и по своему, не по-людски, тебя люблю.

    Как только улажу тут все дела, напишу, когда меня ждать. А пока не забывай, что я хоть и по своему, не по-людски, тебя люблю.

    — Джастина О’Нил · книга
19. «

    Праздность порождает неудовольствие, беды, дурные поступки, пустые шалости.

    Праздность порождает неудовольствие, беды, дурные поступки, пустые шалости.

    — Хирон · книга
20. «

    — Поживем — увидим, милый друг, — сказала она, глядя в зеркало, где вместо собственного отражения ей виделось лицо Лиона. — Не будь я Джастина О'Нил, если я не сделаю Англию важнейшим из всех твоих иностранных дел.

    — Поживем — увидим, милый друг, — сказала она, глядя в зеркало, где вместо собственного отражения ей виделось лицо Лиона. — Не будь я Джастина О'Нил, если я не сделаю Англию важнейшим из всех твоих иностранных дел.

    — Джастина О’Нил · книга