172 мудрых мыслей Константина Дмитриевича Бальмонта

Ниже 172 цитаты Константина Дмитриевича Бальмонта — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Прожив полстолетия на земле, я никак не разучусь, говоря, говорить правду и, слушая людей, я никак не могу перестать верить их словам. Да, такова моя судьба. И, тысячу раз обманутый, я хочу снова верить, и не верить не могу.

   Прожив полстолетия на земле, я никак не разучусь, говоря, говорить правду и, слушая людей, я никак не могу перестать верить их словам. Да, такова моя судьба. И, тысячу раз обманутый, я хочу снова верить, и не верить не могу.

   — Где мой дом? · книга
2. «

   Святой Георгий, убив Дракона, Взглянул печально вокруг себя. Не мог он слышать глухого стона, Не мог быть светлым — лишь свет любя.

   Святой Георгий, убив Дракона, Взглянул печально вокруг себя. Не мог он слышать глухого стона, Не мог быть светлым — лишь свет любя.
3. «

   Я не знаю мудрости, годной для других, Только мимолетности я влагаю в стих. В каждой мимолетности вижу я миры, Полные изменчивой радужной игры.

   Я не знаю мудрости, годной для других, Только мимолетности я влагаю в стих. В каждой мимолетности вижу я миры, Полные изменчивой радужной игры.
4. «

   Спроси каплю, чего она хочет. Она скажет: быть росинкой, играть маленькими радугами, сделаться легкой и незримой, чуть-чуть зримой, дымкой. Подняться выше и слиться с кочующим облачком. Утонуть в темной туче, сверкать с молнией, греметь с громом, пролиться серебряным дождем и под высокою радугой, под многоцветной снова стать каплей, быть испитой жадным ртом земли или румяными устами цветка.

   Спроси каплю, чего она хочет. Она скажет: быть росинкой, играть маленькими радугами, сделаться легкой и незримой, чуть-чуть зримой, дымкой. Подняться выше и слиться с кочующим облачком. Утонуть в темной туче, сверкать с молнией, греметь с громом, пролиться серебряным дождем и под высокою радугой, под многоцветной снова стать каплей, быть испитой жадным ртом земли или румяными устами цветка.

   — Под новым серпом · книга
5. «

   Праздник сердца — это радость кого-нибудь полюбить. Праздник сердца — найти клад неожиданно. И праздник сердца — найти себя в другом, увидеть лучшее своего сердца в зеркале сердца иного. И разбить стену разъединяющую — это радость души алмазно-острая, это истинный праздник сердца.

   Праздник сердца — это радость кого-нибудь полюбить. Праздник сердца — найти клад неожиданно. И праздник сердца — найти себя в другом, увидеть лучшее своего сердца в зеркале сердца иного. И разбить стену разъединяющую — это радость души алмазно-острая, это истинный праздник сердца.

   — Избранное. Стихотворения, переводы, статьи · книга
6. «

   Ты молчишь, как русалка. Но много говорит мне Твое стыдливое молчание. Знойные ласки сказали бы меньше.

   Ты молчишь, как русалка. Но много говорит мне Твое стыдливое молчание. Знойные ласки сказали бы меньше.
7. «

   Мир должен быть оправдан весь, Чтобы можно было жить!

   Мир должен быть оправдан весь, Чтобы можно было жить!
8. «

   ... Час, когда сущность ночи начинает входит в сущность дня, и в этом есть обручение души с тем, что прошло, и с тем, что будет...

   ... Час, когда сущность ночи начинает входит в сущность дня, и в этом есть обручение души с тем, что прошло, и с тем, что будет...

   — Где мой дом? · книга
9. «

   ...любовь постигнуть трудно. Вот, вдруг пришла. Пусть все возьмет мое. Пусть сделаю, что будет безрассудно. Но пусть безумье будет обоюдно. Хочу. Горю. Молюсь. Люблю ее.

   ...любовь постигнуть трудно. Вот, вдруг пришла. Пусть все возьмет мое. Пусть сделаю, что будет безрассудно. Но пусть безумье будет обоюдно. Хочу. Горю. Молюсь. Люблю ее.
10. «

    Я русский, я рыжий, я русый. От моря до моря ходил. Низал я янтарные бусы, Я звенья ковал для кадил.

    Я русский, я рыжий, я русый. От моря до моря ходил. Низал я янтарные бусы, Я звенья ковал для кадил.
11. «

    Хорошо в человеческой душе, когда она спешит к другой и несет ей что-нибудь благое.

    Хорошо в человеческой душе, когда она спешит к другой и несет ей что-нибудь благое.

    — Где мой дом? · книга
12. «

    Не знаю, хочешь ли ты радости, Уста к устам, прильнуть ко мне, Но я не знаю высшей сладости, Как быть с тобой наедине.

    Не знаю, хочешь ли ты радости, Уста к устам, прильнуть ко мне, Но я не знаю высшей сладости, Как быть с тобой наедине.
13. «

    И взорам открылось при свете зарниц, Что в небе есть тайны, но нет в нем границ.

    И взорам открылось при свете зарниц, Что в небе есть тайны, но нет в нем границ.
14. «

    Красен солнцем вольный мир, черной тьмой хорош. Я не знаю, день и ночь — правда или ложь.

    Красен солнцем вольный мир, черной тьмой хорош. Я не знаю, день и ночь — правда или ложь.
15. «

    Можно только раз любить, Только раз блаженным быть, Впить в себя восторг и свет, - Только раз, а больше — нет.

    Можно только раз любить, Только раз блаженным быть, Впить в себя восторг и свет, - Только раз, а больше — нет.
16. «

    У каждой души есть множество ликов, в каждом человеке скрыто множество людей, и многие из этих людей, образующих одного человека, должны быть безжалостно ввергнуты в огонь. Нужно быть беспощадным к себе. Только тогда можно достичь чего-нибудь.

    У каждой души есть множество ликов, в каждом человеке скрыто множество людей, и многие из этих людей, образующих одного человека, должны быть безжалостно ввергнуты в огонь. Нужно быть беспощадным к себе. Только тогда можно достичь чего-нибудь.
17. «

    Мудрецы — говорят. Но не медли, душа, с мудрецами, Если хочешь побыть с Тем, Кто в каждой песчинке пустынь. Видишь — горы горят снеговыми своими венцами? Их молчанье — с душой, их молчанье есть область святынь.

    Мудрецы — говорят. Но не медли, душа, с мудрецами, Если хочешь побыть с Тем, Кто в каждой песчинке пустынь. Видишь — горы горят снеговыми своими венцами? Их молчанье — с душой, их молчанье есть область святынь.
18. «

    Легенда о счастии, борьбой возмущенная.

    Легенда о счастии, борьбой возмущенная.
19. «

    Да одежд человеческих более гораздо, чем самих человеков. Веток на дереве много, а дерево одно. Листьев на дереве много, более, чем ветвей. И каждый лист как будто сам, а листья-то ведь все похожи, все древесные братья, лесные родственники. И без единого дерева им не быть.

    Да одежд человеческих более гораздо, чем самих человеков. Веток на дереве много, а дерево одно. Листьев на дереве много, более, чем ветвей. И каждый лист как будто сам, а листья-то ведь все похожи, все древесные братья, лесные родственники. И без единого дерева им не быть.

    — Под новым серпом · книга
20. «

    Мы лежим на холодном и грязном полу, Присужденные к вечной тюрьме. И упорно и долго глядим в полумглу: Ничего, ничего в этой тьме!

    Мы лежим на холодном и грязном полу, Присужденные к вечной тюрьме. И упорно и долго глядим в полумглу: Ничего, ничего в этой тьме!