10 цитат Константина Сергиенко, ставших крылатыми

Ниже 10 цитат Константина Сергиенко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Огонь очищает. — Огонь не разбирает правых и виноватых. Он пожирает все. — Отнюдь. Огонь оставляет в вас самое чистое. То самое, что не горит.

   — Огонь очищает. — Огонь не разбирает правых и виноватых. Он пожирает все. — Отнюдь. Огонь оставляет в вас самое чистое. То самое, что не горит.

   — Путешественник · книга
2. «

   Внезапно решила спросить у «англичанина», скоро ли я влюблюсь. Загадала страницу и строчку, но вышло всего одно слово «never», ужасное слово «никогда».

   Внезапно решила спросить у «англичанина», скоро ли я влюблюсь. Загадала страницу и строчку, но вышло всего одно слово «never», ужасное слово «никогда».

   — Маша · книга
3. «

   — Я не люблю молчания, — ответил я. — А его не надо любить, в него следует погрузиться. — Зачем? — В этом смысл мировой гармонии.

   — Я не люблю молчания, — ответил я. — А его не надо любить, в него следует погрузиться. — Зачем? — В этом смысл мировой гармонии.

   — Путешественник · книга
4. «

   Адмирал Тюльпанов — это адмирал горячих сердец!

   Адмирал Тюльпанов — это адмирал горячих сердец!

   — Кеес Адмирал Тюльпанов · книга
5. «

   — Посадишь тюльпан на моей могиле? Тот, красный... — Ты не умрешь. Не умирай, пожалуйста, не умирай... — Конечно, не умру. Это когда-нибудь... Кеес... Ты слышишь? — Я слышу тебя, я слышу... — Пусть твое сердце будет горячим, как тюльпан... Давно я хотел это сказать... Адмирал Тюльпанов — это Адмирал Горячих Сердец... Эглантина... — прошептал он и дышал уже очень тяжело. Она не ответила, только ниже к нему наклонилась, сжала руку. Я не выдержал и заплакал. Я сказал: — Караколь, тебе больно? А он ответил: — Нет, мне хорошо... И это были его последние слова.

   — Посадишь тюльпан на моей могиле? Тот, красный... — Ты не умрешь. Не умирай, пожалуйста, не умирай... — Конечно, не умру. Это когда-нибудь... Кеес... Ты слышишь? — Я слышу тебя, я слышу... — Пусть твое сердце будет горячим, как тюльпан... Давно я хотел это сказать... Адмирал Тюльпанов — это Адмирал Горячих Сердец... Эглантина... — прошептал он и дышал уже очень тяжело. Она не ответила, только ниже к нему наклонилась, сжала руку. Я не выдержал и заплакал. Я сказал: — Караколь, тебе больно? А он ответил: — Нет, мне хорошо... И это были его последние слова.

   — Караколь · книга
6. «

   Пускай ваши сердца горят таким же ясным пламенем, как лепестки красного тюльпана весной!

   Пускай ваши сердца горят таким же ясным пламенем, как лепестки красного тюльпана весной!

   — Кеес · книга
7. «

   Накопился избыток чувств, и вот уже хочется думать, что это любовь.

   Накопился избыток чувств, и вот уже хочется думать, что это любовь.

   — Дни поздней осени · книга
8. «

   Третий выстрел... Кеес, он и вправду достался мне. Как я рад... Вместо нее...

   Третий выстрел... Кеес, он и вправду достался мне. Как я рад... Вместо нее...

   — Караколь · книга
9. «

   Сегодня день моего исцеления... Эглантина, я не смел при тебе снять этот горб, я не смел выбросить любовь из груди... Любовь к тебе была моим увечьем...

   Сегодня день моего исцеления... Эглантина, я не смел при тебе снять этот горб, я не смел выбросить любовь из груди... Любовь к тебе была моим увечьем...

   — Караколь · книга
10. «

    Рассказывали, что в последние дни осады, когда некоторым совсем уж невмоготу стало и они потребовали сдать город, ван дер Верф вышел на площадь и сказал: «Вот вам моя рука, отрубите, но город не сдам!».

    Рассказывали, что в последние дни осады, когда некоторым совсем уж невмоготу стало и они потребовали сдать город, ван дер Верф вышел на площадь и сказал: «Вот вам моя рука, отрубите, но город не сдам!».

    — Кеес Адмирал Тюльпанов · книга