Подборка: 63 цитаты Корнея Ивановича Чуковского

Подборка из 63 цитаты Корнея Ивановича Чуковского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Девочке четырёх с половиною лет прочли «Сказку о рыбаке и рыбке». - Вот глупый старик, — возмутилась она, — просил у рыбки то новый дом, то новое корыто. Попросил бы сразу новую старуху.

   Девочке четырёх с половиною лет прочли «Сказку о рыбаке и рыбке». - Вот глупый старик, — возмутилась она, — просил у рыбки то новый дом, то новое корыто. Попросил бы сразу новую старуху.

   — От двух до пяти · книга
2. «

   Ах, Боже мой, если ты бунтовщик — бунтуй. Хочешь славить плоть – славь. Но если для бунта тебе нужна таблица умножения, а для прославления плоти — канцелярия, так уж лучше оставь это занятие и окончательно займись выпиливанием по дереву. Если «не можешь и не хочешь», то зачем же, спрашивается, «лезть»?

   Ах, Боже мой, если ты бунтовщик — бунтуй. Хочешь славить плоть – славь. Но если для бунта тебе нужна таблица умножения, а для прославления плоти — канцелярия, так уж лучше оставь это занятие и окончательно займись выпиливанием по дереву. Если «не можешь и не хочешь», то зачем же, спрашивается, «лезть»?
3. «

   А из замужа обратно выйти можно?

   А из замужа обратно выйти можно?

   — От двух до пяти · книга
4. «

   Когда я родилась, папа и мама были в театре. Пришли, а я уже тут.

   Когда я родилась, папа и мама были в театре. Пришли, а я уже тут.

   — От двух до пяти · книга
5. «

   — Сколько тебе лет? — Скоро восемь, а пока три.

   — Сколько тебе лет? — Скоро восемь, а пока три.

   — От двух до пяти · книга
6. «

   Было приятно узнавать от детей, что у лысого голова босиком, что от мятных лепешек во рту сквознячок, что женщина-дворник — дворняжка.

   Было приятно узнавать от детей, что у лысого голова босиком, что от мятных лепешек во рту сквознячок, что женщина-дворник — дворняжка.

   — От двух до пяти · книга
7. «

   Нет, грубость гнездится не в книгах, а в семье и на улице. Я еще не видал человека, который научился бы сквернословить по книгам.

   Нет, грубость гнездится не в книгах, а в семье и на улице. Я еще не видал человека, который научился бы сквернословить по книгам.

   — Живой как жизнь · книга
8. «

   Опрометчиво поступают те взрослые, которые с нелепой угодливостью торопятся исполнить любые желания ребёнка, выраженные нарочитым нытьём, и тем самым приучают его с первых же месяцев его бытия к умелому использованию слёз.

   Опрометчиво поступают те взрослые, которые с нелепой угодливостью торопятся исполнить любые желания ребёнка, выраженные нарочитым нытьём, и тем самым приучают его с первых же месяцев его бытия к умелому использованию слёз.

   — От двух до пяти · книга
9. «

   В России надо жить долго, тогда что-нибудь получится.

   В России надо жить долго, тогда что-нибудь получится.
10. «

    Ой, мама, какая прелестная гадость!

    Ой, мама, какая прелестная гадость!

    — От двух до пяти · книга
11. «

    1 августа 1925 г. Был вчера в городе, по вызову Клячко. Оказывается, что в Гублите запретили «Муху Цокотуху». «Тараканище» висел на волоске — отстояли. Но «Муху» отстоять не удалось. Итак, мое наиболее веселое, наиболее музыкальное, наиболее удачное произведение уничтожается только потому, что в нем упомянуты именины!! Тов. Быстрова, очень приятным голосом, объяснила мне, что комарик — переодетый принц, а Муха — принцесса. Это рассердило даже меня. Этак можно и в Карле Марксе увидеть переодетого принца! Я спорил с нею целый час — но она стояла на своем. Пришел Клячко, он тоже нажал на Быстрову, она не сдвинулась ни на йоту и стала утверждать, что рисунки неприличны: комарик стоит слишком близко к мухе, и они флиртуют. Как будто найдется ребенок, который до такой степени развратен, что близость мухи к комару вызовет у него фривольные мысли!

    1 августа 1925 г. Был вчера в городе, по вызову Клячко. Оказывается, что в Гублите запретили «Муху Цокотуху». «Тараканище» висел на волоске — отстояли. Но «Муху» отстоять не удалось. Итак, мое наиболее веселое, наиболее музыкальное, наиболее удачное произведение уничтожается только потому, что в нем упомянуты именины!! Тов. Быстрова, очень приятным голосом, объяснила мне, что комарик — переодетый принц, а Муха — принцесса. Это рассердило даже меня. Этак можно и в Карле Марксе увидеть переодетого принца! Я спорил с нею целый час — но она стояла на своем. Пришел Клячко, он тоже нажал на Быстрову, она не сдвинулась ни на йоту и стала утверждать, что рисунки неприличны: комарик стоит слишком близко к мухе, и они флиртуют. Как будто найдется ребенок, который до такой степени развратен, что близость мухи к комару вызовет у него фривольные мысли!
12. «

    Всякая искренняя детская сказка всегда бывает рождена оптимизмом. Её живит благодатная детская вера в победу добра над злом.

    Всякая искренняя детская сказка всегда бывает рождена оптимизмом. Её живит благодатная детская вера в победу добра над злом.

    — От двух до пяти · книга
13. «

    — Жил-был пастух, его звали Макар. И была у него дочь Макарона.

    — Жил-был пастух, его звали Макар. И была у него дочь Макарона.

    — От двух до пяти · книга
14. «

    Странная штука — репортёр! Каждый день, встав с постели, бросается он в тухлую гладь жизни, выхватывает из неё всё необычное, всё уродливое, всё кричащее, всё, что так или иначе нарушило комфортабельную жизнь окружающих, выхватывает, тащит с собою в газету — и потом эта самая газета — это собрание всех чудес и необычайностей дня, со всеми войнами, пожарами, убийствами делается необходимой принадлежностью комфорта нашего обывателя — как приручённый волк в железной клетке, как бурное море, оцепленное изящными сваями.

    Странная штука — репортёр! Каждый день, встав с постели, бросается он в тухлую гладь жизни, выхватывает из неё всё необычное, всё уродливое, всё кричащее, всё, что так или иначе нарушило комфортабельную жизнь окружающих, выхватывает, тащит с собою в газету — и потом эта самая газета — это собрание всех чудес и необычайностей дня, со всеми войнами, пожарами, убийствами делается необходимой принадлежностью комфорта нашего обывателя — как приручённый волк в железной клетке, как бурное море, оцепленное изящными сваями.
15. «

    Поэзия существует не для того, чтобы мы изучали её или критиковали её, а для того, чтобы мы ею жили.

    Поэзия существует не для того, чтобы мы изучали её или критиковали её, а для того, чтобы мы ею жили.

    — Александр Блок как человек и поэт · книга
16. «

    Какой ты страшный спун! Чтобы сейчас было встато!

    Какой ты страшный спун! Чтобы сейчас было встато!

    — От двух до пяти · книга
17. «

    Корней Чуковский рассказывал: «Когда меня, как детского писателя, порицали за то, что в моих сказках нет актуальной тематики, Олейников пришел мне на помощь, написав мне две образцовые строчки и порекомендовав мне писать именно в этом духе: Детские стихи Весел, ласков и красив Зайчик шел в коператив. Н. Олейников. 25/IV — 1926 г.

    Корней Чуковский рассказывал: «Когда меня, как детского писателя, порицали за то, что в моих сказках нет актуальной тематики, Олейников пришел мне на помощь, написав мне две образцовые строчки и порекомендовав мне писать именно в этом духе: Детские стихи Весел, ласков и красив Зайчик шел в коператив. Н. Олейников. 25/IV — 1926 г.
18. «

    По молодости лет, по наивности я, как и всякий юноша, приучил себя думать, что у красивых девушек и мысли и чувства красивые, и мне было больно расстаться с этой благодатной иллюзией. Сколько впоследствии знал я красавиц с ничтожными мозгами и мелкими чувствами!

    По молодости лет, по наивности я, как и всякий юноша, приучил себя думать, что у красивых девушек и мысли и чувства красивые, и мне было больно расстаться с этой благодатной иллюзией. Сколько впоследствии знал я красавиц с ничтожными мозгами и мелкими чувствами!

    — Корней Иванович Чуковский · книга
19. «

    Правда ли, что в Америке все стулья — электрические?

    Правда ли, что в Америке все стулья — электрические?
20. «

    И вся Россия мечется, покуда не излечится.

    И вся Россия мечется, покуда не излечится.