Что говорила Костанца Казати: 31 цитата

Подборка из 31 цитата Костанцы Казати: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Иные мужи хотят только то, чего не могут иметь.

   Иные мужи хотят только то, чего не могут иметь.

   — Леда · книга
2. «

   Есть ли на свете большая мука, чем любовь, повстречавшая утрату?

   Есть ли на свете большая мука, чем любовь, повстречавшая утрату?

   — Клитемнестра · книга
3. «

   Сны это сны. Они не станут реальностью, пока ты не дашь им силу для этого.

   Сны это сны. Они не станут реальностью, пока ты не дашь им силу для этого.

   — Клитемнестра · книга
4. «

   Прежде чем вести за собой, любой правитель должен научиться следовать.

   Прежде чем вести за собой, любой правитель должен научиться следовать.

   — Тантал · книга
5. «

   Придет время, когда люди сложат песни о ней, о тех, кого она любила, и о тех, кого ненавидела. Они споют о ее матери, царице, соблазненной богом, о ее братьях, задирах и укротителях лошадей, о ее сестре, тщеславной женщине, что не смогла удержаться в мужниной постели, об Агамемноне, гордом микенском льве, о мудром, многоумном Одиссее, о коварном, проклятом богами Эгисфе, и о Клитемнестре, жестокой царице и неверной жене. Но всё это неважно. Она была там. Она знает, что песни не рассказывают правды.

   Придет время, когда люди сложат песни о ней, о тех, кого она любила, и о тех, кого ненавидела. Они споют о ее матери, царице, соблазненной богом, о ее братьях, задирах и укротителях лошадей, о ее сестре, тщеславной женщине, что не смогла удержаться в мужниной постели, об Агамемноне, гордом микенском льве, о мудром, многоумном Одиссее, о коварном, проклятом богами Эгисфе, и о Клитемнестре, жестокой царице и неверной жене. Но всё это неважно. Она была там. Она знает, что песни не рассказывают правды.

   — Клитемнестра · книга
6. «

   – Иногда я всё это вижу. Все эти воспоминания выстраиваются в ряд, стоит мне закрыть глаза. – И что ты делаешь, когда они являются? Как ты спишь? – Каждый день ты пытаешься забыть, но по ночам всё равно видишь прошлое. Для этого и существуют сны. Чтобы мы помнили, кем были. Чтобы связать нас с нашими воспоминаниями, нравится нам это или нет.

   – Иногда я всё это вижу. Все эти воспоминания выстраиваются в ряд, стоит мне закрыть глаза. – И что ты делаешь, когда они являются? Как ты спишь? – Каждый день ты пытаешься забыть, но по ночам всё равно видишь прошлое. Для этого и существуют сны. Чтобы мы помнили, кем были. Чтобы связать нас с нашими воспоминаниями, нравится нам это или нет.

   — Кастор · книга
7. «

   Она давно знает, что существует два разных вида войн. Есть войны, в которых герои сражаются в сверкающих доспехах, размахивая своими драгоценными мечами, и есть те, что ведутся за закрытыми дверями, войны, состоящие из тихих перешептываний и ударов в спину. И в них нет ничего постыдного, ничего, что не встретишь на поле боя. В любом случае, это то, чему ее учили в гимнасии: одолевай своих врагов, и пусть они истекают кровью. В конце концов, что есть поле битвы после сражения, если не зловонное море трупов? И она сразится, когда придет время. И дворец станет ее кровавым полем битвы.

   Она давно знает, что существует два разных вида войн. Есть войны, в которых герои сражаются в сверкающих доспехах, размахивая своими драгоценными мечами, и есть те, что ведутся за закрытыми дверями, войны, состоящие из тихих перешептываний и ударов в спину. И в них нет ничего постыдного, ничего, что не встретишь на поле боя. В любом случае, это то, чему ее учили в гимнасии: одолевай своих врагов, и пусть они истекают кровью. В конце концов, что есть поле битвы после сражения, если не зловонное море трупов? И она сразится, когда придет время. И дворец станет ее кровавым полем битвы.

   — Клитемнестра · книга
8. «

   Ты представляешь, что значит потерять дитя? Знать, что его убили? <...> Это как тонуть. Как будто кто-то держит твою голову под водой, и как только ты сдаешься и уже готова умереть, тебя выдергивают, дают вздохнуть и топят снова.

   Ты представляешь, что значит потерять дитя? Знать, что его убили? <...> Это как тонуть. Как будто кто-то держит твою голову под водой, и как только ты сдаешься и уже готова умереть, тебя выдергивают, дают вздохнуть и топят снова.

   — Клитемнестра · книга
9. «

   – Будь ты моей женой, я бы вырвал тебе язык. – Это вряд ли, – говорит она. – Будь я твоей женой, я бы убила тебя во сне.

   – Будь ты моей женой, я бы вырвал тебе язык. – Это вряд ли, – говорит она. – Будь я твоей женой, я бы убила тебя во сне.

   — Идас · книга
10. «

    Когда-то она задавалась вопросом: «Что значит быть царицей?» Теперь она знает. Быть царицей значит осмелиться сделать то, что не могут другие.

    Когда-то она задавалась вопросом: «Что значит быть царицей?» Теперь она знает. Быть царицей значит осмелиться сделать то, что не могут другие.

    — Клитемнестра · книга
11. «

    Одиссей однажды сказал мне, что лучшее, что может случиться с мужем – или с женщиной, раз на то пошло, – если о нем будут говорить. В противном случае ты всё равно что мертв.

    Одиссей однажды сказал мне, что лучшее, что может случиться с мужем – или с женщиной, раз на то пошло, – если о нем будут говорить. В противном случае ты всё равно что мертв.

    — Пенелопа · книга
12. «

    Тебя учили сражаться с воинами, но кого надо остерегаться, так это торговцев. Это самые опасные люди.

    Тебя учили сражаться с воинами, но кого надо остерегаться, так это торговцев. Это самые опасные люди.

    — Агамемнон · книга
13. «

    Твоя ненависть пожирает тебя. Но благодаря ей ты жива.

    Твоя ненависть пожирает тебя. Но благодаря ей ты жива.

    — Кастор · книга
14. «

    Ты должна научиться видеть, что тебя окружает, и использовать это, пока не использовали тебя.

    Ты должна научиться видеть, что тебя окружает, и использовать это, пока не использовали тебя.

    — Клитемнестра · книга
15. «

    Ненависть – дурное семя. Оно пускает корни в сердце и растет, растет, отравляя всё вокруг.

    Ненависть – дурное семя. Оно пускает корни в сердце и растет, растет, отравляя всё вокруг.

    — Леда · книга
16. «

    Благородно быть добрым и избавлять других от страданий. А еще это опасно. Иногда приходится усложнять жизнь другим, пока они не сделали невыносимой твою.

    Благородно быть добрым и избавлять других от страданий. А еще это опасно. Иногда приходится усложнять жизнь другим, пока они не сделали невыносимой твою.

    — Клитемнестра · книга
17. «

    Она гадает, не уловка ли это, не затеял ли он какую-то игру. Но даже если и так, она хорошо играет в игры и, пожалуй, сможет сыграть и в эту.

    Она гадает, не уловка ли это, не затеял ли он какую-то игру. Но даже если и так, она хорошо играет в игры и, пожалуй, сможет сыграть и в эту.

    — Клитемнестра · книга
18. «

    Слушая его, она поражается тому, как это восхитительно и в то же время страшно: хвататься за каждое его слово и желать слушать вечно. Как с колотящимся сердцем прыгать с обрыва и падать, но всё равно постоянно жаждать продолжения.

    Слушая его, она поражается тому, как это восхитительно и в то же время страшно: хвататься за каждое его слово и желать слушать вечно. Как с колотящимся сердцем прыгать с обрыва и падать, но всё равно постоянно жаждать продолжения.

    — Клитемнестра · книга
19. «

    Мы всегда будем страдать, живя в честности, а во лжи мы можем процветать.

    Мы всегда будем страдать, живя в честности, а во лжи мы можем процветать.

    — Клитемнестра · книга
20. «

    Удачливой женщине никогда не избежать зависти богов.

    Удачливой женщине никогда не избежать зависти богов.

    — Киниска · книга