49 известных цитат Кристины Хуцишвили

Кристина Хуцишвили — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 49 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Философы ходили за мудростью в народ. Когда-то в юности я решила последовать их примеру, а заодно и поставить на место своих, что называется, внутренних демонов. Что-то получилось, что-то нет. Я мыла полы в медицинском учреждении, заодно наблюдала за жизнью врачей, пациентов. Потом я продавала музыкальные диски в магазине. Это было очень романтическое время...

   Философы ходили за мудростью в народ. Когда-то в юности я решила последовать их примеру, а заодно и поставить на место своих, что называется, внутренних демонов. Что-то получилось, что-то нет. Я мыла полы в медицинском учреждении, заодно наблюдала за жизнью врачей, пациентов. Потом я продавала музыкальные диски в магазине. Это было очень романтическое время...

   — Анна (Anna) · книга
2. «

   Не состояться, не успеть, остаться неизвестной, нелюбимой, и это было развито во мне до той степени, что я каждый год, начиная с детства, лет с десяти, каждый свой день рождения встречала с вопроса самой себе: «Что ты сделала? Кем стала?» И больше всего боялась ответа: «Ничего, никем».

   Не состояться, не успеть, остаться неизвестной, нелюбимой, и это было развито во мне до той степени, что я каждый год, начиная с детства, лет с десяти, каждый свой день рождения встречала с вопроса самой себе: «Что ты сделала? Кем стала?» И больше всего боялась ответа: «Ничего, никем».

   — Триумф · книга
3. «

   В последнее время соглашалась на какие-то отношения только потому, что мужчина сильный, а я, кажется, его единственная слабость. Приятно доставлять кому-то удовольствие, тешить самолюбие прошедшего огонь и воду. Приятно быть на равных с умным мужчиной с непростым характером. Приятно, когда для тебя делают все, но ты все равно не принадлежишь. Приятно, лестно, уже давно стало привычным. Не более того. В сущности, этого так мало, когда есть с чем сравнить.

   В последнее время соглашалась на какие-то отношения только потому, что мужчина сильный, а я, кажется, его единственная слабость. Приятно доставлять кому-то удовольствие, тешить самолюбие прошедшего огонь и воду. Приятно быть на равных с умным мужчиной с непростым характером. Приятно, когда для тебя делают все, но ты все равно не принадлежишь. Приятно, лестно, уже давно стало привычным. Не более того. В сущности, этого так мало, когда есть с чем сравнить.

   — Deviant · книга
4. «

   Если что-то идёт не так, я смотрю в окно. Трусливо поглядываю в сторону окна. И взвешиваю, где же мне будет лучше — снаружи или, как сейчас, внутри.

   Если что-то идёт не так, я смотрю в окно. Трусливо поглядываю в сторону окна. И взвешиваю, где же мне будет лучше — снаружи или, как сейчас, внутри.

   — Триумф · книга
5. «

   С тех пор, как я с ним, мне можно ни о чем не думать. Если я захочу. Этого не случится, но приятно иметь выбор.

   С тех пор, как я с ним, мне можно ни о чем не думать. Если я захочу. Этого не случится, но приятно иметь выбор.

   — Deviant · книга
6. «

   Но потом я стал умнее родителей, начал играть в свои игры, несравненно более изощренные. В юности мне казалось, что цинизм есть самое правильное отношение к жизни, мода в этом вопросе шла со мной в ногу. Эксперимент, наблюдение, эти инструменты познания, я употреблял их, для того чтобы изучить людей. Оставим гуманизм – я уже говорил, что с гуманизмом жить очень неудобно, он сковывает сильнее, чем все вместе взятые рамки приличия...

   Но потом я стал умнее родителей, начал играть в свои игры, несравненно более изощренные. В юности мне казалось, что цинизм есть самое правильное отношение к жизни, мода в этом вопросе шла со мной в ногу. Эксперимент, наблюдение, эти инструменты познания, я употреблял их, для того чтобы изучить людей. Оставим гуманизм – я уже говорил, что с гуманизмом жить очень неудобно, он сковывает сильнее, чем все вместе взятые рамки приличия...

   — Deviant · книга
7. «

   В России, как оказалось, тоже любят строить небоскребы. Самое высокое здание в Европе (или в мире — не помню точно; понимаю, что важная деталь, но там столько раз повторялось слово «самое», что я забыла, о чем, собственно, шла речь). Что-то с богатырским размахом, такое... глобальное, одно-единственное. Как будто мы хотим заявить, что мы особенные, в который раз, и кому-то что-то доказать. Соревнуемся с Дубаем или с Бангкоком, а может, с Нью-Йорком? А может, кто-то на больших деньгах — данных взаймы — хочет прокатиться, как на горках, а там, внизу, может, и не разглядят — гигантизм, масштабы проекта, личности, причастные к осуществлению... и спутают все это с масштабом личности.

   В России, как оказалось, тоже любят строить небоскребы. Самое высокое здание в Европе (или в мире — не помню точно; понимаю, что важная деталь, но там столько раз повторялось слово «самое», что я забыла, о чем, собственно, шла речь). Что-то с богатырским размахом, такое... глобальное, одно-единственное. Как будто мы хотим заявить, что мы особенные, в который раз, и кому-то что-то доказать. Соревнуемся с Дубаем или с Бангкоком, а может, с Нью-Йорком? А может, кто-то на больших деньгах — данных взаймы — хочет прокатиться, как на горках, а там, внизу, может, и не разглядят — гигантизм, масштабы проекта, личности, причастные к осуществлению... и спутают все это с масштабом личности.

   — Deviant · книга
8. «

   Надо бороться до последнего спазма в горле, цепляться каждой возможности за хвост. Говорят, так можно сэкономить много-много дней. А если наплевать на все, то этой истории придет конец. И мне иногда кажется, что к лучшему это, история не самая красивая, какая-то неказистая получилась, если правду сказать.

   Надо бороться до последнего спазма в горле, цепляться каждой возможности за хвост. Говорят, так можно сэкономить много-много дней. А если наплевать на все, то этой истории придет конец. И мне иногда кажется, что к лучшему это, история не самая красивая, какая-то неказистая получилась, если правду сказать.

   — Deviant · книга
9. «

   Одно дело, когда ты с детства ощущаешь трагичность мира и тебе хреново с самого начала. Но уж лучше прийти к гармонии, а не к саморазрушению.

   Одно дело, когда ты с детства ощущаешь трагичность мира и тебе хреново с самого начала. Но уж лучше прийти к гармонии, а не к саморазрушению.

   — Триумф · книга
10. «

    Буду писать себе планы — к такому-то возрасту хочу быть тем, иметь это, быть с тем-то. Надо все продумывать и прописывать. Я должна что-то грандиозное сделать в своей жизни, из своей жизни, успеть за свою жизнь. Чем раньше начнешь, тем больше шансов. Мне 13 лет — это уже самое время. Я уже должна понимать, кем хочу стать и что для этого нужно сделать. В 15 я должна иметь готовые достижения. В 16 — начать получать соответствующее образование. Итого: в 20 я образованна и имею много чего за душой.

    Буду писать себе планы — к такому-то возрасту хочу быть тем, иметь это, быть с тем-то. Надо все продумывать и прописывать. Я должна что-то грандиозное сделать в своей жизни, из своей жизни, успеть за свою жизнь. Чем раньше начнешь, тем больше шансов. Мне 13 лет — это уже самое время. Я уже должна понимать, кем хочу стать и что для этого нужно сделать. В 15 я должна иметь готовые достижения. В 16 — начать получать соответствующее образование. Итого: в 20 я образованна и имею много чего за душой.

    — Анна (Anna) · книга
11. «

    А самое главное — мне кажется, что если сейчас я буду с ним, то никем не стану. Буду жить его жизнью и никем не стану.

    А самое главное — мне кажется, что если сейчас я буду с ним, то никем не стану. Буду жить его жизнью и никем не стану.

    — Триумф · книга
12. «

    Депрессивные люди думают о том, каково это — быть некрасивым, толстым, неудачливым, больным, брошенным. Это как осколки разбитой бутылки. Они вертят в руках то один, то другой, то сразу несколько и не замечают, как режутся. И даже не откладывают рассмотренные отдельно от остальных, а постоянно к ним возвращаются. Один осколок — война, другой — боль от измены, третий — несчастный случай. Закономерно, что к ним приходит один вывод — все бесполезно, ты не можешь изменить мир, он все так же будет несправедлив, так какой смысл в том, чтобы вставать из постели, принимать душ, завтракать...

    Депрессивные люди думают о том, каково это — быть некрасивым, толстым, неудачливым, больным, брошенным. Это как осколки разбитой бутылки. Они вертят в руках то один, то другой, то сразу несколько и не замечают, как режутся. И даже не откладывают рассмотренные отдельно от остальных, а постоянно к ним возвращаются. Один осколок — война, другой — боль от измены, третий — несчастный случай. Закономерно, что к ним приходит один вывод — все бесполезно, ты не можешь изменить мир, он все так же будет несправедлив, так какой смысл в том, чтобы вставать из постели, принимать душ, завтракать...

    — Анна (Anna) · книга
13. «

    Если ты не знаешь, что делать с собой, ничего хорошего не получится. Я тоже сначала не знала, но, по крайней мере, старалась не делать того, за что будет стыдно. Если смотреть сверху, если смотреть в развитии, — картина вещей становится яснее и четче. Мы сами строим свой мир.

    Если ты не знаешь, что делать с собой, ничего хорошего не получится. Я тоже сначала не знала, но, по крайней мере, старалась не делать того, за что будет стыдно. Если смотреть сверху, если смотреть в развитии, — картина вещей становится яснее и четче. Мы сами строим свой мир.

    — Анна (Anna) · книга
14. «

    Правда, есть ощущение, что она вышла замуж, потому что наступили те самые 30 лет, потому что нужно. Того идеального во всем человека — пару идеальной версии себя — она так и не встретила, потому что его не существует. Жизнь снова текла сквозь пальцы.

    Правда, есть ощущение, что она вышла замуж, потому что наступили те самые 30 лет, потому что нужно. Того идеального во всем человека — пару идеальной версии себя — она так и не встретила, потому что его не существует. Жизнь снова текла сквозь пальцы.

    — Триумф · книга
15. «

    — У тебя всё очень гармонично. И вещи, и вид, и построить — и о душе подумать. Ты не превратилась в эту интеллигенцию омерзительную, хоть и росла с ней. А я всё думаю, что финал-то известен, и хочется побыстрее отойти. Закончить мирские дела, заработав достаточно, чтобы иметь возможность пребывать в гармонии. — Ты Снусмумрик, — смеюсь я.

    — У тебя всё очень гармонично. И вещи, и вид, и построить — и о душе подумать. Ты не превратилась в эту интеллигенцию омерзительную, хоть и росла с ней. А я всё думаю, что финал-то известен, и хочется побыстрее отойти. Закончить мирские дела, заработав достаточно, чтобы иметь возможность пребывать в гармонии. — Ты Снусмумрик, — смеюсь я.

    — Триумф · книга
16. «

    В те годы, когда о гуманитарной, дискуссионной части и думать забыли — как, впрочем, и о нефти с газом в контексте потенциальных «кормушек», отдав предпочтение инвестбанкам, хеджфондам и прочему в том же духе, — меня смутно тревожила идеология, политика, история.

    В те годы, когда о гуманитарной, дискуссионной части и думать забыли — как, впрочем, и о нефти с газом в контексте потенциальных «кормушек», отдав предпочтение инвестбанкам, хеджфондам и прочему в том же духе, — меня смутно тревожила идеология, политика, история.

    — Deviant · книга
17. «

    Я мог бы показать кому-то мир, дать кому-то жизнь. Было слишком много слов — других, но таких же пустых. И все проходило гладко, слишком гладко, слишком мимо. Чтобы идти вперед, нужна сила трения, нельзя жить гладко, такая жизнь ни к чему не ведет. Слишком много суеты, слишком много «завтра», этот бесконечный подавляющий день, который наступит через 10 лет. Жизнь взаймы у сегодняшнего дня.

    Я мог бы показать кому-то мир, дать кому-то жизнь. Было слишком много слов — других, но таких же пустых. И все проходило гладко, слишком гладко, слишком мимо. Чтобы идти вперед, нужна сила трения, нельзя жить гладко, такая жизнь ни к чему не ведет. Слишком много суеты, слишком много «завтра», этот бесконечный подавляющий день, который наступит через 10 лет. Жизнь взаймы у сегодняшнего дня.

    — Deviant · книга
18. «

    Добро и зло всегда идут рука об руку. Искрам таланта то и дело посылаются противодействия, испытания, чтобы они не светили так нагло, так обескураживающе. Не всех удаётся погасить. Некоторые становятся сильнее и совершают перевороты, другие превращаются, меняют свою природу. Талант идёт рука об руку с болью.

    Добро и зло всегда идут рука об руку. Искрам таланта то и дело посылаются противодействия, испытания, чтобы они не светили так нагло, так обескураживающе. Не всех удаётся погасить. Некоторые становятся сильнее и совершают перевороты, другие превращаются, меняют свою природу. Талант идёт рука об руку с болью.

    — Триумф · книга
19. «

    Моя версия, что есть люди, не созданные быть счастливыми. В них другая энергия, другая программа – сделать что-то, а потом или жить как все, или уйти. Их создали не для любви, хотя они могут любить, их создали сильными, чтобы они выполнили задачу. Но я пока не знаю, из их ли я числа. Так что землю я оставляю на всякий случай. С высоты двадцать второго этажа острее чувствуешь, что жизнь в твоих руках, набираешь воздуха в лёгкие и живёшь дальше.

    Моя версия, что есть люди, не созданные быть счастливыми. В них другая энергия, другая программа – сделать что-то, а потом или жить как все, или уйти. Их создали не для любви, хотя они могут любить, их создали сильными, чтобы они выполнили задачу. Но я пока не знаю, из их ли я числа. Так что землю я оставляю на всякий случай. С высоты двадцать второго этажа острее чувствуешь, что жизнь в твоих руках, набираешь воздуха в лёгкие и живёшь дальше.

    — Триумф · книга
20. «

    Я была истеричной и нервной. Постепенно успокаивалась, шли годы, я научилась понимать себя, но истинное счастье нашла как-то незаметно. Так бывает — ищешь всю жизнь, а когда находишь, то не сразу это замечаешь.

    Я была истеричной и нервной. Постепенно успокаивалась, шли годы, я научилась понимать себя, но истинное счастье нашла как-то незаметно. Так бывает — ищешь всю жизнь, а когда находишь, то не сразу это замечаешь.

    — Анна (Anna) · книга