51 цитата Кристины Хуцишвили о жизни и людях

Кристина Хуцишвили — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 51 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мне кажется, что очень легко не просить, не снисходить до веры сейчас, в наше время. До просьбы, мольбы... или просить прощения. Это все сложно — с нашей гордыней, при этих атрибутах, статусах, деньгах. В нашем возрасте, в молодости вообще... а в сытой молодости тем более. Это даже... как бы сказать... удобно. Удобно не быть пошлым. Не быть слабым. Удобно быть бессмертным. Неудобно сомневаться. Быть сомневающимся — жалко.

   Мне кажется, что очень легко не просить, не снисходить до веры сейчас, в наше время. До просьбы, мольбы... или просить прощения. Это все сложно — с нашей гордыней, при этих атрибутах, статусах, деньгах. В нашем возрасте, в молодости вообще... а в сытой молодости тем более. Это даже... как бы сказать... удобно. Удобно не быть пошлым. Не быть слабым. Удобно быть бессмертным. Неудобно сомневаться. Быть сомневающимся — жалко.

   — Deviant · книга
2. «

   Прошло время, я прочитал Ницше, мне показалось, что все это близко — идея сверхчеловека, варвара, пассионария. Она манит тех, у которых нет сил для ее воплощения. И тех, в ком живет болезнь, еще не выявленная.

   Прошло время, я прочитал Ницше, мне показалось, что все это близко — идея сверхчеловека, варвара, пассионария. Она манит тех, у которых нет сил для ее воплощения. И тех, в ком живет болезнь, еще не выявленная.

   — Триумф · книга
3. «

   — У тебя всё очень гармонично. И вещи, и вид, и построить — и о душе подумать. Ты не превратилась в эту интеллигенцию омерзительную, хоть и росла с ней. А я всё думаю, что финал-то известен, и хочется побыстрее отойти. Закончить мирские дела, заработав достаточно, чтобы иметь возможность пребывать в гармонии. — Ты Снусмумрик, — смеюсь я.

   — У тебя всё очень гармонично. И вещи, и вид, и построить — и о душе подумать. Ты не превратилась в эту интеллигенцию омерзительную, хоть и росла с ней. А я всё думаю, что финал-то известен, и хочется побыстрее отойти. Закончить мирские дела, заработав достаточно, чтобы иметь возможность пребывать в гармонии. — Ты Снусмумрик, — смеюсь я.

   — Триумф · книга
4. «

   Хотелось бы писать такие книги, которые вдохновят молодых людей, которые живут в неблагоприятной среде. Вот это, возможно, сверхцель. Часто многое зависит от случая — от учителя в школе, случайно попавшейся книги, от какого-то примера.

   Хотелось бы писать такие книги, которые вдохновят молодых людей, которые живут в неблагоприятной среде. Вот это, возможно, сверхцель. Часто многое зависит от случая — от учителя в школе, случайно попавшейся книги, от какого-то примера.
5. «

   Я сейчас могу признать – я всю жизнь, всю свою жизнь до последнего времени – любил ставить эксперименты над людьми. Я не расставлял ловушки, люди обычно сами очень глупо попадались.

   Я сейчас могу признать – я всю жизнь, всю свою жизнь до последнего времени – любил ставить эксперименты над людьми. Я не расставлял ловушки, люди обычно сами очень глупо попадались.

   — Deviant · книга
6. «

   Кто-то почти сразу понимает свой замысел, потихоньку учится с этим жить, а другие хоть и отражают глазами лучики света, но особенного предназначения у них вроде бы и нет. Зачем они пришли на эту землю, чего хотят? Они сами — последние, у кого нужно искать ответ на этот вопрос.

   Кто-то почти сразу понимает свой замысел, потихоньку учится с этим жить, а другие хоть и отражают глазами лучики света, но особенного предназначения у них вроде бы и нет. Зачем они пришли на эту землю, чего хотят? Они сами — последние, у кого нужно искать ответ на этот вопрос.

   — Deviant · книга
7. «

   А самое главное — мне кажется, что если сейчас я буду с ним, то никем не стану. Буду жить его жизнью и никем не стану.

   А самое главное — мне кажется, что если сейчас я буду с ним, то никем не стану. Буду жить его жизнью и никем не стану.

   — Триумф · книга
8. «

   Самая большая проблема — и самое большое счастье для меня сейчас — это то, что мы телесны. Счастье в несчастье. Если бы было иначе, не было бы тех воспоминаний, флешбэков, где есть только мы. Где мы любим друг друга. И наш разум неотчуждаем нашему телу, которое имеет память. Хотя некоторые ночи я не помню, они были слишком хороши. Как-то она заставила меня смотреть польский фильм «Мои ночи прекраснее ваших дней» с Софи Марсо. Как и все предыдущие, досмотреть его до конца нам не удалось. Очень красивое название, сентиментальное, но прекрасное. Режиссер снимал любимую женщину, я его понимаю. И наши ночи были прекрасными, гораздо лучше наших дней.

   Самая большая проблема — и самое большое счастье для меня сейчас — это то, что мы телесны. Счастье в несчастье. Если бы было иначе, не было бы тех воспоминаний, флешбэков, где есть только мы. Где мы любим друг друга. И наш разум неотчуждаем нашему телу, которое имеет память. Хотя некоторые ночи я не помню, они были слишком хороши. Как-то она заставила меня смотреть польский фильм «Мои ночи прекраснее ваших дней» с Софи Марсо. Как и все предыдущие, досмотреть его до конца нам не удалось. Очень красивое название, сентиментальное, но прекрасное. Режиссер снимал любимую женщину, я его понимаю. И наши ночи были прекрасными, гораздо лучше наших дней.

   — Deviant · книга
9. «

   Странно, люди считают, что с течением жизни всё должно становиться всё лучше и лучше. А с чего такое представление? Чем старше, тем ближе к смерти, то есть мы неуклонно приближаемся к плохому. И с чего тогда считать, что всё будет лучше? Вся мировая культура очень подробно описывает то, что будет происходить с человеком, если он попадет в ад, все круги описываются. Это и Данте, но Данте был одним из многих, просто наиболее удачливым. Были рисунки на ту же тему. Но ничего конкретного о рае культура нам не говорит, кроме того что там ходят люди с нимбами.

   Странно, люди считают, что с течением жизни всё должно становиться всё лучше и лучше. А с чего такое представление? Чем старше, тем ближе к смерти, то есть мы неуклонно приближаемся к плохому. И с чего тогда считать, что всё будет лучше? Вся мировая культура очень подробно описывает то, что будет происходить с человеком, если он попадет в ад, все круги описываются. Это и Данте, но Данте был одним из многих, просто наиболее удачливым. Были рисунки на ту же тему. Но ничего конкретного о рае культура нам не говорит, кроме того что там ходят люди с нимбами.

   — Триумф · книга
10. «

    Вся моя жизнь в беспорядке, я только делаю вид, что всё хорошо, а на деле ничего хорошего. Я снова начинала ненавидеть себя. Это присуще мне в «плохие времена». Чтобы не перечеркнуть то хорошее, что успела узнать о себе и о людях, я спряталась под одеяло и уставилась в телевизор.

    Вся моя жизнь в беспорядке, я только делаю вид, что всё хорошо, а на деле ничего хорошего. Я снова начинала ненавидеть себя. Это присуще мне в «плохие времена». Чтобы не перечеркнуть то хорошее, что успела узнать о себе и о людях, я спряталась под одеяло и уставилась в телевизор.

    — Анна (Anna) · книга
11. «

    Одна была вполне довольной жизнью девушкой. Время не текло сквозь пальцы, она как-то осмысленно жила. Пока не случились встречи – одна, другая. Она была разбита. Голос шептал ей: ты несовершенна, уничтожь это несовершенство. Она рассматривала свои руки и с трудом удерживалась, чтобы не полоснуть по ним лезвием, но не выносила вида крови и не могла терпеть боль.

    Одна была вполне довольной жизнью девушкой. Время не текло сквозь пальцы, она как-то осмысленно жила. Пока не случились встречи – одна, другая. Она была разбита. Голос шептал ей: ты несовершенна, уничтожь это несовершенство. Она рассматривала свои руки и с трудом удерживалась, чтобы не полоснуть по ним лезвием, но не выносила вида крови и не могла терпеть боль.

    — Триумф · книга
12. «

    Я читала про Артура Миллера, который, будучи женат на Мэрилин Монро, не написал ни строчки. Пересматривала «Горькую луну». Думала, кем стану с ним, если, конечно, мы окончательно не сведём друг друга с ума, и кем стану с кем-нибудь другим.

    Я читала про Артура Миллера, который, будучи женат на Мэрилин Монро, не написал ни строчки. Пересматривала «Горькую луну». Думала, кем стану с ним, если, конечно, мы окончательно не сведём друг друга с ума, и кем стану с кем-нибудь другим.

    — Триумф · книга
13. «

    Надо бороться до последнего спазма в горле, цепляться каждой возможности за хвост. Говорят, так можно сэкономить много-много дней. А если наплевать на все, то этой истории придет конец. И мне иногда кажется, что к лучшему это, история не самая красивая, какая-то неказистая получилась, если правду сказать.

    Надо бороться до последнего спазма в горле, цепляться каждой возможности за хвост. Говорят, так можно сэкономить много-много дней. А если наплевать на все, то этой истории придет конец. И мне иногда кажется, что к лучшему это, история не самая красивая, какая-то неказистая получилась, если правду сказать.

    — Deviant · книга
14. «

    Мы бросались друг на друга, как только закрывались двери. И были чувства. Они были живы в течение многих лет. Вне зависимости от отношений и всех других проходивших мимо людей. Случайных людей в наших жизнях.

    Мы бросались друг на друга, как только закрывались двери. И были чувства. Они были живы в течение многих лет. Вне зависимости от отношений и всех других проходивших мимо людей. Случайных людей в наших жизнях.

    — Deviant · книга
15. «

    Одно дело, когда ты с детства ощущаешь трагичность мира и тебе хреново с самого начала. Но уж лучше прийти к гармонии, а не к саморазрушению.

    Одно дело, когда ты с детства ощущаешь трагичность мира и тебе хреново с самого начала. Но уж лучше прийти к гармонии, а не к саморазрушению.

    — Триумф · книга
16. «

    Я мог бы показать кому-то мир, дать кому-то жизнь. Было слишком много слов — других, но таких же пустых. И все проходило гладко, слишком гладко, слишком мимо. Чтобы идти вперед, нужна сила трения, нельзя жить гладко, такая жизнь ни к чему не ведет. Слишком много суеты, слишком много «завтра», этот бесконечный подавляющий день, который наступит через 10 лет. Жизнь взаймы у сегодняшнего дня.

    Я мог бы показать кому-то мир, дать кому-то жизнь. Было слишком много слов — других, но таких же пустых. И все проходило гладко, слишком гладко, слишком мимо. Чтобы идти вперед, нужна сила трения, нельзя жить гладко, такая жизнь ни к чему не ведет. Слишком много суеты, слишком много «завтра», этот бесконечный подавляющий день, который наступит через 10 лет. Жизнь взаймы у сегодняшнего дня.

    — Deviant · книга
17. «

    Внешне всё выглядит куда лучше, чем есть на самом деле. Обычная лощёная счастливая парочка с большой, но неплохо смотрящейся разницей в возрасте. Достаточно гармоничная.

    Внешне всё выглядит куда лучше, чем есть на самом деле. Обычная лощёная счастливая парочка с большой, но неплохо смотрящейся разницей в возрасте. Достаточно гармоничная.

    — Триумф · книга
18. «

    Но потом я стал умнее родителей, начал играть в свои игры, несравненно более изощренные. В юности мне казалось, что цинизм есть самое правильное отношение к жизни, мода в этом вопросе шла со мной в ногу. Эксперимент, наблюдение, эти инструменты познания, я употреблял их, для того чтобы изучить людей. Оставим гуманизм – я уже говорил, что с гуманизмом жить очень неудобно, он сковывает сильнее, чем все вместе взятые рамки приличия...

    Но потом я стал умнее родителей, начал играть в свои игры, несравненно более изощренные. В юности мне казалось, что цинизм есть самое правильное отношение к жизни, мода в этом вопросе шла со мной в ногу. Эксперимент, наблюдение, эти инструменты познания, я употреблял их, для того чтобы изучить людей. Оставим гуманизм – я уже говорил, что с гуманизмом жить очень неудобно, он сковывает сильнее, чем все вместе взятые рамки приличия...

    — Deviant · книга
19. «

    В юности мир может рушиться и отстраиваться заново по десять раз на дню.

    В юности мир может рушиться и отстраиваться заново по десять раз на дню.

    — Триумф · книга
20. «

    Ведь ты взрослеешь, становишься мудрее, меняешься, и в какой-то момент может оказаться, что вы разные люди, химии больше нет, есть воспоминания и любовь... к себе, моложе. И всё.

    Ведь ты взрослеешь, становишься мудрее, меняешься, и в какой-то момент может оказаться, что вы разные люди, химии больше нет, есть воспоминания и любовь... к себе, моложе. И всё.

    — Триумф · книга