Лариса Владимировна Бочарова: 45 фраз, которые разошлись на цитаты

Подборка из 45 цитат Ларисы Владимировны Бочаровы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ценности сиюминутные не заслуживают того, чтобы ради них устраивать мистерию.

   Ценности сиюминутные не заслуживают того, чтобы ради них устраивать мистерию.
2. «

   — Любовники – это люди, которые любят друг друга, — ответил он. — В каком смысле? — В прямом. — То есть физически. — Что значит любить физически, Люциус? Вязать друг другу носки? Любоваться чужим телом глазами? Ласкать его руками? — Входить друг в друга. — На каком физическом уровне? — Это я хотел спросить у тебя! — Сначала определи для себя границу физического. Или ты думаешь, что есть какой-то предел, до которого люди еще не любовники, а после которого – любовники со всей определенностью? — Не знаю, Северус, к чему ты клонишь, но мнение большинства таково, что этот предел есть. Либо было, либо нет.

   — Любовники – это люди, которые любят друг друга, — ответил он. — В каком смысле? — В прямом. — То есть физически. — Что значит любить физически, Люциус? Вязать друг другу носки? Любоваться чужим телом глазами? Ласкать его руками? — Входить друг в друга. — На каком физическом уровне? — Это я хотел спросить у тебя! — Сначала определи для себя границу физического. Или ты думаешь, что есть какой-то предел, до которого люди еще не любовники, а после которого – любовники со всей определенностью? — Не знаю, Северус, к чему ты клонишь, но мнение большинства таково, что этот предел есть. Либо было, либо нет.

   — Часы и письма · книга
3. «

   Мистерия называет имена бога, она показывает его лица. Это та информация, то истинное знание, которое необходимо, по большому счёту. Потому что если бога нет, то всё бессмысленно.

   Мистерия называет имена бога, она показывает его лица. Это та информация, то истинное знание, которое необходимо, по большому счёту. Потому что если бога нет, то всё бессмысленно.
4. «

   Есть некий период жизни, когда люди идут по одной дороге. Он конечен. Ну, хорошо, что судьба свела. Будущее у каждого человека свое, и судьба своя, потому что каждый человек в мире — одинок. Те, кто про это забыли, — не друзья, а пиявки.

   Есть некий период жизни, когда люди идут по одной дороге. Он конечен. Ну, хорошо, что судьба свела. Будущее у каждого человека свое, и судьба своя, потому что каждый человек в мире — одинок. Те, кто про это забыли, — не друзья, а пиявки.
5. «

   Очевидно, они делали то, на что способны. Наблюдения. Чтобы вычленять и носить информацию, надо быть умным. Или хотя бы взрослым. Или хотя бы добрым. Один такой стоит десяти презрительных болтунов.

   Очевидно, они делали то, на что способны. Наблюдения. Чтобы вычленять и носить информацию, надо быть умным. Или хотя бы взрослым. Или хотя бы добрым. Один такой стоит десяти презрительных болтунов.
6. «

   Этот жанр можно определить как «иконографию». Без икон жизнь пресна, это старая истина. Но, понимаете, поп-иконы и гей-иконы не канают на фоне настоящей кровищи. Золотые оклады тоже сильно все портят, за ними не видна судьба. Иконография – самый строгий жанр, потому что совершенно не прощает халтуры. Нельзя перебрать с пафосом, будут ржать. Нельзя беречь героя. Нельзя делать героя неуязвимым – слишком мощным, с горой мышц (это броня, она запрещена), бессмертным, с фигой в кармане, с нечеловеческим геномом, слишком интеллектуальным и всезнающим (знания – броня, она запрещена), нельзя делать героя женатым, детным, семейным (семья — броня), предельная любовь к жизни должна соседствовать с танатосом, потому что только на фоне танатоса жизнь выглядит остро, четко, поэтично. У героя не может быть грубого, тяжелого лица. Он не должен быть зрелым. Это какие-то давно забытые категории «прекрасного», о которых сейчас помнят, по-моему, только японцы. Поэтому все вменяемые люди смотрят анимэ с полуоформленными подростками, на каждом из которых Рана и Миссия. Невыносимо больно видеть потуги Голливуда с его отличным пониманием необходимости Героики («Мстители» кричат об этом своей пачкой суперменов) и полным прососом основ жанра. Нет ни одной идеи. «Человечество» Голливуда, за которое бьются последние десятилетия все красивые морды Америки – это гламурная полая форма, в которой ничего нет. Нет мотивации – спасай человечество. Человечеству совершенно пох, потому что единственная реакция, на которую оно способно – это с воплями бежать от камней с неба, дожевывая гамбургер или двигая перед собой детскую коляску. Как бы диалог со спасаемым, вообще, нужен. Спасение безразличного и невтемного объекта – это просто корпоративное развлечение, в которое посвящен лишь онанист-спасатель.

   Этот жанр можно определить как «иконографию». Без икон жизнь пресна, это старая истина. Но, понимаете, поп-иконы и гей-иконы не канают на фоне настоящей кровищи. Золотые оклады тоже сильно все портят, за ними не видна судьба. Иконография – самый строгий жанр, потому что совершенно не прощает халтуры. Нельзя перебрать с пафосом, будут ржать. Нельзя беречь героя. Нельзя делать героя неуязвимым – слишком мощным, с горой мышц (это броня, она запрещена), бессмертным, с фигой в кармане, с нечеловеческим геномом, слишком интеллектуальным и всезнающим (знания – броня, она запрещена), нельзя делать героя женатым, детным, семейным (семья — броня), предельная любовь к жизни должна соседствовать с танатосом, потому что только на фоне танатоса жизнь выглядит остро, четко, поэтично. У героя не может быть грубого, тяжелого лица. Он не должен быть зрелым. Это какие-то давно забытые категории «прекрасного», о которых сейчас помнят, по-моему, только японцы. Поэтому все вменяемые люди смотрят анимэ с полуоформленными подростками, на каждом из которых Рана и Миссия. Невыносимо больно видеть потуги Голливуда с его отличным пониманием необходимости Героики («Мстители» кричат об этом своей пачкой суперменов) и полным прососом основ жанра. Нет ни одной идеи. «Человечество» Голливуда, за которое бьются последние десятилетия все красивые морды Америки – это гламурная полая форма, в которой ничего нет. Нет мотивации – спасай человечество. Человечеству совершенно пох, потому что единственная реакция, на которую оно способно – это с воплями бежать от камней с неба, дожевывая гамбургер или двигая перед собой детскую коляску. Как бы диалог со спасаемым, вообще, нужен. Спасение безразличного и невтемного объекта – это просто корпоративное развлечение, в которое посвящен лишь онанист-спасатель.
7. «

   Стремление «очеловечить» героя не тем, что он страдает, как человек, ошибается в людях, как человек, бывает преданным, как человек, продолжает верить и делать свое дело, как человек, терпит лишения, как человек, и погибает, как Человек – а тем, что он хочет баб, покоя и жить, как человек – это стремление отдает огромным предательством по отношению к человечеству. Все лучшее, чем гордится цивилизация, чему стоят памятники, что создано или рождено вопреки законам природы и социума, что проходят в школе – создано фанатиками, способными к полному забвению себя.

   Стремление «очеловечить» героя не тем, что он страдает, как человек, ошибается в людях, как человек, бывает преданным, как человек, продолжает верить и делать свое дело, как человек, терпит лишения, как человек, и погибает, как Человек – а тем, что он хочет баб, покоя и жить, как человек – это стремление отдает огромным предательством по отношению к человечеству. Все лучшее, чем гордится цивилизация, чему стоят памятники, что создано или рождено вопреки законам природы и социума, что проходят в школе – создано фанатиками, способными к полному забвению себя.
8. «

   Это процент ложки дёгтя в бочке мёда. То есть состав этого дёгтя определяет качество всей продукции.

   Это процент ложки дёгтя в бочке мёда. То есть состав этого дёгтя определяет качество всей продукции.
9. «

   Когда до человека доходит, что лежать раздвинув ноги перед сильным — это не путь завоевания сильного, а просто смешная поза, наступает терапевтический эффект.

   Когда до человека доходит, что лежать раздвинув ноги перед сильным — это не путь завоевания сильного, а просто смешная поза, наступает терапевтический эффект.
10. «

    — Мне недоступно понимание, как можно переводить с языка, не зная его? — Это очень просто: надо шарить в теме и знать свой собственный язык. Остальное — стилистика.

    — Мне недоступно понимание, как можно переводить с языка, не зная его? — Это очень просто: надо шарить в теме и знать свой собственный язык. Остальное — стилистика.
11. «

    Конечной истины, выбитой в граните, нет ни у кого.

    Конечной истины, выбитой в граните, нет ни у кого.
12. «

    Есть добрая сотня причин, по которым вы мне неприятны. Назовите одну, по которой вас надо терпеть.

    Есть добрая сотня причин, по которым вы мне неприятны. Назовите одну, по которой вас надо терпеть.
13. «

    Он презирает вас так же, как и меня. Молча.

    Он презирает вас так же, как и меня. Молча.

    — Люциус Малфой · книга
14. «

    Тот факт, что я дал согласие на что-то – это не обязательство и не решение, это просто импульс (пил чай и кивал, настроение было хорошее). Некоторые люди имеют на этой теме психоз, и звонят каждые пять минут, чтобы спросить тебя, идешь ли ты на свидание. Любое определенное «да» давно деградировало у них до многоступенчатого кидалова. Они не верят в «да», сказанное позавчера и вчера, им надо удостовериться и сегодня.

    Тот факт, что я дал согласие на что-то – это не обязательство и не решение, это просто импульс (пил чай и кивал, настроение было хорошее). Некоторые люди имеют на этой теме психоз, и звонят каждые пять минут, чтобы спросить тебя, идешь ли ты на свидание. Любое определенное «да» давно деградировало у них до многоступенчатого кидалова. Они не верят в «да», сказанное позавчера и вчера, им надо удостовериться и сегодня.
15. «

    Я не верю, что люди — животные, и что они приручаются или нуждаются в пастухе. Есть единственный вид ответственности за чужую душу: когда ты — священник для этого конкретного мирянина, его духовный наставник, и ведёшь его к Богу, потому что ты поклялся довести. К несчастью, в наши дни это схема секты или некачественных психологических тренингов, где количество паствы усиливает мощь Лидера.

    Я не верю, что люди — животные, и что они приручаются или нуждаются в пастухе. Есть единственный вид ответственности за чужую душу: когда ты — священник для этого конкретного мирянина, его духовный наставник, и ведёшь его к Богу, потому что ты поклялся довести. К несчастью, в наши дни это схема секты или некачественных психологических тренингов, где количество паствы усиливает мощь Лидера.
16. «

    Видела с чужой машины фрагмент очередной новой передачи про ролевиков. Первый вопрос к аудитории: «Считаете ли вы, что ролевые игры — это побег от реальной жизни?» Все, мать твою, не смогла смотреть. Жду, когда еще через 20 лет журналисты придумают новый вопрос. Все мои наблюдения за жизнью говорят, что пожизненное влипание в кредиты, офисное рабство, заплывшие жиром зады перед телевизором, четверо детей и семейный психолог вместо исповедника — это побег от реальности.

    Видела с чужой машины фрагмент очередной новой передачи про ролевиков. Первый вопрос к аудитории: «Считаете ли вы, что ролевые игры — это побег от реальной жизни?» Все, мать твою, не смогла смотреть. Жду, когда еще через 20 лет журналисты придумают новый вопрос. Все мои наблюдения за жизнью говорят, что пожизненное влипание в кредиты, офисное рабство, заплывшие жиром зады перед телевизором, четверо детей и семейный психолог вместо исповедника — это побег от реальности.
17. «

    Слабый человек, оставивший свой пост «потому что больше не могу» – сволочь. Боже, как это прекрасно. Как ужасно жить в мире сволочей, каждая из которых оправдана своей слабиной, и сам ты такой же, а дело не сделано – и не будет сделано никогда. Нет энерджайзера. И некого стыдиться.

    Слабый человек, оставивший свой пост «потому что больше не могу» – сволочь. Боже, как это прекрасно. Как ужасно жить в мире сволочей, каждая из которых оправдана своей слабиной, и сам ты такой же, а дело не сделано – и не будет сделано никогда. Нет энерджайзера. И некого стыдиться.
18. «

    Наличие мобил и электронных средств связи как бы улучшает процесс коммуникации и придает ему стремительность – но на деле это просто его извращает: бесконечная коррекция времени встречи, даты и места, что брать и в каком количестве, доступность таких переговоров – все это дает серию иллюзий: мы все ухватим в последний момент, мне перезвонят, нам подтвердят, я всегда успею уточнить, перезвони мне и скажи, что не передумал, и т.д. На самом деле, это защитные барьеры, чтоб не принимать решение, освободить разум и ехать на чужой воле. Мне не перезвонили и не подтвердили, что я должен/нужен/участвую – значит, я не должен и не участвую.

    Наличие мобил и электронных средств связи как бы улучшает процесс коммуникации и придает ему стремительность – но на деле это просто его извращает: бесконечная коррекция времени встречи, даты и места, что брать и в каком количестве, доступность таких переговоров – все это дает серию иллюзий: мы все ухватим в последний момент, мне перезвонят, нам подтвердят, я всегда успею уточнить, перезвони мне и скажи, что не передумал, и т.д. На самом деле, это защитные барьеры, чтоб не принимать решение, освободить разум и ехать на чужой воле. Мне не перезвонили и не подтвердили, что я должен/нужен/участвую – значит, я не должен и не участвую.
19. «

    Конечно, границы понятия можно размыть, но суть харизматичной литературы остается прежней: герой или несколько героев влекомы идеей, которая ценнее их жизни и всех ее благ. Такая жизнь должна обрываться – или создавать впечатление, что может – без всякой липы и мягкой подстилки.

    Конечно, границы понятия можно размыть, но суть харизматичной литературы остается прежней: герой или несколько героев влекомы идеей, которая ценнее их жизни и всех ее благ. Такая жизнь должна обрываться – или создавать впечатление, что может – без всякой липы и мягкой подстилки.
20. «

    Хорошо погибший герой – это герой, которого не хочется воскрешать.

    Хорошо погибший герой – это герой, которого не хочется воскрешать.