430 цитат Лены Обуховы для поста и дневника

Ниже 430 цитат Лены Обуховы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Смерть зачастую стирает все обиды и недопонимания.

   Смерть зачастую стирает все обиды и недопонимания.

   — Наталья Тимошенко · книга
2. «

   Осень в этому году выдалась на удивление теплой и почти безветренной, что было редкостью для этого города, и даже частые дожди не портили впечатления.

   Осень в этому году выдалась на удивление теплой и почти безветренной, что было редкостью для этого города, и даже частые дожди не портили впечатления.

   — Наталья Тимошенко · книга
3. «

   Он не имел привычки жаловаться на события, доставлявшие ему глубокое моральное удовлетворение.

   Он не имел привычки жаловаться на события, доставлявшие ему глубокое моральное удовлетворение.

   — Наталья Тимошенко · книга
4. «

   Никогда, пожалуйста, не пытайся давать оценку моим мыслям и тем более моим чувствам. Я действую, исходя из своих объективных возможностей. Как я при этом отношусь к ним, никого не касается, даже тебя.

   Никогда, пожалуйста, не пытайся давать оценку моим мыслям и тем более моим чувствам. Я действую, исходя из своих объективных возможностей. Как я при этом отношусь к ним, никого не касается, даже тебя.

   — Наталья Тимошенко · книга
5. «

   Ритуал курения помогал ей успокоиться.

   Ритуал курения помогал ей успокоиться.

   — Света (одноклассница) · книга
6. «

   Не надо уподобляться тем, чьи действия вы сами и осуждаете.

   Не надо уподобляться тем, чьи действия вы сами и осуждаете.

   — Наталья Тимошенко · книга
7. «

   Современным женщинам стоит чаще позволять мужчинам вести себя как джентльменам.

   Современным женщинам стоит чаще позволять мужчинам вести себя как джентльменам.

   — Наталья Тимошенко · книга
8. «

   Убегая, нельзя оборачиваться, об этом знают все. Скорость снижается, а вероятность падения повышается, что может стоить жизни. Но какой-то инстинкт все равно заставляет оборачиваться: кажется, что не видеть опасность еще хуже.

   Убегая, нельзя оборачиваться, об этом знают все. Скорость снижается, а вероятность падения повышается, что может стоить жизни. Но какой-то инстинкт все равно заставляет оборачиваться: кажется, что не видеть опасность еще хуже.

   — Память камня · книга
9. «

   Воздух там так же кружил голову: чистый, свежий, слегка терпкий от запаха хвои.

   Воздух там так же кружил голову: чистый, свежий, слегка терпкий от запаха хвои.

   — Наталья Тимошенко · книга
10. «

    Внешне благополучная семья может быть настоящим адом за закрытыми дверями.

    Внешне благополучная семья может быть настоящим адом за закрытыми дверями.

    — Наталья Тимошенко · книга
11. «

    Дьявола не зря зовут «лукавым», подобные силы – мастера обмана и притворства. Да, они обычно выбирают самого… уязвимого для проникновения, но если их замысел раскрыт, они могут переключиться на другую жертву. А разве кто-нибудь из нас может похвастаться абсолютной душевной гармонией, отсутствием сомнений, метаний и стрессовых моментов в жизни?

    Дьявола не зря зовут «лукавым», подобные силы – мастера обмана и притворства. Да, они обычно выбирают самого… уязвимого для проникновения, но если их замысел раскрыт, они могут переключиться на другую жертву. А разве кто-нибудь из нас может похвастаться абсолютной душевной гармонией, отсутствием сомнений, метаний и стрессовых моментов в жизни?

    — Наталья Тимошенко · книга
12. «

    Людям часто кажется, что они выглядят на фотографиях значительнее, если не улыбаются, многие стараются напустить на себя максимально трагичный вид, чтобы выделиться.

    Людям часто кажется, что они выглядят на фотографиях значительнее, если не улыбаются, многие стараются напустить на себя максимально трагичный вид, чтобы выделиться.

    — Наталья Тимошенко · книга
13. «

    Поразительно, как смещается понятие «нормы» после того, как столкнешься в собственном доме с монстром, надевшим чужую личину.

    Поразительно, как смещается понятие «нормы» после того, как столкнешься в собственном доме с монстром, надевшим чужую личину.

    — Наталья Тимошенко · книга
14. «

    Он никогда не рассматривал ее в качестве возможной пары, даже когда понял, что влюбился в неё, она все равно оставалась для него той женщиной, которая смогла пробудить его чувства. Даже не связывая с ней свое будущее в романтическом плане, он понимал, что без нее никакого будущего у него нет. Погибнет она — погибнет и он. Если не физически, то эмоционально — точно

    Он никогда не рассматривал ее в качестве возможной пары, даже когда понял, что влюбился в неё, она все равно оставалась для него той женщиной, которая смогла пробудить его чувства. Даже не связывая с ней свое будущее в романтическом плане, он понимал, что без нее никакого будущего у него нет. Погибнет она — погибнет и он. Если не физически, то эмоционально — точно

    — Наталья Тимошенко · книга
15. «

    На улице вновь было пасмурно: солнце спрятали тяжелые низкие тучи, сильный ветер раскачивал деревья, от чего те тревожно шуршали, словно шептались о чем-то между собой. Невзирая на середину лета, погода походила на осень, как это часто бывает в Питере и его окрестностях. Даже птицы щебетали как-то по-осеннему, тревожно и неровно.

    На улице вновь было пасмурно: солнце спрятали тяжелые низкие тучи, сильный ветер раскачивал деревья, от чего те тревожно шуршали, словно шептались о чем-то между собой. Невзирая на середину лета, погода походила на осень, как это часто бывает в Питере и его окрестностях. Даже птицы щебетали как-то по-осеннему, тревожно и неровно.

    — Наталья Тимошенко · книга
16. «

    Правильно говорят, женщины-химики пьют до потери реакции, женщины-физики до потери сопротивления, а женщины-медики до потери пульса.

    Правильно говорят, женщины-химики пьют до потери реакции, женщины-физики до потери сопротивления, а женщины-медики до потери пульса.

    — Наталья Тимошенко · книга
17. «

    Он любил паясничать, дразнить, а то и обижать людей, но оставаться равнодушным к вреду, которое причиняли людям в том числе и по его вине, не мог.

    Он любил паясничать, дразнить, а то и обижать людей, но оставаться равнодушным к вреду, которое причиняли людям в том числе и по его вине, не мог.

    — Наталья Тимошенко · книга
18. «

    Люди редко могут оценить иронию. Особенно когда не знают всей предыстории.

    Люди редко могут оценить иронию. Особенно когда не знают всей предыстории.

    — Наталья Тимошенко · книга
19. «

    У каждого подонка, представь себе, есть такая линия. Некий рубеж, который даже он не считает допустимым пересекать. Граница, за которой уже не удается убедить себя в том, что твои действия — допустимы и оправданы обстоятельствами.

    У каждого подонка, представь себе, есть такая линия. Некий рубеж, который даже он не считает допустимым пересекать. Граница, за которой уже не удается убедить себя в том, что твои действия — допустимы и оправданы обстоятельствами.

    — Константин Долгов · книга
20. «

    У вас нет понятия «личное пространство», вы всегда лезете туда, где вам не место. Но, запомните, ваше неуемное любопытство не доведет до добра.

    У вас нет понятия «личное пространство», вы всегда лезете туда, где вам не место. Но, запомните, ваше неуемное любопытство не доведет до добра.

    — Наталья Тимошенко · книга