Что говорил Леопольд фон Захер-Мазох: 26 цитат

Ниже 26 цитат Леопольда фона Захера-Мазоха — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Кто позволяет себя хлестать — тот заслуживает того, чтобы его хлестали.

   Кто позволяет себя хлестать — тот заслуживает того, чтобы его хлестали.

   — Северин · книга
2. «

   Кто наслаждается, тому тяжело расставаться с жизнью; кто страдает или терпит лишения, тот приветствует смерть, как друга.

   Кто наслаждается, тому тяжело расставаться с жизнью; кто страдает или терпит лишения, тот приветствует смерть, как друга.

   — Венера в Мехах · книга
3. «

   Во все эпохи нравственный характер складывался только под влиянием серьезного, глубокого образования.

   Во все эпохи нравственный характер складывался только под влиянием серьезного, глубокого образования.

   — Венера в Мехах · книга
4. «

   Никогда не чувствуй себя в безопасности рядом с женщиной, которую любишь, потому что природа женщины таит в себе больше опасностей, чем ты думаешь. Женщины не так хороши, как их представляют почитатели и защитники, и не так дурны, как их изображают их враги. Характер женщины есть бесхарактерность. Самая лучшая женщина может унизиться моментами до грязи, самая дурная — неожиданно возвыситься до самых добрых, высоких поступков и пристыдить тех, кто её презирает. Нет женщины ни столь хорошей, ни столь дурной, которая не была бы способна в любое мгновение на самые грязные и самые чистые, на дьявольские, как и на божественные мысли, чувства и поступки.

   Никогда не чувствуй себя в безопасности рядом с женщиной, которую любишь, потому что природа женщины таит в себе больше опасностей, чем ты думаешь. Женщины не так хороши, как их представляют почитатели и защитники, и не так дурны, как их изображают их враги. Характер женщины есть бесхарактерность. Самая лучшая женщина может унизиться моментами до грязи, самая дурная — неожиданно возвыситься до самых добрых, высоких поступков и пристыдить тех, кто её презирает. Нет женщины ни столь хорошей, ни столь дурной, которая не была бы способна в любое мгновение на самые грязные и самые чистые, на дьявольские, как и на божественные мысли, чувства и поступки.

   — Венера в Мехах · книга
5. «

   Женщине нужен такой муж, на которого она могла бы смотреть снизу вверх, а такого, который – как ты – добровольно подставляет спину, чтобы она могла поставить свои ноги на нее,– такого она берет, как занятную игрушку, и бросает прочь, когда он наскучит.

   Женщине нужен такой муж, на которого она могла бы смотреть снизу вверх, а такого, который – как ты – добровольно подставляет спину, чтобы она могла поставить свои ноги на нее,– такого она берет, как занятную игрушку, и бросает прочь, когда он наскучит.

   — Ванда фон Дунаева · книга
6. «

   Я думаю, – сказала она, – что для того, чтобы навеки привязать к себе мужчину, надо прежде всего не быть ему верной. Какую честную женщину боготворили когда-либо так, как боготворят гетеру?

   Я думаю, – сказала она, – что для того, чтобы навеки привязать к себе мужчину, надо прежде всего не быть ему верной. Какую честную женщину боготворили когда-либо так, как боготворят гетеру?

   — Ванда фон Дунаева · книга
7. «

   Я могла бы принадлежать одному мужчине всю жизнь, но это должен быть настоящий мужчина, который импонировал бы мне, который подчинил бы меня силой своей личности.

   Я могла бы принадлежать одному мужчине всю жизнь, но это должен быть настоящий мужчина, который импонировал бы мне, который подчинил бы меня силой своей личности.

   — Венера в Мехах · книга
8. «

   Но ведь я, вы знаете, легкомысленная женщина – и именно потому-то я отношусь к браку очень серьезно, – и если я беру на себя какие-нибудь обязанности, то я хочу иметь возможность и исполнить их.

   Но ведь я, вы знаете, легкомысленная женщина – и именно потому-то я отношусь к браку очень серьезно, – и если я беру на себя какие-нибудь обязанности, то я хочу иметь возможность и исполнить их.

   — Ванда фон Дунаева · книга
9. «

   Любовь не знает ни добродетели, ни заслуги. Она любит, и прощает, и терпит все потому, что иначе не может.

   Любовь не знает ни добродетели, ни заслуги. Она любит, и прощает, и терпит все потому, что иначе не может.

   — Северин · книга
10. «

    Дело в том, что женщина осталась, несмотря на все успехи цивилизации, такой, какой она вышла из рук природы: она сохранила характер дикаря, который может оказаться способным на верность и на измену, на великодушие и на жестокость, смотря по господствующему в нем в каждую данную минуту чувству.

    Дело в том, что женщина осталась, несмотря на все успехи цивилизации, такой, какой она вышла из рук природы: она сохранила характер дикаря, который может оказаться способным на верность и на измену, на великодушие и на жестокость, смотря по господствующему в нем в каждую данную минуту чувству.

    — Венера в Мехах · книга
11. «

    Мы верны, покуда любим!

    Мы верны, покуда любим!

    — Венера в Мехах · книга
12. «

    С сатаной следует быть на такой же дружеской ноге, как и с Господом Богом.

    С сатаной следует быть на такой же дружеской ноге, как и с Господом Богом.

    — Зиновия · книга
13. «

    На страсти мужчины основано могущество женщины, и она отлично умеет воспользоваться этим, если мужчина оказывается недостаточно предусмотрительным. Перед ним один только выбор – быть либо тираном, либо рабом. Стоит ему поддаться чувству на миг – и голова его уже окажется под ярмом и он тотчас почувствует на себе кнут.

    На страсти мужчины основано могущество женщины, и она отлично умеет воспользоваться этим, если мужчина оказывается недостаточно предусмотрительным. Перед ним один только выбор – быть либо тираном, либо рабом. Стоит ему поддаться чувству на миг – и голова его уже окажется под ярмом и он тотчас почувствует на себе кнут.

    — Венера в Мехах · книга
14. «

    По природе мужчина и женщина – в вашем веселом, залитом солнцем мире, так же как и в нашем туманном,– враги; любовь только на короткое время сливает их в единое существо, живущее единой мыслью, единым чувством, единой волей, чтобы потом еще сильнее разъединить их.

    По природе мужчина и женщина – в вашем веселом, залитом солнцем мире, так же как и в нашем туманном,– враги; любовь только на короткое время сливает их в единое существо, живущее единой мыслью, единым чувством, единой волей, чтобы потом еще сильнее разъединить их.

    — Венера в Мехах · книга
15. «

    Женщины сохраняют свою красоту до тех пор, пока не перестают еще одерживать победы.

    Женщины сохраняют свою красоту до тех пор, пока не перестают еще одерживать победы.

    — Демонические женщины · книга
16. «

    Одна пощёчина стоит ведь больше десятка лекций — она так быстро воспитывает, в особенности, когда её наносит маленькая, полная женская ручка, поучающая нас.

    Одна пощёчина стоит ведь больше десятка лекций — она так быстро воспитывает, в особенности, когда её наносит маленькая, полная женская ручка, поучающая нас.

    — Венера в Мехах · книга
17. «

    Какой поэзией, какой дивной прелестью и грацией дышит ее изящная фигура!

    Какой поэзией, какой дивной прелестью и грацией дышит ее изящная фигура!

    — Северин · книга
18. «

    Нас влечет и двигает какая то сладостная и грустная, таинственная сила, и под ее влиянием мы перестаем мыслить, чувствовать, желать – мы позволяем ей толкать себя, не спрашивая даже куда.

    Нас влечет и двигает какая то сладостная и грустная, таинственная сила, и под ее влиянием мы перестаем мыслить, чувствовать, желать – мы позволяем ей толкать себя, не спрашивая даже куда.

    — Северин · книга
19. «

    А все мужчины – я отлично это знаю! – едва только влюбятся, становятся слабы, покладисты, смешны, отдаются всецело в руки женщины, пресмыкаются перед ней на коленях. Между тем я могла бы долго любить только того, перед кем я ползала бы на коленях.

    А все мужчины – я отлично это знаю! – едва только влюбятся, становятся слабы, покладисты, смешны, отдаются всецело в руки женщины, пресмыкаются перед ней на коленях. Между тем я могла бы долго любить только того, перед кем я ползала бы на коленях.

    — Ванда фон Дунаева · книга
20. «

    Если поспешишь прицелиться в женщину — делаешь промах, если же соблюдешь должный такт — поймаешь каждую из них.

    Если поспешишь прицелиться в женщину — делаешь промах, если же соблюдешь должный такт — поймаешь каждую из них.

    — Коломейский Дон Жуан · книга