Лев Николаевич Толстой: 598 фраз, которые разошлись на цитаты

Ниже 598 цитат Льва Николаевича Толстого — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я серьезно убежден, что миром управляют совсем сумасшедшие. Несумасшедшие или воздерживаются, или не могут участвовать.

   Я серьезно убежден, что миром управляют совсем сумасшедшие. Несумасшедшие или воздерживаются, или не могут участвовать.
2. «

   Счастье не в том, чтобы делать всегда, что хочешь, а в том, чтобы всегда хотеть того, что делаешь.

   Счастье не в том, чтобы делать всегда, что хочешь, а в том, чтобы всегда хотеть того, что делаешь.
3. «

   Да, брат, женщины — это винт, на котором все вертится.

   Да, брат, женщины — это винт, на котором все вертится.

   — Степан Аркадьич Облонский · книга
4. «

   Государство, которое плохо относится к животным, всегда будет нищим и преступным.

   Государство, которое плохо относится к животным, всегда будет нищим и преступным.
5. «

   От этого-то большинство и предпочитает знаться с Кларами. Там неудача доказывает только, что у тебя не достало денег, а здесь — твое достоинство на весах.

   От этого-то большинство и предпочитает знаться с Кларами. Там неудача доказывает только, что у тебя не достало денег, а здесь — твое достоинство на весах.

   — Алексей Вронский · книга
6. «

   Я никогда не была строга и нетерпима. Мне просто некогда.

   Я никогда не была строга и нетерпима. Мне просто некогда.

   — Анна Каренина · книга
7. «

   Полной свободы нет, но человек приближается к свободе по мере соединения своего с Богом разума и любви.

   Полной свободы нет, но человек приближается к свободе по мере соединения своего с Богом разума и любви.
8. «

   Я буду помнить, что на этом свете нельзя ждать награды, что на этом свете нет ни чести, ни справедливости. На этом свете надо быть хитрою и злою.

   Я буду помнить, что на этом свете нельзя ждать награды, что на этом свете нет ни чести, ни справедливости. На этом свете надо быть хитрою и злою.

   — Катерина Семеновна Мамонтова (Катишь) · книга
9. «

   Спасение не в обрядах, таинствах, не в исповедании той или иной веры, а в ясном понимании смысла своей жизни.

   Спасение не в обрядах, таинствах, не в исповедании той или иной веры, а в ясном понимании смысла своей жизни.
10. «

    Навсегда ничего не бывает.

    Навсегда ничего не бывает.

    — Война и мир · книга
11. «

    Чай не пить я не могу, потому что чай из самых дальних уголков моей души выносит на поверхность моё творческое начало.

    Чай не пить я не могу, потому что чай из самых дальних уголков моей души выносит на поверхность моё творческое начало.
12. «

    В минуту нерешительности действуй быстро и старайся сделать первый шаг, хотя бы и неправильный.

    В минуту нерешительности действуй быстро и старайся сделать первый шаг, хотя бы и неправильный.
13. «

    Я серьезно убежден, что миром правят совсем сумасшедшие.

    Я серьезно убежден, что миром правят совсем сумасшедшие.
14. «

    Если сказать, что птицы, лошади, собаки, обезьяны совсем чужие нам, то почему же не сказать, что и дикие, чёрные и жёлтые люди чужие нам? А если признать таких людей чужими, то с таким же правом могут чёрные и жёлтые люди признать чужими белых. Кто же ближний? На это есть только один ответ: не спрашивай, кто ближний, а делай всему живому то, что хочешь, чтобы тебе делали.

    Если сказать, что птицы, лошади, собаки, обезьяны совсем чужие нам, то почему же не сказать, что и дикие, чёрные и жёлтые люди чужие нам? А если признать таких людей чужими, то с таким же правом могут чёрные и жёлтые люди признать чужими белых. Кто же ближний? На это есть только один ответ: не спрашивай, кто ближний, а делай всему живому то, что хочешь, чтобы тебе делали.

    — Путь жизни · книга
15. «

    Он смотрел на нее, как смотрит человек на сорванный им и завядший цветок, в котором он с трудом узнает красоту, за которую он сорвал и погубил его. И, несмотря на то, он чувствовал, что тогда, когда любовь его была сильнее, он мог, если бы сильно захотел этого, вырвать эту любовь из своего сердца, но теперь, когда, как в эту минуту, ему казалось, что он не чувствовал любви к ней, он знал, что связь его с ней не может быть разорвана.

    Он смотрел на нее, как смотрит человек на сорванный им и завядший цветок, в котором он с трудом узнает красоту, за которую он сорвал и погубил его. И, несмотря на то, он чувствовал, что тогда, когда любовь его была сильнее, он мог, если бы сильно захотел этого, вырвать эту любовь из своего сердца, но теперь, когда, как в эту минуту, ему казалось, что он не чувствовал любви к ней, он знал, что связь его с ней не может быть разорвана.

    — Анна Каренина · книга
16. «

    Он любил свою газету, как сигару после обеда, за лёгкий туман, который она производила в его голове.

    Он любил свою газету, как сигару после обеда, за лёгкий туман, который она производила в его голове.

    — Степан Аркадьич Облонский · книга
17. «

    У того, кто ничего не делает, всегда много помощников.

    У того, кто ничего не делает, всегда много помощников.
18. «

    Позор и срам! — отвечал полковник. — Одного боишься — это встречаться с русскими за границей.

    Позор и срам! — отвечал полковник. — Одного боишься — это встречаться с русскими за границей.

    — Анна Каренина · книга
19. «

    Нет, душа моя, для меня уже нет таких балов, где весело.

    Нет, душа моя, для меня уже нет таких балов, где весело.

    — Анна Каренина · книга
20. «

    Наташа была так же влюблена в своего жениха, так же успокоена этою любовью и так же восприимчива ко всем радостям жизни; но в конце четвертого месяца разлуки с ним на нее начали находить минуты грусти, против которой она не могла бороться. Ей жалко было самое себя, жалко было, что она так даром, ни для кого, пропадала все это время, в продолжение которого она чувствовала себя столь способной любить и быть любимой.

    Наташа была так же влюблена в своего жениха, так же успокоена этою любовью и так же восприимчива ко всем радостям жизни; но в конце четвертого месяца разлуки с ним на нее начали находить минуты грусти, против которой она не могла бороться. Ей жалко было самое себя, жалко было, что она так даром, ни для кого, пропадала все это время, в продолжение которого она чувствовала себя столь способной любить и быть любимой.

    — Война и мир · книга