Подборка: 338 цитат Ли Бардуго

Ли Бардуго — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 338 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   – <...> если судьба подарит нам хоть малейший шанс. – А если не подарит, мы его украдем.

   – <...> если судьба подарит нам хоть малейший шанс. – А если не подарит, мы его украдем.

   — Зоя Назяленская · книга
2. «

   Беда благодарностей в том, что они быстро превращаются в длинные списки имен, которые легко пропустить.

   Беда благодарностей в том, что они быстро превращаются в длинные списки имен, которые легко пропустить.

   — Штурм и Буря · книга
3. «

   Ты обманывал смерть много раз. Жадность можно подкупить, но смерть не служит никому.

   Ты обманывал смерть много раз. Жадность можно подкупить, но смерть не служит никому.

   — Джорди Ритвельд · книга
4. «

   — Для женщины воевать противоестественно. — Противоестественно, когда степень твоей тупости соответствует твоему росту, однако вот он ты.

   — Для женщины воевать противоестественно. — Противоестественно, когда степень твоей тупости соответствует твоему росту, однако вот он ты.

   — Матиас Хельвар · книга
5. «

   — Алина, ты скучала по мне? После отъезда? — Каждый день, — честно ответила я. — А я каждый час. И знаешь, что хуже всего? Для меня это стало сюрпризом. Я ловил себя на том, что иду и ищу тебя взглядом — без всякой причины, просто из привычки, потому что мне хотелось чем-то с тобой поделиться или услышать твой голос. И вдруг я понял, что тебя больше рядом нет, и каждый раз, каждый чёртов раз, я чувствовал, будто из меня выбили воздух. Я рисковал ради тебя жизнью. Я обошёл половину Равки и сделаю это снова и снова, просто чтобы быть с тобой, голодать с тобой и слушать, как ты ноешь, что приходится есть сыр каждый день. Так что не говори мне, что нам не место рядом друг с другом. Мы были так близко, моё сердце внезапно бешено затрепетало в груди. — Мне жаль, что понадобилось так много времени, чтобы заметить тебя, Алина. Но сейчас... я тебя вижу.

   — Алина, ты скучала по мне? После отъезда? — Каждый день, — честно ответила я. — А я каждый час. И знаешь, что хуже всего? Для меня это стало сюрпризом. Я ловил себя на том, что иду и ищу тебя взглядом — без всякой причины, просто из привычки, потому что мне хотелось чем-то с тобой поделиться или услышать твой голос. И вдруг я понял, что тебя больше рядом нет, и каждый раз, каждый чёртов раз, я чувствовал, будто из меня выбили воздух. Я рисковал ради тебя жизнью. Я обошёл половину Равки и сделаю это снова и снова, просто чтобы быть с тобой, голодать с тобой и слушать, как ты ноешь, что приходится есть сыр каждый день. Так что не говори мне, что нам не место рядом друг с другом. Мы были так близко, моё сердце внезапно бешено затрепетало в груди. — Мне жаль, что понадобилось так много времени, чтобы заметить тебя, Алина. Но сейчас... я тебя вижу.

   — Тень и кость · книга
6. «

   Одно он знает точно: он не успокоится, пока в его стране не наступит покой. И еще: он никогда, ни за что на свете не бросит раненого, пускай даже этот раненый – он сам.

   Одно он знает точно: он не успокоится, пока в его стране не наступит покой. И еще: он никогда, ни за что на свете не бросит раненого, пускай даже этот раненый – он сам.

   — Король шрамов · книга
7. «

   Все умирают. Но не все ради высшей цели.

   Все умирают. Но не все ради высшей цели.

   — Мальен Оретцев · книга
8. «

   – Может, ты проголодалась? – спросила Зоя. – Я всегда злюсь, когда голодна. – То есть ты всегда голодна? – полюбопытствовал Хэршоу. – Ты еще не видел меня злой. А когда увидишь, тебе понадобится очень большой платок. Он фыркнул. – Чтобы вытирать слезки? – Чтобы остановить кровотечение.

   – Может, ты проголодалась? – спросила Зоя. – Я всегда злюсь, когда голодна. – То есть ты всегда голодна? – полюбопытствовал Хэршоу. – Ты еще не видел меня злой. А когда увидишь, тебе понадобится очень большой платок. Он фыркнул. – Чтобы вытирать слезки? – Чтобы остановить кровотечение.

   — Зоя Назяленская · книга
9. «

   Ничего из этого не было предопределено, ничего не было предсказано. Не существовало пророчеств о короле-демоне, о королеве-драконе, об одноглазой портной, о близнецах-сердцебитах. Они были просто людьми, которые ввязались в бой и сумели выжить. Но, возможно, в этом-то и была суть: выжить, посметь остаться в живых, зажечь собственный свет, когда вся надежда угасла.

   Ничего из этого не было предопределено, ничего не было предсказано. Не существовало пророчеств о короле-демоне, о королеве-драконе, об одноглазой портной, о близнецах-сердцебитах. Они были просто людьми, которые ввязались в бой и сумели выжить. Но, возможно, в этом-то и была суть: выжить, посметь остаться в живых, зажечь собственный свет, когда вся надежда угасла.

   — Правление волков · книга
10. «

    Страх – это феникс. Можно тысячу раз смотреть, как он сгорает, но он все равно будет возвращаться.

    Страх – это феникс. Можно тысячу раз смотреть, как он сгорает, но он все равно будет возвращаться.

    — Зоя Назяленская · книга
11. «

    — В этом всё дело, не так ли? Ты не хочешь, чтобы тебе нравилась девушка-гриш. Боишься, что если будешь смеяться моим шуткам или отвечать на вопросы, то начнёшь воспринимать меня как человека. Это так ужасно? — Ты и так мне нравишься. — Что это было? — Ты и так мне нравишься, — сердито повторил он. Девушка засияла, чувствуя, как по ее телу прошла волна удовольствия.

    — В этом всё дело, не так ли? Ты не хочешь, чтобы тебе нравилась девушка-гриш. Боишься, что если будешь смеяться моим шуткам или отвечать на вопросы, то начнёшь воспринимать меня как человека. Это так ужасно? — Ты и так мне нравишься. — Что это было? — Ты и так мне нравишься, — сердито повторил он. Девушка засияла, чувствуя, как по ее телу прошла волна удовольствия.

    — Матиас Хельвар · книга
12. «

    Она была невозможной, жутко тщеславной, резкой и ядовитой, как ягоды тиса. Она была храброй.

    Она была невозможной, жутко тщеславной, резкой и ядовитой, как ягоды тиса. Она была храброй.

    — Правление волков · книга
13. «

    – Прошу вас, – застонал он. – Я… – Люблю, когда мужчины меня умоляют. Но сейчас неподходящее время.

    – Прошу вас, – застонал он. – Я… – Люблю, когда мужчины меня умоляют. Но сейчас неподходящее время.

    — Инеж Гафа · книга
14. «

    – Министры, слишком много замечающие, рискуют однажды лишиться зрения. – А королевы, слишком мало доверяющие, рискуют однажды лишиться трона.

    – Министры, слишком много замечающие, рискуют однажды лишиться зрения. – А королевы, слишком мало доверяющие, рискуют однажды лишиться трона.

    — Макхи · книга
15. «

    Разве не об этом мечтала каждая девочка? Что однажды она проснется и окажется принцессой? Или будет благословенна волшебными способностями и величайшим предназначением? Может, такие люди и существовали. Может, эта девушка – одна из них. Но как насчет всех остальных? Как насчет безродных и бесталанных, девочек-невидимок? Мы учимся держать голову так, словно на ней – корона. Мы учимся искать волшебство в обыденности. Вот как выживали обычные люди, не избранные, без королевской крови в жилах. Даже если мир ничего тебе не должен, ты все равно от него что-то требуешь.

    Разве не об этом мечтала каждая девочка? Что однажды она проснется и окажется принцессой? Или будет благословенна волшебными способностями и величайшим предназначением? Может, такие люди и существовали. Может, эта девушка – одна из них. Но как насчет всех остальных? Как насчет безродных и бесталанных, девочек-невидимок? Мы учимся держать голову так, словно на ней – корона. Мы учимся искать волшебство в обыденности. Вот как выживали обычные люди, не избранные, без королевской крови в жилах. Даже если мир ничего тебе не должен, ты все равно от него что-то требуешь.

    — Продажное королевство · книга
16. «

    – Как?! – лейтенант «Черных Пик» был в ярости. – Как ты вообще узнал, кто будет в смене? Мне пришлось заплатить бешеную сумму, чтобы добраться до списка наряда. Ты не мог перебить мою взятку! – Скажем так, моя валюта ценнее. – Деньги есть деньги. – Я торгую сведениями, Хейлс, – сведениями о том, чем занимаются люди, когда думают, что их никто не видит. Позор весомей любых денег.

    – Как?! – лейтенант «Черных Пик» был в ярости. – Как ты вообще узнал, кто будет в смене? Мне пришлось заплатить бешеную сумму, чтобы добраться до списка наряда. Ты не мог перебить мою взятку! – Скажем так, моя валюта ценнее. – Деньги есть деньги. – Я торгую сведениями, Хейлс, – сведениями о том, чем занимаются люди, когда думают, что их никто не видит. Позор весомей любых денег.

    — Хейлс · книга
17. «

    Быть лидером означает, что за тобой постоянно следят.

    Быть лидером означает, что за тобой постоянно следят.

    — Штурм и Буря · книга
18. «

    Шампанского много не бывает.

    Шампанского много не бывает.

    — Женя · книга
19. «

    Разные виды топлива горят по-разному, одни быстрее, другие жарче. Простая ненависть – это один вид топлива, а ненависть, выросшая из преданности, – совершенно другой, она и полыхает иначе.

    Разные виды топлива горят по-разному, одни быстрее, другие жарче. Простая ненависть – это один вид топлива, а ненависть, выросшая из преданности, – совершенно другой, она и полыхает иначе.

    — Николай Ланцов · книга
20. «

    — Ты знаешь, как победить скорпиона? Тот рассмеялся. — Несёшь чушь, Призрак? Не умирай слишком быстро. Твою рану нужно залатать. Инеж скрестила щиколотки и услышала обнадёживающее клацанье. Она носила на коленях щитки, чтобы было удобнее ползать или залезать куда-то, но была и другая причина — тоненькие стальные лезвия, спрятанные в каждом из них. — Секрет в том, — выдавила девушка, — что нельзя сводить глаз с его хвоста. — Она подняла колено и вонзила лезвие Омену между ног. Вышибала закричал и отпустил её, зажав руками кровоточащий пах.

    — Ты знаешь, как победить скорпиона? Тот рассмеялся. — Несёшь чушь, Призрак? Не умирай слишком быстро. Твою рану нужно залатать. Инеж скрестила щиколотки и услышала обнадёживающее клацанье. Она носила на коленях щитки, чтобы было удобнее ползать или залезать куда-то, но была и другая причина — тоненькие стальные лезвия, спрятанные в каждом из них. — Секрет в том, — выдавила девушка, — что нельзя сводить глаз с его хвоста. — Она подняла колено и вонзила лезвие Омену между ног. Вышибала закричал и отпустил её, зажав руками кровоточащий пах.

    — Шестерка Воронов · книга