Подборка: 34 цитаты Лилии Шевцовы

Ниже 34 цитаты Лилии Шевцовы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Китайцам могут быть понятны рассуждения Путина об «исторических территориях». Для Китая «исторические территории» – это российское Приамурье и Приморье, в свое время захваченные Россией у династии Цин.

   Китайцам могут быть понятны рассуждения Путина об «исторических территориях». Для Китая «исторические территории» – это российское Приамурье и Приморье, в свое время захваченные Россией у династии Цин.
2. «

   Более того, как и президент Ельцин, либерал-технократы повинны в том, что, используя реформаторскую риторику и одновременно участвуя в проведении не всегда реформаторского курса, они тем самым дискредитировали в России идею либеральной демократии.

   Более того, как и президент Ельцин, либерал-технократы повинны в том, что, используя реформаторскую риторику и одновременно участвуя в проведении не всегда реформаторского курса, они тем самым дискредитировали в России идею либеральной демократии.

   — Режим Бориса Ельцина · книга
3. «

   Кремль разрешил конфликт между стремлением лидера к бесконечному правлению и выборами, предполагающими неопределенность. После нынешнего волеизъявления по конституционным поправкам будущие выборы становятся излишеством. Возникает, однако, проблема: ответственность за провалы будет теперь нести Несменяемый. Тяжелая ноша!

   Кремль разрешил конфликт между стремлением лидера к бесконечному правлению и выборами, предполагающими неопределенность. После нынешнего волеизъявления по конституционным поправкам будущие выборы становятся излишеством. Возникает, однако, проблема: ответственность за провалы будет теперь нести Несменяемый. Тяжелая ноша!
4. «

   <...> отношения с Америкой поддерживают державный хребет самодержавия. На что оно будет опираться, когда Америка забудет о нас?

   <...> отношения с Америкой поддерживают державный хребет самодержавия. На что оно будет опираться, когда Америка забудет о нас?
5. «

   Путчисты, эти жалкие, испуганные, с дрожащими руками люди, сами того не желая, создали для Ельцина сцену, подарили ему сюжет и дали возможность сыграть революционный спектакль, в котором совершенно искренне участвовала многочисленная массовка. Но ружье, повешенное на стену, судя по всему, было не заряжено. Те, кто еще стремился сохранить Союз, не были готовы к насилию, без чего вернуться обратно в СССР было невозможно. Новая российская эпоха начиналась с имитации, а победители имели немало причин желать, чтобы реальная картина тех дней была забыта, и как можно скорее.

   Путчисты, эти жалкие, испуганные, с дрожащими руками люди, сами того не желая, создали для Ельцина сцену, подарили ему сюжет и дали возможность сыграть революционный спектакль, в котором совершенно искренне участвовала многочисленная массовка. Но ружье, повешенное на стену, судя по всему, было не заряжено. Те, кто еще стремился сохранить Союз, не были готовы к насилию, без чего вернуться обратно в СССР было невозможно. Новая российская эпоха начиналась с имитации, а победители имели немало причин желать, чтобы реальная картина тех дней была забыта, и как можно скорее.

   — Режим Бориса Ельцина · книга
6. «

   <...> иссякает державнический потенциал. Путин понимает, что его нельзя восполнить через экономическую мощь. Отсюда его идея миропорядка на основе возрождения Клуба Победителей во второй мировой войне. Словом, нужно втянуть в прошлое вместе с Россией остальное мироздание. Но с какой стати Западу и Китаю соглашаться на Вторую Ялту и отказываться от прогресса и конкуренции?

   <...> иссякает державнический потенциал. Путин понимает, что его нельзя восполнить через экономическую мощь. Отсюда его идея миропорядка на основе возрождения Клуба Победителей во второй мировой войне. Словом, нужно втянуть в прошлое вместе с Россией остальное мироздание. Но с какой стати Западу и Китаю соглашаться на Вторую Ялту и отказываться от прогресса и конкуренции?
7. «

   Российская элита может похвастаться еще одним достижением — умением имитировать западные институты. В России существуют все институты, которые составляют основу западной демократии. Но они функционируют как прикрытие персоналистской власти. Российские лидеры активно используют либеральную риторику, и в российском правительстве до сих пор есть люди, которые известны как либералы. И все это вместе осложняет не только развитие реальной демократии в России, но и либеральную критику российской системы. Более того, существование бутафорских парламента, многопартийности, организаций, которые используют либеральные лозунги, в глазах общественного мнения дискредитирует либеральную демократию, порождая среди части населения тяготение к чистой модели авторитаризма. «Зачем нам содержать всех этих сервильных депутатов! — говорят иные граждане. — Пусть уж лучше правит кто-то один».

   Российская элита может похвастаться еще одним достижением — умением имитировать западные институты. В России существуют все институты, которые составляют основу западной демократии. Но они функционируют как прикрытие персоналистской власти. Российские лидеры активно используют либеральную риторику, и в российском правительстве до сих пор есть люди, которые известны как либералы. И все это вместе осложняет не только развитие реальной демократии в России, но и либеральную критику российской системы. Более того, существование бутафорских парламента, многопартийности, организаций, которые используют либеральные лозунги, в глазах общественного мнения дискредитирует либеральную демократию, порождая среди части населения тяготение к чистой модели авторитаризма. «Зачем нам содержать всех этих сервильных депутатов! — говорят иные граждане. — Пусть уж лучше правит кто-то один».

   — Одинокая держава · книга
8. «

   Клинтон, в отличие от Буша-старшего, понимал, что для того, чтобы обезопасить Запад и США от непредсказуемой России, нужно помочь этой стране не просто сохранить статус-кво, к чему стремился Буш-старший, а реформировать себя. Клинтон по-иному подходил и к обеспечению американских интересов. Он считал, что в интересах Америки сильная, а не слабая Россия. Но все дело в том, что, когда Клинтон пришел в Белый дом, гайдаровские реформы завершились и новым главой российского кабинета стал Виктор Черномырдин, который не собирался продолжать реформаторские эксперименты. Россия в 1993 г. вступала в новый этап своего развития, суть которого была не в трансформации, а в создании системы персоналистского типа. Запад постоянно запаздывал со своей реформаторской поддержкой.

   Клинтон, в отличие от Буша-старшего, понимал, что для того, чтобы обезопасить Запад и США от непредсказуемой России, нужно помочь этой стране не просто сохранить статус-кво, к чему стремился Буш-старший, а реформировать себя. Клинтон по-иному подходил и к обеспечению американских интересов. Он считал, что в интересах Америки сильная, а не слабая Россия. Но все дело в том, что, когда Клинтон пришел в Белый дом, гайдаровские реформы завершились и новым главой российского кабинета стал Виктор Черномырдин, который не собирался продолжать реформаторские эксперименты. Россия в 1993 г. вступала в новый этап своего развития, суть которого была не в трансформации, а в создании системы персоналистского типа. Запад постоянно запаздывал со своей реформаторской поддержкой.

   — Одинокая держава · книга
9. «

   Ельцин, однако, вместо того чтобы покончить с затянувшейся паузой, вскоре после путча исчез с политической сцены, оставив всех в недоумении, — почти две недели он отсутствовал в Москве. Его соратники объясняли, что российский президент отдыхал после «временных сердечных трудностей». Появилась информация, что Ельцин в Кисловодске. Потом оказалось, что Ельцин все же в Сочи. До него пытались дозвониться и Руслан Хасбулатов, и Александр Руцкой, но якобы безуспешно. Политическая публика застыла в недоумении. Лишь потом стало известно, чем Ельцин занимался в Сочи: по свидетельству Анатолия Собчака и некоторых других его соратников, он учился играть в теннис.

   Ельцин, однако, вместо того чтобы покончить с затянувшейся паузой, вскоре после путча исчез с политической сцены, оставив всех в недоумении, — почти две недели он отсутствовал в Москве. Его соратники объясняли, что российский президент отдыхал после «временных сердечных трудностей». Появилась информация, что Ельцин в Кисловодске. Потом оказалось, что Ельцин все же в Сочи. До него пытались дозвониться и Руслан Хасбулатов, и Александр Руцкой, но якобы безуспешно. Политическая публика застыла в недоумении. Лишь потом стало известно, чем Ельцин занимался в Сочи: по свидетельству Анатолия Собчака и некоторых других его соратников, он учился играть в теннис.

   — Режим Бориса Ельцина · книга
10. «

    Россия демонстрирует высший класс эклектики. Кремль не устает утверждать, что США в упадке. Путин твердит, что США «твердым шагом идут прямо по пути Советского Союза». Но если век Америки завершается, зачем требовать у США уважения и жаловаться на исходящие оттуда угрозы? И зачем соглашаться на саммиты?! Это выглядит как политическая шизофрения.

    Россия демонстрирует высший класс эклектики. Кремль не устает утверждать, что США в упадке. Путин твердит, что США «твердым шагом идут прямо по пути Советского Союза». Но если век Америки завершается, зачем требовать у США уважения и жаловаться на исходящие оттуда угрозы? И зачем соглашаться на саммиты?! Это выглядит как политическая шизофрения.
11. «

    Газеты постоянно язвили по поводу Горбачева, но как-то устало, уже ни в чем его не обвиняя и ничего от него не ожидая. Это было самое главное в атмосфере осени 1991 г. — советского президента списали.

    Газеты постоянно язвили по поводу Горбачева, но как-то устало, уже ни в чем его не обвиняя и ничего от него не ожидая. Это было самое главное в атмосфере осени 1991 г. — советского президента списали.

    — Режим Бориса Ельцина · книга
12. «

    Милитаризм, уничтожение личности, как самостоятельного субъекта, делает прогресс невозможным. Надежды на «прорыв» и «цифровизацию» экономики рассыпаются. <...> Возможность догнать развитый мир становится нереальной. Впрочем, стабильность обновленного российского государства отныне строится на отказе догонять.

    Милитаризм, уничтожение личности, как самостоятельного субъекта, делает прогресс невозможным. Надежды на «прорыв» и «цифровизацию» экономики рассыпаются. <...> Возможность догнать развитый мир становится нереальной. Впрочем, стабильность обновленного российского государства отныне строится на отказе догонять.
13. «

    Это означало фактический отказ от разделения властей и возвращение к практике совмещения постов, когда министры, сидя в парламенте, принимали для себя законы, затем их выполняли и сами себя контролировали.

    Это означало фактический отказ от разделения властей и возвращение к практике совмещения постов, когда министры, сидя в парламенте, принимали для себя законы, затем их выполняли и сами себя контролировали.

    — Режим Бориса Ельцина · книга
14. «

    ...сколько раз, попадая в труднейшие ситуации, реформаторы успокаивали общество: ничего, прорвемся, завтра будет лучше. Вера в традиционное «авось» была чуть ли не лейтмотивом деятельности российских реформаторов.

    ...сколько раз, попадая в труднейшие ситуации, реформаторы успокаивали общество: ничего, прорвемся, завтра будет лучше. Вера в традиционное «авось» была чуть ли не лейтмотивом деятельности российских реформаторов.

    — Режим Бориса Ельцина · книга
15. «

    Демократы так и не получили доступа к реальной власти. Им не удалась даже стать последовательными защитниками демократических принципов. Во многом причиной тому — прошлое большинства демократических групп в России. В то время как аналогичные объединения в Восточной Европе возникли как антисистемные объединения, в России демократическое движение включило прежде всего представителей прежней элиты.

    Демократы так и не получили доступа к реальной власти. Им не удалась даже стать последовательными защитниками демократических принципов. Во многом причиной тому — прошлое большинства демократических групп в России. В то время как аналогичные объединения в Восточной Европе возникли как антисистемные объединения, в России демократическое движение включило прежде всего представителей прежней элиты.

    — Режим Бориса Ельцина · книга
16. «

    ... Москва была права, переводя отношения со своими соседями и потребителями российских энергоресурсов на рыночную основу. Но характер перехода к рыночным ценам и само определение «рыночной цены», которое зависит от лояльности потребителей к Москве, свидетельствует о превращении энергоресурса в политический инструмент, что не может не деформировать рыночные принципы.

    ... Москва была права, переводя отношения со своими соседями и потребителями российских энергоресурсов на рыночную основу. Но характер перехода к рыночным ценам и само определение «рыночной цены», которое зависит от лояльности потребителей к Москве, свидетельствует о превращении энергоресурса в политический инструмент, что не может не деформировать рыночные принципы.

    — Одинокая держава · книга
17. «

    ....когда стало ясно, что СССР обречен, в Москву примчались представители «Семерки» с одной целью: потребовать, чтобы Россия и бывшие советские республики гарантировали им выплату советских долгов. Короче: бизнес — и никакой филантропии.

    ....когда стало ясно, что СССР обречен, в Москву примчались представители «Семерки» с одной целью: потребовать, чтобы Россия и бывшие советские республики гарантировали им выплату советских долгов. Короче: бизнес — и никакой филантропии.

    — Одинокая держава · книга
18. «

    В марте 2000 г., еще будучи премьером, в своем интервью Дэвиду Фросту, известному британскому журналисту, Путин, отвечая на вопрос, как он относится к возможности вступления России в НАТО, ответил: «Почему бы и нет?! А вы пригласите…»

    В марте 2000 г., еще будучи премьером, в своем интервью Дэвиду Фросту, известному британскому журналисту, Путин, отвечая на вопрос, как он относится к возможности вступления России в НАТО, ответил: «Почему бы и нет?! А вы пригласите…»

    — Одинокая держава · книга
19. «

    Страх перед коммунизмом у западных лидеров был сильнее опасений появления в России нового авторитаризма.

    Страх перед коммунизмом у западных лидеров был сильнее опасений появления в России нового авторитаризма.

    — Одинокая держава · книга
20. «

    Можно лишь посочувствовать тем, кто вынужден объяснять и легитимировать состояние российской системы и пытаться представить ее стагнацию как движение, ее судорожные броски в разные стороны — как стратегию, устремления правящего класса — как национально-государственные интересы, а отсутствие у него принципов — как новый вид идеологии прагматизма. Сочувствую, очень сочувствую…Тем более когда талантливые люди вынуждены тратить свою энергию и свою жизнь на то, чтобы убедить мир в том, во что они вряд ли верят сами.

    Можно лишь посочувствовать тем, кто вынужден объяснять и легитимировать состояние российской системы и пытаться представить ее стагнацию как движение, ее судорожные броски в разные стороны — как стратегию, устремления правящего класса — как национально-государственные интересы, а отсутствие у него принципов — как новый вид идеологии прагматизма. Сочувствую, очень сочувствую…Тем более когда талантливые люди вынуждены тратить свою энергию и свою жизнь на то, чтобы убедить мир в том, во что они вряд ли верят сами.

    — Одинокая держава · книга