76 цитат Лорела Гамильтона, которые стоит перечитать

Подборка из 76 цитат Лорела Гамильтона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Не жалей на монстров серебряных пуль и заработаешь себе репутацию.

   Не жалей на монстров серебряных пуль и заработаешь себе репутацию.

   — Анита Блейк · книга
2. «

   От разбитого сердца не умирают, это только кажется, что умираешь. Из личного опыта я знала, что надо продолжать двигаться, действовать так, будто сердце не истекает кровью, и тогда не умрешь, и в конце концов даже перестанешь этого хотеть.

   От разбитого сердца не умирают, это только кажется, что умираешь. Из личного опыта я знала, что надо продолжать двигаться, действовать так, будто сердце не истекает кровью, и тогда не умрешь, и в конце концов даже перестанешь этого хотеть.

   — Анита Блейк · книга
3. «

   Могилы нужны живым, а не мертвым. Они дают нам возможность думать о них, а не о том, что те, кого мы любили, гниют под землей. Мертвым безразличны красивые цветы и мраморные статуи.

   Могилы нужны живым, а не мертвым. Они дают нам возможность думать о них, а не о том, что те, кого мы любили, гниют под землей. Мертвым безразличны красивые цветы и мраморные статуи.

   — Анита Блейк · книга
4. «

   Ты знаешь и я знаю, что мы юридически убийцы, не копы. Иногда мы раскрываем преступления и ловим плохих парней, но под конец некоторых дней мы кого-нибудь убиваем.

   Ты знаешь и я знаю, что мы юридически убийцы, не копы. Иногда мы раскрываем преступления и ловим плохих парней, но под конец некоторых дней мы кого-нибудь убиваем.

   — Эдуард · книга
5. «

   Если у тебя есть ружье, ты можешь его запереть в оружейный сейф, но это не значит научиться из него стрелять.

   Если у тебя есть ружье, ты можешь его запереть в оружейный сейф, но это не значит научиться из него стрелять.

   — Анита Блейк · книга
6. «

   Красивые голубые глаза — как стеклянные окна; дома никого.

   Красивые голубые глаза — как стеклянные окна; дома никого.

   — Анита Блейк · книга
7. «

   – Жизнь – сволочная штука, – заметила я с чувством. – И кончается смертью, – закончил за меня Ларри.

   – Жизнь – сволочная штука, – заметила я с чувством. – И кончается смертью, – закончил за меня Ларри.

   — Жертва всесожжения · книга
8. «

   — Как я устала от всей этой дряни. — Какой именно? — Всей вообще!

   — Как я устала от всей этой дряни. — Какой именно? — Всей вообще!

   — Анита Блейк · книга
9. «

   Власть развращает – без сомнения, развращает. Для того она и существует.

   Власть развращает – без сомнения, развращает. Для того она и существует.

   — Мередит Джентри · книга
10. «

    Что такое любовь? Иногда — когда ты просто разрешаешь себе быть собой, и тому, кого любишь, тоже разрешаешь быть собой. Или тем, кого любишь.

    Что такое любовь? Иногда — когда ты просто разрешаешь себе быть собой, и тому, кого любишь, тоже разрешаешь быть собой. Или тем, кого любишь.

    — Анита Блейк · книга
11. «

    Я позволила Ричарду от меня уйти. Я знала, что он уходит, но сидела на полу и смотрела ему вслед. Я не встала у него на дороге. Я считала, что это его выбор и нельзя удержать никого, кто не хочет, чтобы его держали. Так вот к черту все это, ко всем чертям. Не уходи, Ашер, молю тебя, не уходи. Я люблю, как сияют на свету твои волосы. Я люблю, как ты улыбаешься, когда забываешь прятаться и не хочешь ни на кого произвести впечатление. Люблю твой смех. Люблю скорбь в твоем голосе, похожую на вкус дождя. Люблю смотреть, как ты смотришь на Жан-Клода, на его походку, когда думаешь, что никто тебя не видит, потому что именно так смотрю на него я. Люблю твои глаза. Люблю твое страдание. Люблю тебя.

    Я позволила Ричарду от меня уйти. Я знала, что он уходит, но сидела на полу и смотрела ему вслед. Я не встала у него на дороге. Я считала, что это его выбор и нельзя удержать никого, кто не хочет, чтобы его держали. Так вот к черту все это, ко всем чертям. Не уходи, Ашер, молю тебя, не уходи. Я люблю, как сияют на свету твои волосы. Я люблю, как ты улыбаешься, когда забываешь прятаться и не хочешь ни на кого произвести впечатление. Люблю твой смех. Люблю скорбь в твоем голосе, похожую на вкус дождя. Люблю смотреть, как ты смотришь на Жан-Клода, на его походку, когда думаешь, что никто тебя не видит, потому что именно так смотрю на него я. Люблю твои глаза. Люблю твое страдание. Люблю тебя.

    — Лазоревый грех · книга
12. «

    Огни пылали во всех окнах, будто по всем комнатам пробежался, хлопая по выключателям, кто-то, панически боящийся темноты.

    Огни пылали во всех окнах, будто по всем комнатам пробежался, хлопая по выключателям, кто-то, панически боящийся темноты.

    — Анита Блейк · книга
13. «

    Все предпочитают что-то делать на месте убийства — это создает иллюзию, что смерть не так уж страшна, когда ты сильно занят.

    Все предпочитают что-то делать на месте убийства — это создает иллюзию, что смерть не так уж страшна, когда ты сильно занят.

    — Чёрный список · книга
14. «

    А я просто не могу найти женщину, которая была бы достаточно мужчиной, чтобы держать меня в том стиле, к которому я еще не привык.

    А я просто не могу найти женщину, которая была бы достаточно мужчиной, чтобы держать меня в том стиле, к которому я еще не привык.

    — Джейсон (Jason) · книга
15. «

    Он провел со мной только ночь и тут же бросил тебя как вчерашнюю газету. Либо ты не такая уж хорошая подстилка, либо я все-таки лучше.

    Он провел со мной только ночь и тут же бросил тебя как вчерашнюю газету. Либо ты не такая уж хорошая подстилка, либо я все-таки лучше.

    — Голубая луна · книга
16. «

    Если вас раньше слишком часто били, любая протянутая рука будет казаться вам занесённым кулаком.

    Если вас раньше слишком часто били, любая протянутая рука будет казаться вам занесённым кулаком.

    — Анита Блейк · книга
17. «

    Я склонила голову набок, почти сощурившись от солнца. Эдуард, конечно, был в темных очках. Но это было не важно, так как его глаза редко что нибудь выдавали. Не о глазах его надо было мне беспокоиться. Рядом с ним я чувствовала тяжесть его взгляда даже сквозь черные стекла очков. Он умел смотреть пристально, этот Эдуард.

    Я склонила голову набок, почти сощурившись от солнца. Эдуард, конечно, был в темных очках. Но это было не важно, так как его глаза редко что нибудь выдавали. Не о глазах его надо было мне беспокоиться. Рядом с ним я чувствовала тяжесть его взгляда даже сквозь черные стекла очков. Он умел смотреть пристально, этот Эдуард.

    — Обсидиановая бабочка · книга
18. «

    Что бы ты ни делала, как бы ты потом ни переживала, жизнь продолжается. Ей плевать, что ты страдаешь, или расстраиваешься, или болеешь, или мучаешься. Жизнь продолжается, и тебе надо ее продолжать, а не садиться по среди дороги и предаваться жалости к самой себе. А я что-то не вижу, чтоб ты ее продолжала.

    Что бы ты ни делала, как бы ты потом ни переживала, жизнь продолжается. Ей плевать, что ты страдаешь, или расстраиваешься, или болеешь, или мучаешься. Жизнь продолжается, и тебе надо ее продолжать, а не садиться по среди дороги и предаваться жалости к самой себе. А я что-то не вижу, чтоб ты ее продолжала.

    — Анита Блейк · книга
19. «

    Если бы я знала наверняка, что ад существует, я бы прикончила тебя и обрекла на вечные муки, но поскольку я не уверена в этом, я сохраню тебе жизнь, чтобы ты мог бродить по этой земле в своем собственном аду бессилия.

    Если бы я знала наверняка, что ад существует, я бы прикончила тебя и обрекла на вечные муки, но поскольку я не уверена в этом, я сохраню тебе жизнь, чтобы ты мог бродить по этой земле в своем собственном аду бессилия.

    — Марми Нуар · книга
20. «

    Я этого не хотела, не думала, что моё сердце переживёт ещё раз разбиться. У человека со временем в сердце кончаются запасы клея, и разбитое остаётся разбитым.

    Я этого не хотела, не думала, что моё сердце переживёт ещё раз разбиться. У человека со временем в сердце кончаются запасы клея, и разбитое остаётся разбитым.

    — Анита Блейк · книга