119 цитат Лорена Оливера, ставших крылатыми

Лорен Оливер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 119 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Все эти дома, эти люди как сонные мухи, эта теснота и спертые запахи, и бесконечные правила. Куда ни повернёшься — повсюду стены и правила, правила и стены. Я чувствовал себя как в клетке. Нас заперли внутри границ.

   Все эти дома, эти люди как сонные мухи, эта теснота и спертые запахи, и бесконечные правила. Куда ни повернёшься — повсюду стены и правила, правила и стены. Я чувствовал себя как в клетке. Нас заперли внутри границ.

   — Алекс · книга
2. «

   Вот что бывает, когда пытаешься помочь людям. Попадаешь в полное дерьмо.

   Вот что бывает, когда пытаешься помочь людям. Попадаешь в полное дерьмо.

   — Прежде чем я упаду · книга
3. «

   Джулиан стоит, и бормочет что-то мне в волосы, и целует меня в макушку, позволяет плакать об утрате другого парня, парня, которого я любила сильнее.

   Джулиан стоит, и бормочет что-то мне в волосы, и целует меня в макушку, позволяет плакать об утрате другого парня, парня, которого я любила сильнее.

   — Лина · книга
4. «

   Кто прыгает — может упасть, но может и взлететь.

   Кто прыгает — может упасть, но может и взлететь.

   — Рейвен · книга
5. «

   — Что теперь с нами будет? — спрашивает он. — Все, что захочешь, — отвечаю я.

   — Что теперь с нами будет? — спрашивает он. — Все, что захочешь, — отвечаю я.

   — Пандемониум · книга
6. «

   Но всё дело в том, что во время бега всегда есть эта доля секунды, когда боль разрывает меня, когда я с трудом могу дышать и когда всё, что я вижу — это пятна цвета — и именно в эту долю секунды приходит боль, она очищает меня. Я замечаю что-то слева, вспышку цвета (золотисто-каштановые волосы, корона из пылающих листьев) — и я знаю, что если поверну голову, то увижу его рядом, смеющегося, наблюдающего за мной, протягивающего ко мне руки. Конечно, я не поворачиваю голову, чтобы посмотреть. Но однажды я это сделаю. Однажды, я сделаю это, и он вернется, и все будет хорошо. А до тех пор я бегу.

   Но всё дело в том, что во время бега всегда есть эта доля секунды, когда боль разрывает меня, когда я с трудом могу дышать и когда всё, что я вижу — это пятна цвета — и именно в эту долю секунды приходит боль, она очищает меня. Я замечаю что-то слева, вспышку цвета (золотисто-каштановые волосы, корона из пылающих листьев) — и я знаю, что если поверну голову, то увижу его рядом, смеющегося, наблюдающего за мной, протягивающего ко мне руки. Конечно, я не поворачиваю голову, чтобы посмотреть. Но однажды я это сделаю. Однажды, я сделаю это, и он вернется, и все будет хорошо. А до тех пор я бегу.

   — Лина · книга
7. «

   Любой выбор ограничен.

   Любой выбор ограничен.

   — Делириум · книга
8. «

   Рядом с ней пьянеешь без вина...

   Рядом с ней пьянеешь без вина...

   — Прежде чем я упаду · книга
9. «

   «Всё будет хорошо». Эти слова на самом деле ничего не значат, это просто звуки в черной безвоздушной пустоте, жалкие попытки ухватиться хоть за что-нибудь, когда летишь в пропасть.

   «Всё будет хорошо». Эти слова на самом деле ничего не значат, это просто звуки в черной безвоздушной пустоте, жалкие попытки ухватиться хоть за что-нибудь, когда летишь в пропасть.

   — Делириум · книга
10. «

    Если когда-нибудь пожелаете вернуться в прошлое, просто поднимите глаза.

    Если когда-нибудь пожелаете вернуться в прошлое, просто поднимите глаза.

    — Саманта Кингстон · книга
11. «

    Это обратная сторона свободы — если ты совершенно свободен, ты полагаешься только на себя самого.

    Это обратная сторона свободы — если ты совершенно свободен, ты полагаешься только на себя самого.

    — Пандемониум · книга
12. «

    Мне страшно и весело одновременно... Возникает чувство, будто всевидящий глаз, который, я уверена, всегда за мной наблюдает, на долю секунды ослеп. Или, например, ты привыкла всю жизнь держаться за чью-то руку, а она вдруг исчезла, и ты вольна идти куда захочешь.

    Мне страшно и весело одновременно... Возникает чувство, будто всевидящий глаз, который, я уверена, всегда за мной наблюдает, на долю секунды ослеп. Или, например, ты привыкла всю жизнь держаться за чью-то руку, а она вдруг исчезла, и ты вольна идти куда захочешь.

    — Лина · книга
13. «

    Суть в том, чтобы делать, что можешь.

    Суть в том, чтобы делать, что можешь.

    — Саманта Кингстон · книга
14. «

    Мне не страшно, если вас это интересует. Мгновение смерти полно звуков, тепла и света. В нем столько света, что он наполняет и поглощает меня. Тоннель света несется навстречу, выгибается выше, и выше, и выше; и если бы пение было чувством, то этот подъем, напоминающий смех, был бы им…

    Мне не страшно, если вас это интересует. Мгновение смерти полно звуков, тепла и света. В нем столько света, что он наполняет и поглощает меня. Тоннель света несется навстречу, выгибается выше, и выше, и выше; и если бы пение было чувством, то этот подъем, напоминающий смех, был бы им…

    — Саманта Кингстон · книга
15. «

    Горе — это когда у тебя ничего не осталось. Тебя как будто хоронят, ты словно тонешь в мутной желто-коричневой воде. С каждым вдохом в горло заливается грязная жижа. Здесь не за что ухватиться, нет шансов вырваться на поверхность. Нет смысла бороться. Надо оставить все так, как есть. Ты чувствуешь давление со всех сторон, твои легкие сжимаются. Ты не сопротивляешься и уходишь глубже и глубже. Нет ничего, только дно. Только привкус железа, эхо прошлого и дни, которые кажутся сплошной ночью.

    Горе — это когда у тебя ничего не осталось. Тебя как будто хоронят, ты словно тонешь в мутной желто-коричневой воде. С каждым вдохом в горло заливается грязная жижа. Здесь не за что ухватиться, нет шансов вырваться на поверхность. Нет смысла бороться. Надо оставить все так, как есть. Ты чувствуешь давление со всех сторон, твои легкие сжимаются. Ты не сопротивляешься и уходишь глубже и глубже. Нет ничего, только дно. Только привкус железа, эхо прошлого и дни, которые кажутся сплошной ночью.

    — Лина · книга
16. «

    Любовь — самое смертоносное оружие на свете: она убивает и когда присутствует в твоей жизни, и когда ты живёшь без неё.

    Любовь — самое смертоносное оружие на свете: она убивает и когда присутствует в твоей жизни, и когда ты живёшь без неё.

    — Делириум · книга
17. «

    Разумеется, я совершенно счастлива, просто иногда я вынуждена вновь и вновь мысленно повторять, почему он мне вообще понравился, словно иначе забуду.

    Разумеется, я совершенно счастлива, просто иногда я вынуждена вновь и вновь мысленно повторять, почему он мне вообще понравился, словно иначе забуду.

    — Прежде чем я упаду · книга
18. «

    Музыкой... Рядом с ним я становлюсь музыкой...

    Музыкой... Рядом с ним я становлюсь музыкой...

    — Прежде чем я упаду · книга
19. «

    Ещё один плюс популярности: не нужно обращать внимание на то, что на тебя обращают внимание.

    Ещё один плюс популярности: не нужно обращать внимание на то, что на тебя обращают внимание.

    — Прежде чем я упаду · книга
20. «

    Любовь — она убивает и спасает.

    Любовь — она убивает и спасает.

    — Лина · книга