16 цитат Лорета Энна Уайта: от иронии до философии

Лорет Энн Уайт — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 16 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Порядок – это все. Хорошие привычки лучше хороших принципов.

   Порядок – это все. Хорошие привычки лучше хороших принципов.

   — Колыбельная для моей девочки · книга
2. «

   Какую ложь вы готовы поведать? Потому что мы все лжем. Каждый из нас – и тот, кто утверждает, что не делает этого, – наибольший лжец.

   Какую ложь вы готовы поведать? Потому что мы все лжем. Каждый из нас – и тот, кто утверждает, что не делает этого, – наибольший лжец.

   — Поглощённые сумраком · книга
3. «

   Способность наступить на горло своему сердоболию – вопрос выживания.

   Способность наступить на горло своему сердоболию – вопрос выживания.

   — Колыбельная для моей девочки · книга
4. «

   Разница между адом и раем кроется в людях.

   Разница между адом и раем кроется в людях.

   — Утонувшие девушки · книга
5. «

   Мэддокс улыбнулся – он впервые увидел как Джек-О виляет хвостом, и неожиданно для себя растрогался. Он не собирался брать собаку, но однажды ночью их с Джеком-О пути пересеклись, и видеть, как после всех мытарств Джек-О виляет хвостом, было замечательно.

   Мэддокс улыбнулся – он впервые увидел как Джек-О виляет хвостом, и неожиданно для себя растрогался. Он не собирался брать собаку, но однажды ночью их с Джеком-О пути пересеклись, и видеть, как после всех мытарств Джек-О виляет хвостом, было замечательно.

   — Мэддокс · книга
6. «

   Иногда нам кажется, что мы держим что-то в секрете. А на самом деле это секреты держат нас.

   Иногда нам кажется, что мы держим что-то в секрете. А на самом деле это секреты держат нас.

   — Медсестра · книга
7. «

   Женщины опаснее, потому что они хитрее. Агрессия у них обычно скрытая и прячется, как крючок в пестрых перышках наживки, за улыбками, комплиментами и дорогими туфлями.

   Женщины опаснее, потому что они хитрее. Агрессия у них обычно скрытая и прячется, как крючок в пестрых перышках наживки, за улыбками, комплиментами и дорогими туфлями.

   — Девушка в темной реке · книга
8. «

   Когда слишком цепляешься за чувство вины, оно просто не дает тебе жить.

   Когда слишком цепляешься за чувство вины, оно просто не дает тебе жить.

   — Коул · книга
9. «

   Я никогда не верила слухам. Это всего лишь способ заполнить пустоту. Человеческий разум не желает мириться с вопросами без ответа и пытается заполнить лакуны чем угодно, даже самыми невероятными версиями. Вот почему так важно узнать правду, даже самую страшную, понимаете?

   Я никогда не верила слухам. Это всего лишь способ заполнить пустоту. Человеческий разум не желает мириться с вопросами без ответа и пытается заполнить лакуны чем угодно, даже самыми невероятными версиями. Вот почему так важно узнать правду, даже самую страшную, понимаете?

   — Лейси · книга
10. «

    Человек рождается сам и умирает сам. И в конце концов с каждого спросят отдельно.

    Человек рождается сам и умирает сам. И в конце концов с каждого спросят отдельно.

    — Колыбельная для моей девочки · книга
11. «

    Принимая что-то близко к сердцу, теряешь объективность.

    Принимая что-то близко к сердцу, теряешь объективность.

    — Хольгерсен · книга
12. «

    — Мэг, вы верите во зло? В существование потусторонних сил? — Вы имеете в виду дьявола? — Да. Или сущности, которые могут вселяться в людей. Превращать их в монстров. — Интересный вопрос. В целом я придерживаюсь юнгианской точки зрения, что мы сами создаем монстров, чтобы перенести на них зло, которое потенциально живет в каждом из нас, и мы зовем этого монстра, или дьявола, или зверя, что бы рассмотреть его объективно и не видеть в собственных глазах при взгляде в зеркало.

    — Мэг, вы верите во зло? В существование потусторонних сил? — Вы имеете в виду дьявола? — Да. Или сущности, которые могут вселяться в людей. Превращать их в монстров. — Интересный вопрос. В целом я придерживаюсь юнгианской точки зрения, что мы сами создаем монстров, чтобы перенести на них зло, которое потенциально живет в каждом из нас, и мы зовем этого монстра, или дьявола, или зверя, что бы рассмотреть его объективно и не видеть в собственных глазах при взгляде в зеркало.

    — Мэг · книга
13. «

    Все мы лжем. Все мы храним секреты — порой зловещие, а порой настолько мрачные и позорные, что поспешно отводим глаза от своего отражения в зеркале. Пряча неприглядную истину в подвале души, мы старательно наводим внешний глянец, кроим себе парадную историю.

    Все мы лжем. Все мы храним секреты — порой зловещие, а порой настолько мрачные и позорные, что поспешно отводим глаза от своего отражения в зеркале. Пряча неприглядную истину в подвале души, мы старательно наводим внешний глянец, кроим себе парадную историю.

    — Утонувшие девушки · книга
14. «

    Истинная сила в том, чтобы быть в ладу с собой и жить настоящим, невозмутимо относясь к чужому влиянию и поступкам.

    Истинная сила в том, чтобы быть в ладу с собой и жить настоящим, невозмутимо относясь к чужому влиянию и поступкам.

    — Колыбельная для моей девочки · книга
15. «

    Иногда самые близкие люди оказываются самыми ужасными чудовищами.

    Иногда самые близкие люди оказываются самыми ужасными чудовищами.

    — Самые тёмные дороги · книга
16. «

    Все мы любим трофеи. Не важно, мягкие игрушки, шарфы, брелки, фотографии для Инстаграма, локоны волос, молочные зубы детей. Все они говорят: я здесь был. Я это сделал. Это моя история. Моя победа. Моя награда. Моё сокровище. Нам кажется жутким, когда серийные убийцы забирают с собой части тела жертв, когда прикасаются к ним снова и снова, чтобы вновь ощутить трепет убийства. Но, в сущности, они ничуть не отличаются от остальных.

    Все мы любим трофеи. Не важно, мягкие игрушки, шарфы, брелки, фотографии для Инстаграма, локоны волос, молочные зубы детей. Все они говорят: я здесь был. Я это сделал. Это моя история. Моя победа. Моя награда. Моё сокровище. Нам кажется жутким, когда серийные убийцы забирают с собой части тела жертв, когда прикасаются к ним снова и снова, чтобы вновь ощутить трепет убийства. Но, в сущности, они ничуть не отличаются от остальных.

    — Голодная пустошь · книга