400 лучших фраз Луцого Аннея Сенеки

Подборка из 400 цитат Луцого Аннея Сенеки: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Звери бегут только при виде опасностей, а убежав от них, больше не испытывают страха. Нас же мучит и будущее и прошедшее. Из наших благ многие нам вредят: так память возвращает нас к пережитым мукам страха, а предвиденье предвосхищает муки будущие.

   Звери бегут только при виде опасностей, а убежав от них, больше не испытывают страха. Нас же мучит и будущее и прошедшее. Из наших благ многие нам вредят: так память возвращает нас к пережитым мукам страха, а предвиденье предвосхищает муки будущие.

   — Сенека · книга
2. «

   Никто не может быть презираем другими до тех пор, пока он не научился презирать самого себя.

   Никто не может быть презираем другими до тех пор, пока он не научился презирать самого себя.
3. «

   Есть ли <…> такой порок, у которого был бы недостаток в защитниках?

   Есть ли <…> такой порок, у которого был бы недостаток в защитниках?
4. «

   Бла­го, кото­рое, уве­ли­чи­ва­ясь, ста­но­вит­ся злом, не бла­го.

   Бла­го, кото­рое, уве­ли­чи­ва­ясь, ста­но­вит­ся злом, не бла­го.

   — О гневе · книга
5. «

   Скажи мне перед сном: «Может быть, ты не проснешься», — а по пробуждении скажи: «Может быть, ты больше не ляжешь спать»; скажи при выходе из дому: «Может быть, ты не вернешься», — скажи по возвращении: «Может быть, ты не выйдешь больше». Ты заблуждаешься, если полагаешь, что только в морском плавании жизнь отделена от смерти тонкою преградой: повсюду грань между ними столь же ничтожна. Не везде смерть видна так близко, но везде она стоит так же близко.

   Скажи мне перед сном: «Может быть, ты не проснешься», — а по пробуждении скажи: «Может быть, ты больше не ляжешь спать»; скажи при выходе из дому: «Может быть, ты не вернешься», — скажи по возвращении: «Может быть, ты не выйдешь больше». Ты заблуждаешься, если полагаешь, что только в морском плавании жизнь отделена от смерти тонкою преградой: повсюду грань между ними столь же ничтожна. Не везде смерть видна так близко, но везде она стоит так же близко.

   — Нравственные письма к Луцилию · книга
6. «

   Голод не тщеславен, ему довольно, если его утолят, а чем – ему нет дела. Остальное – муки злосчастной жажды роскоши: это она доискивается, как бы ей, наевшись, снова захотеть есть, как ей не наполнить, а набить брюхо, как вновь возбудить жажду, напившись первыми глотками.

   Голод не тщеславен, ему довольно, если его утолят, а чем – ему нет дела. Остальное – муки злосчастной жажды роскоши: это она доискивается, как бы ей, наевшись, снова захотеть есть, как ей не наполнить, а набить брюхо, как вновь возбудить жажду, напившись первыми глотками.

   — Сенека · книга
7. «

   Не знавший синяков атлет не может идти в бой с отвагою. Только тот, кто видал свою кровь, чьи зубы трещали под кулаком, кто, получив подножку, всем телом выдерживал тяжесть противника, кто, упав, не падал духом и, опрокинутый, всякий раз вставал еще более непреклонным, — только тот, вступая в бой, не расстается с надеждой.

   Не знавший синяков атлет не может идти в бой с отвагою. Только тот, кто видал свою кровь, чьи зубы трещали под кулаком, кто, получив подножку, всем телом выдерживал тяжесть противника, кто, упав, не падал духом и, опрокинутый, всякий раз вставал еще более непреклонным, — только тот, вступая в бой, не расстается с надеждой.

   — Сенека · книга
8. «

   Ты возмущаешься тем, что есть на свете неблагодарные люди. Спроси у совести своей, нашли ли тебя благодарным все, кто оказывал тебе одолжения.

   Ты возмущаешься тем, что есть на свете неблагодарные люди. Спроси у совести своей, нашли ли тебя благодарным все, кто оказывал тебе одолжения.
9. «

   Из одного и того же каждый извлекает лишь нечто, соответствующее его занятиям. На одном и том же лугу бык ищет лишь траву, собака — зайца, аист — ящерицу.

   Из одного и того же каждый извлекает лишь нечто, соответствующее его занятиям. На одном и том же лугу бык ищет лишь траву, собака — зайца, аист — ящерицу.

   — Нравственные письма к Луцилию · книга
10. «

    Самая большая помеха жизни — ожидание завтрашнего дня и потеря сегодняшнего дня.

    Самая большая помеха жизни — ожидание завтрашнего дня и потеря сегодняшнего дня.
11. «

    Тело лишь может касаться и тела лишь можно коснуться.

    Тело лишь может касаться и тела лишь можно коснуться.

    — Лукреций · книга
12. «

    Все, что ты делаешь, должно быть направлено к цели. Держи эту цель постоянно перед глазами.

    Все, что ты делаешь, должно быть направлено к цели. Держи эту цель постоянно перед глазами.
13. «

    Доверие, оказываемое вероломному, дает ему дальнейшую возможность вредить.

    Доверие, оказываемое вероломному, дает ему дальнейшую возможность вредить.
14. «

    Бедность, живущая по закону природы, — это богатство.

    Бедность, живущая по закону природы, — это богатство.

    — Сенека · книга
15. «

    Наибольшую часть жизни мы тратим на ошибки и дурные поступки, немалую — на безделье, и почти всю жизнь — не на те дела, что нужно.

    Наибольшую часть жизни мы тратим на ошибки и дурные поступки, немалую — на безделье, и почти всю жизнь — не на те дела, что нужно.

    — Сенека · книга
16. «

    Нас делают наши мысли.

    Нас делают наши мысли.
17. «

    Если у нас есть еще друзья, то мы плохо к ним относимся и не ценим их, коль скоро они не могут утешить нас, заменив одного погребенного; если же он был единственным нашим другом, то не фортуна перед нами виновата, а мы сами: она отняла у нас одного, а мы ни одного не добыли.

    Если у нас есть еще друзья, то мы плохо к ним относимся и не ценим их, коль скоро они не могут утешить нас, заменив одного погребенного; если же он был единственным нашим другом, то не фортуна перед нами виновата, а мы сами: она отняла у нас одного, а мы ни одного не добыли.

    — Сенека · книга
18. «

    Золото пробуют огнём, женщину – золотом, а мужчину – женщиной.

    Золото пробуют огнём, женщину – золотом, а мужчину – женщиной.
19. «

    Мы не осмеливаемся на многие вещи, потому что они тяжелые, но тяжелые, потому что мы не осмеливаемся сделать их.

    Мы не осмеливаемся на многие вещи, потому что они тяжелые, но тяжелые, потому что мы не осмеливаемся сделать их.
20. «

    Гай Цезарь [Калигула], которого природа создала словно затем, чтобы показать, на что способны безграничная порочность в сочетании с безграничной властью, однажды устроил пир, стоивший миллионов сестерциев; и хотя изобретательность всех была к его услугам, он лишь с трудом добился того, чтобы один обед поглотил доходы с трех провинций.

    Гай Цезарь [Калигула], которого природа создала словно затем, чтобы показать, на что способны безграничная порочность в сочетании с безграничной властью, однажды устроил пир, стоивший миллионов сестерциев; и хотя изобретательность всех была к его услугам, он лишь с трудом добился того, чтобы один обед поглотил доходы с трех провинций.