180 цитат Льюиса Кэрролла: от иронии до философии

Ниже 180 цитат Льюиса Кэрролла — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Уж я-то деточку свою Лелею, словно розу! И я его — баю-баю, Как Сидорову козу!

   Уж я-то деточку свою Лелею, словно розу! И я его — баю-баю, Как Сидорову козу!

   — Герцогиня · книга
2. «

   До самого красивого никогда не дотянешься.

   До самого красивого никогда не дотянешься.

   — Алиса · книга
3. «

   Покончив с этим, она обернулась к Соне и снова спросила: — Почему они жили под ключом? Соня подумала немного и сказала: — Чтобы сироп к ним капал сверху. Это был сиропный ключ.

   Покончив с этим, она обернулась к Соне и снова спросила: — Почему они жили под ключом? Соня подумала немного и сказала: — Чтобы сироп к ним капал сверху. Это был сиропный ключ.

   — Алиса · книга
4. «

   – Ты что, не знаешь, что такое «это»? – Я прекрасно знаю, что такое «это», когда я его нахожу.

   – Ты что, не знаешь, что такое «это»? – Я прекрасно знаю, что такое «это», когда я его нахожу.

   — Мышь · книга
5. «

   — Простите, но я не поняла: подарок на день нерожденья? Что это такое? — Подарок, который тебе дарят не на день рожденья, конечно. Алиса задумалась. — Мне больше нравятся подарки на день рожденья, — сказала она наконец. — А вот и зря! — вскричал Шалтай-Болтай. — Сколько в году дней? — Триста шестьдесят пять. — А сколько у тебя дней рожденья? — Один. — Триста шестьдесят пять минус один — сколько это будет? — Триста шестьдесят четыре, конечно. — ... Значит, так: триста шестьдесят четыре дня в году ты можешь получать подарки на день нерожденья. — Совершенно верно, — сказала Алиса. — И только один раз на день рожденья!

   — Простите, но я не поняла: подарок на день нерожденья? Что это такое? — Подарок, который тебе дарят не на день рожденья, конечно. Алиса задумалась. — Мне больше нравятся подарки на день рожденья, — сказала она наконец. — А вот и зря! — вскричал Шалтай-Болтай. — Сколько в году дней? — Триста шестьдесят пять. — А сколько у тебя дней рожденья? — Один. — Триста шестьдесят пять минус один — сколько это будет? — Триста шестьдесят четыре, конечно. — ... Значит, так: триста шестьдесят четыре дня в году ты можешь получать подарки на день нерожденья. — Совершенно верно, — сказала Алиса. — И только один раз на день рожденья!

   — Алиса в Зазеркалье · книга
6. «

   Если бы это было так, это бы ещё ничего. Если бы, конечно, оно так и было. Но так как это не так, так оно и не этак. Такова логика вещей.

   Если бы это было так, это бы ещё ничего. Если бы, конечно, оно так и было. Но так как это не так, так оно и не этак. Такова логика вещей.

   — Алиса в стране чудес · книга
7. «

   БАРМАГЛОТ

   БАРМАГЛОТ

   — Алиса · книга
8. «

   Если бы каждый человек занимался своим делом, Земля вертелась быстрее.

   Если бы каждый человек занимался своим делом, Земля вертелась быстрее.

   — Герцогиня · книга
9. «

   Палач говорил, что нельзя отрубить голову, если, кроме головы, ничего больше нет; он такого никогда не делал и делать не собирается; стар он для этого, вот что!

   Палач говорил, что нельзя отрубить голову, если, кроме головы, ничего больше нет; он такого никогда не делал и делать не собирается; стар он для этого, вот что!

   — Алиса в стране чудес · книга
10. «

    Себе Алиса давала иногда неплохие советы. Жаль, что не всегда к ним прислушивалась.

    Себе Алиса давала иногда неплохие советы. Жаль, что не всегда к ним прислушивалась.

    — Алиса в стране чудес · книга
11. «

    Чем неправильнее, тем правильнее.

    Чем неправильнее, тем правильнее.

    — кондуктор · книга
12. «

    Образование мы получили отменное, потому что отменяли занятия чуть ли не каждый день.

    Образование мы получили отменное, потому что отменяли занятия чуть ли не каждый день.

    — Телепаха · книга
13. «

    — Ему снится сон! — сказал Траляля. — И как, по-твоему, кто ему снится? — Не знаю, — ответила Алиса. — Этого никто сказать не может. — Ему снишься ты! — закричал Траляля и радостно захлопал в ладоши. Если б он не видел тебя во сне, где бы, интересно, ты была? — Там, где я и есть, конечно, — сказала Алиса. — А вот и ошибаешься! — возразил с презрением Траляля. — Тебя бы тогда вообще нигде не было! Ты просто снишься ему во сне.

    — Ему снится сон! — сказал Траляля. — И как, по-твоему, кто ему снится? — Не знаю, — ответила Алиса. — Этого никто сказать не может. — Ему снишься ты! — закричал Траляля и радостно захлопал в ладоши. Если б он не видел тебя во сне, где бы, интересно, ты была? — Там, где я и есть, конечно, — сказала Алиса. — А вот и ошибаешься! — возразил с презрением Траляля. — Тебя бы тогда вообще нигде не было! Ты просто снишься ему во сне.

    — Алиса · книга
14. «

    — Ты отлично знаешь, что ты не взаправдашняя. — Нет, взаправдашняя, — сказала Алиса и заплакала. — Слезами делу не поможешь. От плача взаправдашней не станешь. — Если бы я была не взаправдашняя, я бы тогда не умела плакать! — Уж не хочешь ли ты сказать, что плачешь настоящими слезами? Я знаю, что всё это понарошку, — подумала Алиса, — и поэтому плакать — глупо.

    — Ты отлично знаешь, что ты не взаправдашняя. — Нет, взаправдашняя, — сказала Алиса и заплакала. — Слезами делу не поможешь. От плача взаправдашней не станешь. — Если бы я была не взаправдашняя, я бы тогда не умела плакать! — Уж не хочешь ли ты сказать, что плачешь настоящими слезами? Я знаю, что всё это понарошку, — подумала Алиса, — и поэтому плакать — глупо.

    — Алиса в стране чудес · книга
15. «

    Мы все, любовь моя, лишь состарившиеся дети, которые суетятся перед тем, как обрести покой.

    Мы все, любовь моя, лишь состарившиеся дети, которые суетятся перед тем, как обрести покой.
16. «

    Скажите мне сначала, кто я! Если мне это понравится, я поднимусь, а если нет — останусь здесь, пока не превращусь в кого-нибудь другого!

    Скажите мне сначала, кто я! Если мне это понравится, я поднимусь, а если нет — останусь здесь, пока не превращусь в кого-нибудь другого!

    — Алиса · книга
17. «

    — Все равно я не мог заниматься стиркой, — вздохнул Как бы. — Мне она была не по карману. Я изучал только обязательные предметы. — Какие? — Сначала мы, как полагается, чихали и пищали. А потом принялись за четыре действия арифметики: скольжение, причитание, умиление и изнеможение. А когда мы усвоили правила арифметики мы перешли к мать-и-мачехе. — А что еще учили? — У нас было много всяких предметов: грязнописание, триконометрия, анатомия и физиономия... А раз в неделю мы запирались в мимическом кабинете и делали мимические опыты.

    — Все равно я не мог заниматься стиркой, — вздохнул Как бы. — Мне она была не по карману. Я изучал только обязательные предметы. — Какие? — Сначала мы, как полагается, чихали и пищали. А потом принялись за четыре действия арифметики: скольжение, причитание, умиление и изнеможение. А когда мы усвоили правила арифметики мы перешли к мать-и-мачехе. — А что еще учили? — У нас было много всяких предметов: грязнописание, триконометрия, анатомия и физиономия... А раз в неделю мы запирались в мимическом кабинете и делали мимические опыты.

    — Алиса в стране чудес · книга
18. «

    — Кого ТЫ встретил на дороге? — Никого. — Эта молодая особа тоже его видела.

    — Кого ТЫ встретил на дороге? — Никого. — Эта молодая особа тоже его видела.

    — Белый Король · книга
19. «

    Королевы в сделки не вступают.

    Королевы в сделки не вступают.

    — Алиса в Зазеркалье · книга
20. «

    Словесное обсуждение — прекрасное средство для выяснения всех трудных вопросов. Когда что-нибудь ставит меня в тупик (будь то в логике или в какой-нибудь иной области), я всегда обсуждаю возникшую трудность вслух, даже если я совершенно один. Уж себе-то всё можно объяснить так ясно и понятно! Кроме того, объясняя самим себе, люди проявляют удивительное терпение: никто никогда не выходит из себя и не сетует на собственную глупость!

    Словесное обсуждение — прекрасное средство для выяснения всех трудных вопросов. Когда что-нибудь ставит меня в тупик (будь то в логике или в какой-нибудь иной области), я всегда обсуждаю возникшую трудность вслух, даже если я совершенно один. Уж себе-то всё можно объяснить так ясно и понятно! Кроме того, объясняя самим себе, люди проявляют удивительное терпение: никто никогда не выходит из себя и не сетует на собственную глупость!

    — Символическая логика · книга