49 цитат-размышлений Мацуо Монро

Мацуо Монро — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 49 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Посмотреть. Послушать. Потрогать. Понюхать. Употребить. Проглотить. Это называется — «получить новые впечатления», «информацию», «узнать мир». Потом переработанные впечатления выбрасываются обратно. В виде слов, жестов. Держать их в себе невозможно. Информация выблевывается, впечатления испаряются с поверхности кожи, воспоминания выводятся с мочой. Польза чашки заключается в ее пустоте..

   Посмотреть. Послушать. Потрогать. Понюхать. Употребить. Проглотить. Это называется — «получить новые впечатления», «информацию», «узнать мир». Потом переработанные впечатления выбрасываются обратно. В виде слов, жестов. Держать их в себе невозможно. Информация выблевывается, впечатления испаряются с поверхности кожи, воспоминания выводятся с мочой. Польза чашки заключается в ее пустоте..

   — Научи меня умирать · книга
2. «

   С тобой ничего не может случиться, пока ты идешь по верному пути. Неприятности происходят лишь тогда, когда ты сворачиваешь с него. Это аксиома.

   С тобой ничего не может случиться, пока ты идешь по верному пути. Неприятности происходят лишь тогда, когда ты сворачиваешь с него. Это аксиома.

   — Научи меня умирать · книга
3. «

   Тебе разве никогда не хотелось поболтать ни о чем с незнакомцем? Разговоры с близкими людьми — это не то… Там ты вынужден говорить то, что от тебя ждут. Общаясь с первым встречным, ты, наконец, можешь побыть собой.

   Тебе разве никогда не хотелось поболтать ни о чем с незнакомцем? Разговоры с близкими людьми — это не то… Там ты вынужден говорить то, что от тебя ждут. Общаясь с первым встречным, ты, наконец, можешь побыть собой.

   — Тэцуо · книга
4. «

   Пустота – слишком абстрактное понятие. Так же, как дружба, любовь и смерть. Их нельзя представить. И невозможно понять.

   Пустота – слишком абстрактное понятие. Так же, как дружба, любовь и смерть. Их нельзя представить. И невозможно понять.

   — Научи меня умирать · книга
5. «

   Наши слова — отравляющие вещества высокой активности, наши мысли — концентрированная кислота, разъедающая мозг.

   Наши слова — отравляющие вещества высокой активности, наши мысли — концентрированная кислота, разъедающая мозг.

   — Bang-bang · книга
6. «

   Не исключено, что все мы в момент смерти становимся просветленными. Нет никого, кто бы это опроверг.

   Не исключено, что все мы в момент смерти становимся просветленными. Нет никого, кто бы это опроверг.

   — Bang-bang · книга
7. «

   У тебя всегда есть альтернатива, но нет выбора.

   У тебя всегда есть альтернатива, но нет выбора.

   — Bang-bang · книга
8. «

   У смерти есть одно неоспоримое достоинство. Лишь когда чувствуешь ее дыхание, ты становишься свободным.

   У смерти есть одно неоспоримое достоинство. Лишь когда чувствуешь ее дыхание, ты становишься свободным.

   — Научи меня умирать · книга
9. «

   Не горю желанием выслушивать высказывания из разряда «я не люблю» от других. Не любишь – не пускай в свою жизнь. Очень просто. Получается не сразу, конечно. Тут главное понять, что ты действительно не любишь. Как ни странно, не всем это удается.

   Не горю желанием выслушивать высказывания из разряда «я не люблю» от других. Не любишь – не пускай в свою жизнь. Очень просто. Получается не сразу, конечно. Тут главное понять, что ты действительно не любишь. Как ни странно, не всем это удается.

   — Научи меня умирать · книга
10. «

    Никого не интересует, как ты чувствуешь себя, когда приходит пора гасить свет в спальне и оставаться один на один с самим собой. Часы Titoni, ручка Montegrappa, зажим для галстука Dunhill – значит, ты в полном порядке. Значит, ты не зря прожил последние десять-пятнадцать-двадцать лет. Что с того, что по ночам ты вынужден глотать снотворное? Зато под окнами стоит Toyota Mark II – и значит, тебе нечего волноваться.

    Никого не интересует, как ты чувствуешь себя, когда приходит пора гасить свет в спальне и оставаться один на один с самим собой. Часы Titoni, ручка Montegrappa, зажим для галстука Dunhill – значит, ты в полном порядке. Значит, ты не зря прожил последние десять-пятнадцать-двадцать лет. Что с того, что по ночам ты вынужден глотать снотворное? Зато под окнами стоит Toyota Mark II – и значит, тебе нечего волноваться.

    — Ито Котаро · книга
11. «

    Боязнь молчания, страх тишины. У современных людей свои фобии. Тишину нужно обязательно заполнить какими-нибудь звуками. Радио, магнитофон, телевизор, болтовня. Все это нужно не для получения информации. Все это нужно, чтобы убить тишину. Мы шумоголики. Без инъекции звука у нас начинается ломка. Когда-то деды могли в полной тишине созерцать цветущую сливу. Теперь мы запятнали честь древнего самурайского рода. Предки из дома Тайра заклеймили бы нас позором. Они были ближе к смерти. Они были ближе к истинному пониманию жизни. Мы не хотим этой близости. Она нам неприятна, как мысль о сексе со старухой. Мы просто болтаем или включаем на полную громкость радио. Это приносит нам успокоение.

    Боязнь молчания, страх тишины. У современных людей свои фобии. Тишину нужно обязательно заполнить какими-нибудь звуками. Радио, магнитофон, телевизор, болтовня. Все это нужно не для получения информации. Все это нужно, чтобы убить тишину. Мы шумоголики. Без инъекции звука у нас начинается ломка. Когда-то деды могли в полной тишине созерцать цветущую сливу. Теперь мы запятнали честь древнего самурайского рода. Предки из дома Тайра заклеймили бы нас позором. Они были ближе к смерти. Они были ближе к истинному пониманию жизни. Мы не хотим этой близости. Она нам неприятна, как мысль о сексе со старухой. Мы просто болтаем или включаем на полную громкость радио. Это приносит нам успокоение.

    — Научи меня умирать · книга
12. «

    такое понятие, как «вежливость», мы уже давно снесли на помойку.

    такое понятие, как «вежливость», мы уже давно снесли на помойку.

    — Bang-bang · книга
13. «

    Нужда друг в друге заставляет проявлять человека чудеса терпимости. Даже любовь на это не всегда способна.

    Нужда друг в друге заставляет проявлять человека чудеса терпимости. Даже любовь на это не всегда способна.

    — Научи меня умирать · книга
14. «

    Я все чаще начинаю думать, что жизнь убивает. То есть так оно, конечно, и есть. Я не изобрел порох. Но одно дело – знать. И совсем другое – чувствовать это.

    Я все чаще начинаю думать, что жизнь убивает. То есть так оно, конечно, и есть. Я не изобрел порох. Но одно дело – знать. И совсем другое – чувствовать это.

    — Научи меня умирать · книга
15. «

    Я желаю спасать, чтобы спастись самому. Чем бы ни оказалось в итоге мое спасение.

    Я желаю спасать, чтобы спастись самому. Чем бы ни оказалось в итоге мое спасение.

    — Bang-bang · книга
16. «

    Любое мое действие будет верным. И любое мое действие будет ошибочным. Но только до тех пор, пока я жив. В смерти мы все становимся непогрешимыми. Есть к чему стремиться…

    Любое мое действие будет верным. И любое мое действие будет ошибочным. Но только до тех пор, пока я жив. В смерти мы все становимся непогрешимыми. Есть к чему стремиться…

    — Bang-bang · книга
17. «

    По этой теории, я сейчас в твоем лабиринте. Мне надо найти из него выход. Для этого я должен что-то сделать для тебя. Закрыть счета, понимаешь? Сделать то, для чего я был втянут в твой лабиринт. Никто ведь не появляется в жизни другого человека просто так, без всякой цели. Если я пришел к тебе, значит, зачем-то это было нужно.

    По этой теории, я сейчас в твоем лабиринте. Мне надо найти из него выход. Для этого я должен что-то сделать для тебя. Закрыть счета, понимаешь? Сделать то, для чего я был втянут в твой лабиринт. Никто ведь не появляется в жизни другого человека просто так, без всякой цели. Если я пришел к тебе, значит, зачем-то это было нужно.

    — Научи меня умирать · книга
18. «

    Псих он и есть псих, чего о нем жалеть…

    Псих он и есть псих, чего о нем жалеть…

    — Bang-bang · книга
19. «

    Существую ли я на самом деле, или я лишь призрак – всем безразлично. Даже мне самому. Те, с кем я соприкасался, воспринимали меня как мимолетный эпизод. Я сам к этому стремился, и у меня, судя по всему, неплохо получалось. Люди проходили мимо, бросали на меня недоуменные взгляды и исчезали в серой мутной дымке… Кто-то останавливался, чтобы перекинуться со мной парой слов, и тоже исчезал, пожав плечами в ответ на мои ответы… Я неприметный камень на распутье множества чужих дорог.

    Существую ли я на самом деле, или я лишь призрак – всем безразлично. Даже мне самому. Те, с кем я соприкасался, воспринимали меня как мимолетный эпизод. Я сам к этому стремился, и у меня, судя по всему, неплохо получалось. Люди проходили мимо, бросали на меня недоуменные взгляды и исчезали в серой мутной дымке… Кто-то останавливался, чтобы перекинуться со мной парой слов, и тоже исчезал, пожав плечами в ответ на мои ответы… Я неприметный камень на распутье множества чужих дорог.

    — Вик · книга
20. «

    Все сидят, как пришпиленные. Жуки на булавках в коллекции энтомолога.

    Все сидят, как пришпиленные. Жуки на булавках в коллекции энтомолога.

    — Bang-bang · книга