39 лучших фраз Майна Рида

Майн Рид — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 39 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   В нашей стране холодных чувств, любви расчетливой и корыстной мы не можем понять и, пожалуй, даже не верим в возможность безрассудно отважных поступков, какие в других краях порождает сильная страсть. У испанских женщин любовь нередко обретает глубину и величие, каких не знают и никогда не испытывают народы, у которых к этому чувству примешивается торгашество. У этих возвышенных натур она часто превращается в истинную страсть, беззаветную, безудержную, глубокую, которая поглощает все другие чувства, заполняет душу. Дочерняя преданность, привязанность к родному дому, моральный и общественный долг отступают перед ней. Любовь торжествует над всем.

   В нашей стране холодных чувств, любви расчетливой и корыстной мы не можем понять и, пожалуй, даже не верим в возможность безрассудно отважных поступков, какие в других краях порождает сильная страсть. У испанских женщин любовь нередко обретает глубину и величие, каких не знают и никогда не испытывают народы, у которых к этому чувству примешивается торгашество. У этих возвышенных натур она часто превращается в истинную страсть, беззаветную, безудержную, глубокую, которая поглощает все другие чувства, заполняет душу. Дочерняя преданность, привязанность к родному дому, моральный и общественный долг отступают перед ней. Любовь торжествует над всем.

   — Белый вождь · книга
2. «

   То, что он подле нее и разговаривает с ней,-еще не повод для ревности.

   То, что он подле нее и разговаривает с ней,-еще не повод для ревности.

   — Квартеронка · книга
3. «

   Уязвленное самолюбие! Оно так же могущественно, как сама любовь. И оно ранит так же сильно, как муки любви.

   Уязвленное самолюбие! Оно так же могущественно, как сама любовь. И оно ранит так же сильно, как муки любви.

   — Оцеола, вождь семинолов · книга
4. «

   Привести лошадь на водопой может один человек, но и сорок человек не смогут заставить ее пить!

   Привести лошадь на водопой может один человек, но и сорок человек не смогут заставить ее пить!

   — Оцеола, вождь семинолов · книга
5. «

   В конце концов, как прекрасны патриархальные нравы рабовладельцев! И это после всего, что мы говорили и сделали для уничтожения рабства! Попытка разрушить это древнее здание-достойный краеугольный камень рыцарственной нации-лишь филантропическая блажь, излишняя чувствительность. О вы, фанатики, стремящиеся к уничтожению рабства! Почему вы восстаете против него? Разве вы не знаете, что одни должны страдать, должны работать и голодать, чтобы другие наслаждались роскошью и бездельем? Разве вы не знаете, что одни должны быть рабами, чтобы другие были свободными?

   В конце концов, как прекрасны патриархальные нравы рабовладельцев! И это после всего, что мы говорили и сделали для уничтожения рабства! Попытка разрушить это древнее здание-достойный краеугольный камень рыцарственной нации-лишь филантропическая блажь, излишняя чувствительность. О вы, фанатики, стремящиеся к уничтожению рабства! Почему вы восстаете против него? Разве вы не знаете, что одни должны страдать, должны работать и голодать, чтобы другие наслаждались роскошью и бездельем? Разве вы не знаете, что одни должны быть рабами, чтобы другие были свободными?

   — Всадник без головы · книга
6. «

   В ее годы — а ей 20 лет — сердце редко бывает свободным.

   В ее годы — а ей 20 лет — сердце редко бывает свободным.

   — Белый вождь · книга
7. «

   Фанатизм сильнее жалости.

   Фанатизм сильнее жалости.

   — Белый вождь · книга
8. «

   В этой же прерии, где рыскают такие свирепые хищники, на её сочных пастбищах пасется самое благородное и прекрасное из всех животных, самый умный из всех четвероногих друзей человека — лошадь. Здесь живет она, дикая и свободная, не знающая капризов человека, незнакомая с уздой и удилами, с седлом и вьюком. Но даже в этих заповедных местах ее не оставляют в покое. Человек охотится за ней и укрощает ее.

   В этой же прерии, где рыскают такие свирепые хищники, на её сочных пастбищах пасется самое благородное и прекрасное из всех животных, самый умный из всех четвероногих друзей человека — лошадь. Здесь живет она, дикая и свободная, не знающая капризов человека, незнакомая с уздой и удилами, с седлом и вьюком. Но даже в этих заповедных местах ее не оставляют в покое. Человек охотится за ней и укрощает ее.

   — Всадник без головы · книга
9. «

   Я придерживался мнения, считавшегося в то время еретическим, что мирные люди, вынужденные взяться за оружие, сражаются в иных случаях не хуже наемников-профессионалов, и что длительная военная муштра не служит непременным залогом победы.

   Я придерживался мнения, считавшегося в то время еретическим, что мирные люди, вынужденные взяться за оружие, сражаются в иных случаях не хуже наемников-профессионалов, и что длительная военная муштра не служит непременным залогом победы.

   — Квартеронка · книга
10. «

    Только малодушные не становятся храбрыми под влиянием любви. Даже трус, вдохновленный улыбкой любимой девушки, может проявить чудеса храбрости.

    Только малодушные не становятся храбрыми под влиянием любви. Даже трус, вдохновленный улыбкой любимой девушки, может проявить чудеса храбрости.

    — Оцеола, вождь семинолов · книга
11. «

    ... бодрость и любовь к жизни боролись со слабостью и страхом смерти.

    ... бодрость и любовь к жизни боролись со слабостью и страхом смерти.

    — Всадник без головы · книга
12. «

    Ты мой двоюродный брат и только. Для меня ты больше никто, капитан Кассий Колхаун! И не пытайтесь, пожалуйста, быть моим советчиком. Только с одним человеком я считаю своим долгом советоваться, и только ему я позволю упрекать себя. А поэтому прошу мастер Каш, воздержаться от подобных нравоучений. Я никому не стану отдавать отчет в своих мыслях, так же как и в поступках, до тех пор, пока не встречу достойного человека. Но тебе не быть моим избранником!

    Ты мой двоюродный брат и только. Для меня ты больше никто, капитан Кассий Колхаун! И не пытайтесь, пожалуйста, быть моим советчиком. Только с одним человеком я считаю своим долгом советоваться, и только ему я позволю упрекать себя. А поэтому прошу мастер Каш, воздержаться от подобных нравоучений. Я никому не стану отдавать отчет в своих мыслях, так же как и в поступках, до тех пор, пока не встречу достойного человека. Но тебе не быть моим избранником!

    — Луиза Пойндекстер · книга
13. «

    Время и разлука часто уничтожают любовь. Она не живет одними воспоминаниями. Непостоянство человека сказывается и в том, что он, восторгаясь идеалом, все же обычно предпочитает реальное и вещественное. Красивых женщин в мире немного, но нет такой, которая была бы прекраснее их всех. Нет мужчины, который был бы красивее всех остальных мужчин. Но из двух одинаково прекрасных картин все-таки лучше та, на которую вы смотрите в данный момент. Не случайно влюбленные с ужасом думают о разлуке.

    Время и разлука часто уничтожают любовь. Она не живет одними воспоминаниями. Непостоянство человека сказывается и в том, что он, восторгаясь идеалом, все же обычно предпочитает реальное и вещественное. Красивых женщин в мире немного, но нет такой, которая была бы прекраснее их всех. Нет мужчины, который был бы красивее всех остальных мужчин. Но из двух одинаково прекрасных картин все-таки лучше та, на которую вы смотрите в данный момент. Не случайно влюбленные с ужасом думают о разлуке.

    — Оцеола, вождь семинолов · книга
14. «

    Из ревнивых женихов выходят равнодушные мужья.

    Из ревнивых женихов выходят равнодушные мужья.

    — Белый вождь · книга
15. «

    Тщеславие свойственно не одной какой-нибудь нации, это явление повсеместное.

    Тщеславие свойственно не одной какой-нибудь нации, это явление повсеместное.

    — Квартеронка · книга
16. «

    Часто нежная мысль передается без слов. Язык порой приносит нам горькое разочарование.

    Часто нежная мысль передается без слов. Язык порой приносит нам горькое разочарование.

    — Квартеронка · книга
17. «

    Любовь смеется над препятствиями.

    Любовь смеется над препятствиями.

    — Всадник без головы · книга
18. «

    Говорят, надежда уходит только вместе с жизнью, — нет, неверно. Он все еще жил, а надежда умерла.

    Говорят, надежда уходит только вместе с жизнью, — нет, неверно. Он все еще жил, а надежда умерла.

    — Белый вождь · книга
19. «

    Забыть горячо любимого человека невозможно. Время, конечно,– хороший целитель для сердца, не получившего ответа в любви, а разлука помогает еще больше. Но ни время, ни разлука не могут заглушить тоски о потерянном возлюбленном или же успокоить сердце, не знавшее счастливой любви.

    Забыть горячо любимого человека невозможно. Время, конечно,– хороший целитель для сердца, не получившего ответа в любви, а разлука помогает еще больше. Но ни время, ни разлука не могут заглушить тоски о потерянном возлюбленном или же успокоить сердце, не знавшее счастливой любви.

    — Всадник без головы · книга
20. «

    С северной стороны над прерией внезапно появилось несколько совершенно черных колонн. Они не имели определенной формы и беспрестанно изменялись в величине и очертаниях;то они стояли неподвижно, то скользили по обугленной земле, как великаны на коньках, изгибаясь и наклоняясь друг к другу, словно в фантастических фигурах какого-то танца. Представьте себе легендарных титанов, которые ожили на прерии Техаса и плясали в неистовой вакханалии.

    С северной стороны над прерией внезапно появилось несколько совершенно черных колонн. Они не имели определенной формы и беспрестанно изменялись в величине и очертаниях;то они стояли неподвижно, то скользили по обугленной земле, как великаны на коньках, изгибаясь и наклоняясь друг к другу, словно в фантастических фигурах какого-то танца. Представьте себе легендарных титанов, которые ожили на прерии Техаса и плясали в неистовой вакханалии.

    — Всадник без головы · книга