25 цитат-размышлений Максима Горький: цитаты про жизня

Максим Горький: цитаты про жизнь — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 25 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Все так: родятся, поживут, умирают. И я помру... и ты... Чего жалеть?

   Все так: родятся, поживут, умирают. И я помру... и ты... Чего жалеть?

   — Максим Горький · книга
2. «

   Неправда, что жизнь мрачна, неправда, что в ней только язвы да стоны, горе и слезы!... В ней есть все, что захочет найти человек, а в нем есть силы создать то, чего нет в ней.

   Неправда, что жизнь мрачна, неправда, что в ней только язвы да стоны, горе и слезы!... В ней есть все, что захочет найти человек, а в нем есть силы создать то, чего нет в ней.

   — Максим Горький · книга
3. «

   Живут — ожидая хорошего, а если нечего ждать — какая жизнь?

   Живут — ожидая хорошего, а если нечего ждать — какая жизнь?

   — Максим Горький · книга
4. «

   Удовольствие жить влечёт за собой обязанность умереть.

   Удовольствие жить влечёт за собой обязанность умереть.

   — Максим Горький · книга
5. «

   Где им... куда нам — мертвых жалеть? Э, милая! Живых — не жалеем... сами себя пожалеть не можем... где тут!

   Где им... куда нам — мертвых жалеть? Э, милая! Живых — не жалеем... сами себя пожалеть не можем... где тут!

   — Максим Горький · книга
6. «

   Жизнь создаётся медленно и трудно, а разрушается быстро и легко.

   Жизнь создаётся медленно и трудно, а разрушается быстро и легко.

   — Максим Горький
7. «

   Жизнь — точно какой-то базар. Все хотят обмануть друг друга: дать меньше, взять больше.

   Жизнь — точно какой-то базар. Все хотят обмануть друг друга: дать меньше, взять больше.

   — Максим Горький · книга
8. «

   — Ну, отправилась ты в Польшу... — подсказал я ей. — Да... с тем, маленьким полячком. Он был смешной и подлый. Когда ему нужна была женщина, он ластился ко мне котом и с его языка горячий мед тек, а когда он меня не хотел, то щелкал меня словами, как кнутом. Раз как-то шли мы по берегу реки, и вот он сказал мне гордое, обидное слово. О! О!... Я рассердилась! Я закипела, как смола! Я взяла его на руки и, как ребенка, — он был маленький, — подняла вверх, сдавив ему бока так, что он посинел весь. И вот я размахнулась и бросила его с берега в реку. Он кричал. Смешно так кричал. Я смотрела на него сверху, а он барахтался там, в воде. Я ушла тогда. И больше не встречалась с ним. Я была счастлива на это: никогда не встречалась после с теми, которых когда-то любила. Это нехорошие встречи, все равно как бы с покойниками.

   — Ну, отправилась ты в Польшу... — подсказал я ей. — Да... с тем, маленьким полячком. Он был смешной и подлый. Когда ему нужна была женщина, он ластился ко мне котом и с его языка горячий мед тек, а когда он меня не хотел, то щелкал меня словами, как кнутом. Раз как-то шли мы по берегу реки, и вот он сказал мне гордое, обидное слово. О! О!... Я рассердилась! Я закипела, как смола! Я взяла его на руки и, как ребенка, — он был маленький, — подняла вверх, сдавив ему бока так, что он посинел весь. И вот я размахнулась и бросила его с берега в реку. Он кричал. Смешно так кричал. Я смотрела на него сверху, а он барахтался там, в воде. Я ушла тогда. И больше не встречалась с ним. Я была счастлива на это: никогда не встречалась после с теми, которых когда-то любила. Это нехорошие встречи, все равно как бы с покойниками.

   — Максим Горький · книга
9. «

   Никто не понимал так ясно и тонко, как Антон Чехов, трагизм мелочей жизни, никто до него не умел так беспощадно правдиво нарисовать людям позорную и тоскливую картину их жизни в тусклом хаосе мещанской обыденщины.

   Никто не понимал так ясно и тонко, как Антон Чехов, трагизм мелочей жизни, никто до него не умел так беспощадно правдиво нарисовать людям позорную и тоскливую картину их жизни в тусклом хаосе мещанской обыденщины.

   — Максим Горький · книга
10. «

    И не следует жаловаться на жизнь кому бы то ни было: слова утешения редко содержат в себе то, чего ищет в них человек. Всего же полнее и интереснее жить тогда, когда человек борется с тем, что ему мешает жить.

    И не следует жаловаться на жизнь кому бы то ни было: слова утешения редко содержат в себе то, чего ищет в них человек. Всего же полнее и интереснее жить тогда, когда человек борется с тем, что ему мешает жить.

    — Максим Горький · книга
11. «

    Разве же есть где на земле необиженная душа? Меня столько обижали, что я уже устал обижаться. Что поделаешь, если люди не могут иначе? Обиды мешают дело делать, останавливаться около них — даром время терять. Такая жизнь! Я прежде, бывало, сердился на людей, а подумал, вижу — не стоит. Всякий боится, как бы сосед не ударил, ну и старается поскорее сам в ухо дать. Такая жизнь, ненько моя!

    Разве же есть где на земле необиженная душа? Меня столько обижали, что я уже устал обижаться. Что поделаешь, если люди не могут иначе? Обиды мешают дело делать, останавливаться около них — даром время терять. Такая жизнь! Я прежде, бывало, сердился на людей, а подумал, вижу — не стоит. Всякий боится, как бы сосед не ударил, ну и старается поскорее сам в ухо дать. Такая жизнь, ненько моя!

    — Максим Горький · книга
12. «

    Такое житье, что как поутру встал, так и за вытье...

    Такое житье, что как поутру встал, так и за вытье...

    — Максим Горький · книга
13. «

    День бесследно вычеркнут из жизни, человек сделал еще шаг к своей могиле, но он видел близко перед собой наслаждение отдыха, радости дымного кабака и — был доволен.

    День бесследно вычеркнут из жизни, человек сделал еще шаг к своей могиле, но он видел близко перед собой наслаждение отдыха, радости дымного кабака и — был доволен.

    — Максим Горький · книга
14. «

    Ты славную долю выбрал себе, сокол. Так и надо: ходи и смотри, насмотрелся, ляг и умирай — вот и всё!

    Ты славную долю выбрал себе, сокол. Так и надо: ходи и смотри, насмотрелся, ляг и умирай — вот и всё!

    — Максим Горький · книга
15. «

    Жизнь надо мешать чаще, чтобы она не закисала.

    Жизнь надо мешать чаще, чтобы она не закисала.

    — Максим Горький
16. «

    Когда человеку лежать на одном боку неудобно, он переворачивается на другой, а когда ему жить неудобно – он только жалуется. А ты сделай усилие – перевернись.

    Когда человеку лежать на одном боку неудобно, он переворачивается на другой, а когда ему жить неудобно – он только жалуется. А ты сделай усилие – перевернись.

    — Максим Горький · книга
17. «

    Люди не стыдятся того, что тебе хуже собаки живется...

    Люди не стыдятся того, что тебе хуже собаки живется...

    — Максим Горький · книга
18. «

    Чтобы жить — надо уметь что-нибудь делать.

    Чтобы жить — надо уметь что-нибудь делать.

    — Максим Горький · книга
19. «

    Смешные они, те твои люди. Сбились в кучу и давят друг друга, а места на земле вон сколько... И все работают. Зачем? Кому? Никто не знает. Видишь, как человек пашет, и думаешь: вот он по капле с потом силы свои источит на землю, а потом ляжет в нее и сгниет в ней. Ничего по нем не останется, ничего он не видит с своего поля и умирает, как родился, — дураком... Что ж, — он родился затем, что ли, чтоб поковырять землю, да и умереть, не успев даже могилы самому себе выковырять? Ведома ему воля? Ширь степная понятна? Говор морской волны веселит ему сердце? Он раб — как только родился, всю жизнь раб, и все тут!

    Смешные они, те твои люди. Сбились в кучу и давят друг друга, а места на земле вон сколько... И все работают. Зачем? Кому? Никто не знает. Видишь, как человек пашет, и думаешь: вот он по капле с потом силы свои источит на землю, а потом ляжет в нее и сгниет в ней. Ничего по нем не останется, ничего он не видит с своего поля и умирает, как родился, — дураком... Что ж, — он родился затем, что ли, чтоб поковырять землю, да и умереть, не успев даже могилы самому себе выковырять? Ведома ему воля? Ширь степная понятна? Говор морской волны веселит ему сердце? Он раб — как только родился, всю жизнь раб, и все тут!

    — Максим Горький · книга
20. «

    Жизнь идет, старик, кто не поспевает за ней, тот остается одиноким...

    Жизнь идет, старик, кто не поспевает за ней, тот остается одиноким...

    — Максим Горький · книга