48 цитат, которые говорил Максим Горький: цитаты про жизнь

Максим Горький: цитаты про жизнь — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 48 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Жизнь тасует нас, как карты, и только случайно — и то не надолго — мы попадаем на своё место.

   Жизнь тасует нас, как карты, и только случайно — и то не надолго — мы попадаем на своё место.

   — Максим Горький · книга
2. «

   Жизнь ломает людей без шума, без криков... без слез... незаметно...

   Жизнь ломает людей без шума, без криков... без слез... незаметно...

   — Максим Горький · книга
3. «

   — Трусишка. Плохо тебе жить, — это я понимаю, а зачем ты живёшь — не понимаю. Зачем? - Так! — хмуро ответил Евсей. — А что же делать? Она взглянула на него и ласково сказала: - Я думаю — удавишься ты...

   — Трусишка. Плохо тебе жить, — это я понимаю, а зачем ты живёшь — не понимаю. Зачем? - Так! — хмуро ответил Евсей. — А что же делать? Она взглянула на него и ласково сказала: - Я думаю — удавишься ты...

   — Максим Горький · книга
4. «

   Но чем больше я читал, тем более трудно было жить так пусто и ненужно, как, мне казалось живут люди.

   Но чем больше я читал, тем более трудно было жить так пусто и ненужно, как, мне казалось живут люди.

   — Максим Горький · книга
5. «

   За все, что человек берет, он платит собой: своим умом и силой, иногда — жизнью.

   За все, что человек берет, он платит собой: своим умом и силой, иногда — жизнью.

   — Максим Горький · книга
6. «

   На море в нем всегда поднималось широкое, теплое чувство, – охватывая всю его душу, оно немного очищало ее от житейской скверны. Он ценил это и любил видеть себя лучшим тут, среди воды и воздуха, где думы о жизни и сама жизнь всегда теряют – первые – остроту, вторая – цену.

   На море в нем всегда поднималось широкое, теплое чувство, – охватывая всю его душу, оно немного очищало ее от житейской скверны. Он ценил это и любил видеть себя лучшим тут, среди воды и воздуха, где думы о жизни и сама жизнь всегда теряют – первые – остроту, вторая – цену.

   — Максим Горький · книга
7. «

   — Ничего ты не можешь мне сказать! У меня душа волком воет!.. — И не хочу! Только я знаю — это пройдет у тебя. Может, не совсем, а пройдет!... Это, брат, детская болезнь, вроде кори. Все мы ею болеем, сильные — поменьше, слабые — побольше. Она тогда одолевает вашего брата, когда человек себя — найдет, а жизни и своего места в ней еще не видит. Кажется тебе, что ты один на земле такой хороший огурчик и все съесть тебя хотят. Потом, пройдет немного времени, увидишь ты, что хороший кусок твоей души и в других грудях не хуже — тебе станет легче. И немножко совестно.

   — Ничего ты не можешь мне сказать! У меня душа волком воет!.. — И не хочу! Только я знаю — это пройдет у тебя. Может, не совсем, а пройдет!... Это, брат, детская болезнь, вроде кори. Все мы ею болеем, сильные — поменьше, слабые — побольше. Она тогда одолевает вашего брата, когда человек себя — найдет, а жизни и своего места в ней еще не видит. Кажется тебе, что ты один на земле такой хороший огурчик и все съесть тебя хотят. Потом, пройдет немного времени, увидишь ты, что хороший кусок твоей души и в других грудях не хуже — тебе станет легче. И немножко совестно.

   — Максим Горький · книга
8. «

   Жизнь могут двигать только очень грамотные люди..

   Жизнь могут двигать только очень грамотные люди..

   — Максим Горький · книга
9. «

   И не следует жаловаться на жизнь кому бы то ни было: слова утешения редко содержат в себе то, чего ищет в них человек. Всего же полнее и интереснее жить тогда, когда человек борется с тем, что ему мешает жить.

   И не следует жаловаться на жизнь кому бы то ни было: слова утешения редко содержат в себе то, чего ищет в них человек. Всего же полнее и интереснее жить тогда, когда человек борется с тем, что ему мешает жить.

   — Максим Горький · книга
10. «

    Человек ценен по сопротивлению своему силе жизни, — ежели не она его, а он её на свой лад крутит, — моё ему почтение!

    Человек ценен по сопротивлению своему силе жизни, — ежели не она его, а он её на свой лад крутит, — моё ему почтение!

    — Максим Горький · книга
11. «

    Удовольствие жить влечёт за собой обязанность умереть.

    Удовольствие жить влечёт за собой обязанность умереть.

    — Максим Горький · книга
12. «

    И все, гляжу я, умнее люди становятся, все занятнее... и хоть живут — все хуже, а хотят — все лучше... упрямые!

    И все, гляжу я, умнее люди становятся, все занятнее... и хоть живут — все хуже, а хотят — все лучше... упрямые!

    — Максим Горький · книга
13. «

    Когда жизнь неприглядна и грязна, как старое засоренное пожарище, приходится чистить и украшать её на средства своей души, своей волей, силами своего воображения, — вот к чему я пришел наконец.

    Когда жизнь неприглядна и грязна, как старое засоренное пожарище, приходится чистить и украшать её на средства своей души, своей волей, силами своего воображения, — вот к чему я пришел наконец.

    — Максим Горький · книга
14. «

    Бывало — ходишь, ходишь около человека прежде чем что-нибудь скажешь ему от души, а теперь — всегда душа открыта, и сразу говоришь такое, чего раньше не подумала бы…

    Бывало — ходишь, ходишь около человека прежде чем что-нибудь скажешь ему от души, а теперь — всегда душа открыта, и сразу говоришь такое, чего раньше не подумала бы…

    — Максим Горький · книга
15. «

    Живут — ожидая хорошего, а если нечего ждать — какая жизнь?

    Живут — ожидая хорошего, а если нечего ждать — какая жизнь?

    — Максим Горький · книга
16. «

    Жизнь создаётся медленно и трудно, а разрушается быстро и легко.

    Жизнь создаётся медленно и трудно, а разрушается быстро и легко.

    — Максим Горький
17. «

    День бесследно вычеркнут из жизни, человек сделал еще шаг к своей могиле, но он видел близко перед собой наслаждение отдыха, радости дымного кабака и — был доволен.

    День бесследно вычеркнут из жизни, человек сделал еще шаг к своей могиле, но он видел близко перед собой наслаждение отдыха, радости дымного кабака и — был доволен.

    — Максим Горький · книга
18. «

    Все мы на земле странники.

    Все мы на земле странники.

    — Максим Горький · книга
19. «

    Зачем я рассказываю эти мерзости? А чтобы вы знали, милостивые государи, — это ведь не прошло, не прошло! Вам нравятся страхи выдуманные, нравятся ужасы, красиво рассказанные, фантастически страшное приятно волнует вас. А я вот знаю действительно страшное, буднично ужасное, и за мною неотрицаемое право неприятно волновать вас рассказами о нем, дабы вы вспомнили, как живёте и в чем живете. Подлой и грязной жизнью живём все мы, вот в чем всё дело.

    Зачем я рассказываю эти мерзости? А чтобы вы знали, милостивые государи, — это ведь не прошло, не прошло! Вам нравятся страхи выдуманные, нравятся ужасы, красиво рассказанные, фантастически страшное приятно волнует вас. А я вот знаю действительно страшное, буднично ужасное, и за мною неотрицаемое право неприятно волновать вас рассказами о нем, дабы вы вспомнили, как живёте и в чем живете. Подлой и грязной жизнью живём все мы, вот в чем всё дело.

    — Максим Горький · книга
20. «

    Мы все живём без достаточного к тому основания.

    Мы все живём без достаточного к тому основания.

    — Максим Горький · книга