278 цитат Максима Горького, которые стоит перечитать

Ниже 278 цитат Максима Горького — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   На земле слишком мало свободных людей, вот ее несчастие!

   На земле слишком мало свободных людей, вот ее несчастие!

   — Николай · книга
2. «

   Вы пытались побеждать себя? Это также невозможно, как, отрезав свою голову, заменить её головою ближнего.

   Вы пытались побеждать себя? Это также невозможно, как, отрезав свою голову, заменить её головою ближнего.

   — Чужие люди · книга
3. «

   Я вот иной раз задумаюсь про жизнь — даже страшно станет. Особливо ночью... не спится когда... Смотришь: перед тобой море, над тобой — небо, кругом темно таково, жутко... а ты тут — один! И станешь тогда сам для себя таким маленьким, маленьким... Земля под тобой шатается, и никого то на ней, кроме тебя, нет.

   Я вот иной раз задумаюсь про жизнь — даже страшно станет. Особливо ночью... не спится когда... Смотришь: перед тобой море, над тобой — небо, кругом темно таково, жутко... а ты тут — один! И станешь тогда сам для себя таким маленьким, маленьким... Земля под тобой шатается, и никого то на ней, кроме тебя, нет.

   — Василий · книга
4. «

   Ежели людей по работе ценить, тогда лошадь лучше всякого человека.

   Ежели людей по работе ценить, тогда лошадь лучше всякого человека.

   — Пепел · книга
5. «

   Унизительна глупость самоубийства.

   Унизительна глупость самоубийства.

   — О вреде философии · книга
6. «

   Дураки ставят вопросы чаще, чем пытливые люди.

   Дураки ставят вопросы чаще, чем пытливые люди.

   — Варавка · книга
7. «

   Приличие требует, чтоб люди лгали...

   Приличие требует, чтоб люди лгали...

   — Тетерев · книга
8. «

   Есть же люди, для которых самым ценным и лучшим в жизни является какая-нибудь болезнь их души или тела. Они носятся с ней всё время жизни и лишь ею живы; страдая от нее, они питают себя ею, они на нее жалуются другим и этим обращают на себя внимание ближних. За это взимают с людей сочувствие себе, и, кроме этого, — у них нет ничего. Отнимите у них эту болезнь, вылечите их, и они будут несчастны, потому что лишатся единственного средства к жизни, — они станут пусты тогда. Иногда жизнь человека бывает до того бедна, что он невольно принужден ценить свой порок и им жить; и можно сказать, что часто люди бывают порочны от скуки.

   Есть же люди, для которых самым ценным и лучшим в жизни является какая-нибудь болезнь их души или тела. Они носятся с ней всё время жизни и лишь ею живы; страдая от нее, они питают себя ею, они на нее жалуются другим и этим обращают на себя внимание ближних. За это взимают с людей сочувствие себе, и, кроме этого, — у них нет ничего. Отнимите у них эту болезнь, вылечите их, и они будут несчастны, потому что лишатся единственного средства к жизни, — они станут пусты тогда. Иногда жизнь человека бывает до того бедна, что он невольно принужден ценить свой порок и им жить; и можно сказать, что часто люди бывают порочны от скуки.

   — Двадцать шесть и одна · книга
9. «

   Челкаш слушал его радостные вопли, смотрел на сиявшее, искаженное восторгом жадности лицо и чувствовал, что он — вор, гуляка, оторванный от всего родного — никогда не будет таким жадным, низким, не помнящим себя. Никогда не станет таким!... И эта мысль и ощущение, наполняя его сознанием своей свободы, удерживали его около Гаврилы на пустынном морском берегу.

   Челкаш слушал его радостные вопли, смотрел на сиявшее, искаженное восторгом жадности лицо и чувствовал, что он — вор, гуляка, оторванный от всего родного — никогда не будет таким жадным, низким, не помнящим себя. Никогда не станет таким!... И эта мысль и ощущение, наполняя его сознанием своей свободы, удерживали его около Гаврилы на пустынном морском берегу.

   — Челкаш · книга
10. «

    ... Он может отравить жизнь ближнего своей любовью, потому что, любя, не уважает любимого.

    ... Он может отравить жизнь ближнего своей любовью, потому что, любя, не уважает любимого.

    — Двадцать шесть и одна · книга
11. «

    Старый человек думает, как сырое дерево горит, — больше чаду, чем огня...

    Старый человек думает, как сырое дерево горит, — больше чаду, чем огня...

    — Перчихин · книга
12. «

    Кто слаб душой, тем ложь нужна.

    Кто слаб душой, тем ложь нужна.

    — Сатин · книга
13. «

    Во всякой толпе есть человек, которому тяжело в ней, и не всегда для этого нужно быть лучше или хуже её. Можно возбудить в ней злое внимание к себе и не обладая выдающимся умом или смешным носом: толпа выбирает человека для забавы, руководствуясь только желанием забавляться.

    Во всякой толпе есть человек, которому тяжело в ней, и не всегда для этого нужно быть лучше или хуже её. Можно возбудить в ней злое внимание к себе и не обладая выдающимся умом или смешным носом: толпа выбирает человека для забавы, руководствуясь только желанием забавляться.

    — Трое · книга
14. «

    — Что там, впереди? — Все, что захочешь видеть! — Да-а... нужно выдумать! — Поверить нужно... — Во что? — В свою мечту.

    — Что там, впереди? — Все, что захочешь видеть! — Да-а... нужно выдумать! — Поверить нужно... — Во что? — В свою мечту.

    — Татьяна · книга
15. «

    — Ты скажи-ка — а что нужно делать, чтобы спокойно жить... то есть чтобы собой быть довольным? — Для этого нужно жить беспокойно и избегать, как дурной болезни, даже возможности быть довольным собой!

    — Ты скажи-ка — а что нужно делать, чтобы спокойно жить... то есть чтобы собой быть довольным? — Для этого нужно жить беспокойно и избегать, как дурной болезни, даже возможности быть довольным собой!

    — Николай Ежов · книга
16. «

    Кто крепко хочет — найдёт!

    Кто крепко хочет — найдёт!

    — Лука · книга
17. «

    Революции нужны, чтобы уничтожать революционеров.

    Революции нужны, чтобы уничтожать революционеров.
18. «

    А кто пьян да умён — два угодья в нём...

    А кто пьян да умён — два угодья в нём...

    — Бубнов · книга
19. «

    Наказание человека — в нем самом.

    Наказание человека — в нем самом.

    — Мудрец · книга
20. «

    ...одних книг мало: надо ещё уменье пользоваться ими... Вот это уменье и есть то самое, что будет хитрее всяких книг, а в книгах о нем ничего не написано... Этому, Фома, надо учиться от самой жизни. Книга — она вещь мёртвая, ее как хочешь бери, рви, ломай — она не закричит... А жизнь, чуть ты по ней неверно шагнул, неправильно место в ней себе занял, — тысячью голосов заорет на тебя, да еще и ударит, с ног собьет.

    ...одних книг мало: надо ещё уменье пользоваться ими... Вот это уменье и есть то самое, что будет хитрее всяких книг, а в книгах о нем ничего не написано... Этому, Фома, надо учиться от самой жизни. Книга — она вещь мёртвая, ее как хочешь бери, рви, ломай — она не закричит... А жизнь, чуть ты по ней неверно шагнул, неправильно место в ней себе занял, — тысячью голосов заорет на тебя, да еще и ударит, с ног собьет.

    — Игнат Гордеев · книга