332 цитаты Максима Горького — избранное

Ниже 332 цитаты Максима Горького — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Никто не понимал так ясно и тонко, как Антон Чехов, трагизм мелочей жизни, никто до него не умел так беспощадно правдиво нарисовать людям позорную и тоскливую картину их жизни в тусклом хаосе мещанской обыденщины.

   Никто не понимал так ясно и тонко, как Антон Чехов, трагизм мелочей жизни, никто до него не умел так беспощадно правдиво нарисовать людям позорную и тоскливую картину их жизни в тусклом хаосе мещанской обыденщины.

   — Литературные портреты · книга
2. «

   Я люблю книги: каждая из них мне кажется чудом, а писатель — магом.

   Я люблю книги: каждая из них мне кажется чудом, а писатель — магом.
3. «

   Болезнь врача всегда тяжелее болезни его пациентов; пациент только чувствует, а врач ещё и знает кое-что о том, как разрушается его организм. Это один из тех случаев, когда знание можно считать приближающим смерть.

   Болезнь врача всегда тяжелее болезни его пациентов; пациент только чувствует, а врач ещё и знает кое-что о том, как разрушается его организм. Это один из тех случаев, когда знание можно считать приближающим смерть.
4. «

   Образ её был так ярок и думы о ней так тяжелы, точно он нёс эту женщину в груди своей...

   Образ её был так ярок и думы о ней так тяжелы, точно он нёс эту женщину в груди своей...

   — Фома Гордеев · книга
5. «

   Красота и мудрость — в простоте.

   Красота и мудрость — в простоте.
6. «

   Все, милая, терпят... всяк по-своему жизнь терпит...

   Все, милая, терпят... всяк по-своему жизнь терпит...

   — Лука · книга
7. «

   Человек — чудо, единственное чудо на земле, а все остальные чудеса её — результаты творчества его воли, разума, воображения.

   Человек — чудо, единственное чудо на земле, а все остальные чудеса её — результаты творчества его воли, разума, воображения.
8. «

   Когда любят — плохого в любимом не видят.

   Когда любят — плохого в любимом не видят.

   — Наташа · книга
9. «

   — Ты скажи-ка — а что нужно делать, чтобы спокойно жить... то есть чтобы собой быть довольным? — Для этого нужно жить беспокойно и избегать, как дурной болезни, даже возможности быть довольным собой!

   — Ты скажи-ка — а что нужно делать, чтобы спокойно жить... то есть чтобы собой быть довольным? — Для этого нужно жить беспокойно и избегать, как дурной болезни, даже возможности быть довольным собой!

   — Николай Ежов · книга
10. «

    Жизнь тасует нас, как карты, и только случайно — и то не надолго — мы попадаем на своё место.

    Жизнь тасует нас, как карты, и только случайно — и то не надолго — мы попадаем на своё место.

    — Бывшие люди · книга
11. «

    Жизнь дёргала его со всех сторон, не давая ему сосредоточиться на думах.

    Жизнь дёргала его со всех сторон, не давая ему сосредоточиться на думах.

    — Фома Гордеев · книга
12. «

    Я спросил: правда ли, что он однажды засеял сорок десятин маком? — Почему же непременно — сорок? — как будто возмутился Николай Георгиевич и, прихмурив красивые брови, озабоченно пересчитал: — Сорок грехов долой, если убьёшь паука, сорок сороков церквей в Москве, сорок дней после родов женщину в церковь не пускают, сорокоуст, сороковой медведь самый опасный. Чорт знает, откуда эта сорочья болтовня? Как вы думаете? Но, видимо ему было не очень интересно знать, как я думаю, потому что тотчас же, хлопнув меня по плечу маленькой, крепкой рукой, он сказал с восхищением: — Но если б вы, батенька, видели этот мак, когда он зацвёл!

    Я спросил: правда ли, что он однажды засеял сорок десятин маком? — Почему же непременно — сорок? — как будто возмутился Николай Георгиевич и, прихмурив красивые брови, озабоченно пересчитал: — Сорок грехов долой, если убьёшь паука, сорок сороков церквей в Москве, сорок дней после родов женщину в церковь не пускают, сорокоуст, сороковой медведь самый опасный. Чорт знает, откуда эта сорочья болтовня? Как вы думаете? Но, видимо ему было не очень интересно знать, как я думаю, потому что тотчас же, хлопнув меня по плечу маленькой, крепкой рукой, он сказал с восхищением: — Но если б вы, батенька, видели этот мак, когда он зацвёл!

    — Максим Горький · книга
13. «

    Здоровья всегда хватит на жизнь.

    Здоровья всегда хватит на жизнь.

    — старуха Изергиль · книга
14. «

    ...одних книг мало: надо ещё уменье пользоваться ими... Вот это уменье и есть то самое, что будет хитрее всяких книг, а в книгах о нем ничего не написано... Этому, Фома, надо учиться от самой жизни. Книга — она вещь мёртвая, ее как хочешь бери, рви, ломай — она не закричит... А жизнь, чуть ты по ней неверно шагнул, неправильно место в ней себе занял, — тысячью голосов заорет на тебя, да еще и ударит, с ног собьет.

    ...одних книг мало: надо ещё уменье пользоваться ими... Вот это уменье и есть то самое, что будет хитрее всяких книг, а в книгах о нем ничего не написано... Этому, Фома, надо учиться от самой жизни. Книга — она вещь мёртвая, ее как хочешь бери, рви, ломай — она не закричит... А жизнь, чуть ты по ней неверно шагнул, неправильно место в ней себе занял, — тысячью голосов заорет на тебя, да еще и ударит, с ног собьет.

    — Игнат Гордеев · книга
15. «

    Речи правителей о желаниях народа подобны рассказам глухонемого о музыке.

    Речи правителей о желаниях народа подобны рассказам глухонемого о музыке.
16. «

    У всех людей — души серенькие… все подрумяниться желают…

    У всех людей — души серенькие… все подрумяниться желают…

    — Барон · книга
17. «

    Всякий человек хочет, чтобы сосед его совесть имел, да никому, видишь, не выгодно иметь-то ее.

    Всякий человек хочет, чтобы сосед его совесть имел, да никому, видишь, не выгодно иметь-то ее.

    — Пепел · книга
18. «

    Удовольствие жить влечёт за собой обязанность умереть.

    Удовольствие жить влечёт за собой обязанность умереть.

    — Мать · книга
19. «

    И снова зрелую красоту сада обняло торжественное молчание.

    И снова зрелую красоту сада обняло торжественное молчание.

    — Фома Гордеев · книга
20. «

    Если на похоронах играет музыка, — не думай, что покойник был отчаянный весельчак и умер с удовольствием; ты можешь ошибиться.

    Если на похоронах играет музыка, — не думай, что покойник был отчаянный весельчак и умер с удовольствием; ты можешь ошибиться.