561 известных цитата Максима Горького

Ниже 561 цитата Максима Горького — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Сила познания — в сомнении.

   Сила познания — в сомнении.
2. «

   Всё на свете имеет конец.

   Всё на свете имеет конец.

   — Данко · книга
3. «

   Унизительна глупость самоубийства.

   Унизительна глупость самоубийства.

   — О вреде философии · книга
4. «

   Не своротить камня с пути думою.

   Не своротить камня с пути думою.

   — Данко · книга
5. «

   Так, без причины, и прыщ не вскочит.

   Так, без причины, и прыщ не вскочит.

   — Лука · книга
6. «

   Человек — каждый из нас — есть вывод из посылок прошлого и необходимая посылка в будущее.

   Человек — каждый из нас — есть вывод из посылок прошлого и необходимая посылка в будущее.
7. «

   Барство-то — как оспа... и выздоровеет человек, а знаки-то остаются.

   Барство-то — как оспа... и выздоровеет человек, а знаки-то остаются.

   — Лука · книга
8. «

   Оно [море] жило своей широкой жизнью, полной мощного движения. Стаи волн с шумом катились на берег и разбивались о песок, он слабо шипел, впитывая воду. Взмахивая белыми гривами, передовые волны с шумом ударялись грудью о берег и отступали, отражённые им, а их уже встречали другие, шедшие поддержать их. Обнявшись крепко, в пене и брызгах, они снова катились на берег и били его в стремлении расширить пределы своей жизни. От горизонта до берега, на всём протяжении моря, рождались эти гибкие и сильные волны и всё шли, шли плотной массой, тесно связанные друг с другом единством цели… Солнце всё ярче освещало их хребты, у далёких волн, на горизонте, они казались кроваво-красными. Ни одной капли не пропадало бесследно в этом титаническом движении водной массы, которая, казалось, воодушевлена какой-то сознательной целью и вот – достигает её этими широкими, ритмичными ударами. Увлекательна была красивая храбрость передовых, задорно прыгавших на молчаливый берег, и хорошо было смотреть, как вслед за ними спокойно и дружно идёт всё море, могучее море, уже окрашенное солнцем во все цвета радуги и полное сознания своей красоты и силы…

   Оно [море] жило своей широкой жизнью, полной мощного движения. Стаи волн с шумом катились на берег и разбивались о песок, он слабо шипел, впитывая воду. Взмахивая белыми гривами, передовые волны с шумом ударялись грудью о берег и отступали, отражённые им, а их уже встречали другие, шедшие поддержать их. Обнявшись крепко, в пене и брызгах, они снова катились на берег и били его в стремлении расширить пределы своей жизни. От горизонта до берега, на всём протяжении моря, рождались эти гибкие и сильные волны и всё шли, шли плотной массой, тесно связанные друг с другом единством цели… Солнце всё ярче освещало их хребты, у далёких волн, на горизонте, они казались кроваво-красными. Ни одной капли не пропадало бесследно в этом титаническом движении водной массы, которая, казалось, воодушевлена какой-то сознательной целью и вот – достигает её этими широкими, ритмичными ударами. Увлекательна была красивая храбрость передовых, задорно прыгавших на молчаливый берег, и хорошо было смотреть, как вслед за ними спокойно и дружно идёт всё море, могучее море, уже окрашенное солнцем во все цвета радуги и полное сознания своей красоты и силы…

   — Мой спутник · книга
9. «

   Бес умен, да его бог не любит.

   Бес умен, да его бог не любит.

   — В людях · книга
10. «

    Здоровья всегда хватит на жизнь.

    Здоровья всегда хватит на жизнь.

    — старуха Изергиль · книга
11. «

    Дважды убить нельзя.

    Дважды убить нельзя.

    — Сатин · книга
12. «

    Вполне допустимо, что чрезмерно развитый мозг есть такое же уродство, как расширенный желудок или непомерно большой фаллос.

    Вполне допустимо, что чрезмерно развитый мозг есть такое же уродство, как расширенный желудок или непомерно большой фаллос.

    — Клим · книга
13. «

    Его врагом была пошлость; он всю жизнь боролся с ней, ее он осмеивал и ее изображал бесстрастным, острым пером, умея найти плесень пошлости даже там, где с первого взгляда, казалось, все устроено очень хорошо, удобно, даже — с блеском... И пошлость за это отомстила ему скверненькой выходкой, положив его труп — труп поэта — в вагон для перевозки «устриц».

    Его врагом была пошлость; он всю жизнь боролся с ней, ее он осмеивал и ее изображал бесстрастным, острым пером, умея найти плесень пошлости даже там, где с первого взгляда, казалось, все устроено очень хорошо, удобно, даже — с блеском... И пошлость за это отомстила ему скверненькой выходкой, положив его труп — труп поэта — в вагон для перевозки «устриц».

    — Антон Чехов · книга
14. «

    Я не люблю современной нашей литературы ещё и за её пессимизм. Жизнь не так плоха, какой её любят изображать в книгах, она ярче. И человек в жизни — лучше, чем в книге, даже и талантливой. Он — сложнее. По-моему, писатели обижают человека. Разумеется, и я тоже обижаю. Что делать? Стал профессионалом.

    Я не люблю современной нашей литературы ещё и за её пессимизм. Жизнь не так плоха, какой её любят изображать в книгах, она ярче. И человек в жизни — лучше, чем в книге, даже и талантливой. Он — сложнее. По-моему, писатели обижают человека. Разумеется, и я тоже обижаю. Что делать? Стал профессионалом.
15. «

    Когда много спрашивают — мало думают и плохо помнят.

    Когда много спрашивают — мало думают и плохо помнят.
16. «

    ...ведь дело было в России, а там у каждого всегда что-нибудь ноет да болит.

    ...ведь дело было в России, а там у каждого всегда что-нибудь ноет да болит.

    — Русские сказки · книга
17. «

    В лесу над рекой жила фея. В реке она часто купалась И раз, позабыв осторожность, В рыбацкие сети попалась.

    В лесу над рекой жила фея. В реке она часто купалась И раз, позабыв осторожность, В рыбацкие сети попалась.

    — Легенда о Марко · книга
18. «

    Факт — есть нечто такое, от чего сомнения отскакивает, как резиновый мяч от железа...

    Факт — есть нечто такое, от чего сомнения отскакивает, как резиновый мяч от железа...

    — Ежов · книга
19. «

    Не всегда правдой душу вылечишь.

    Не всегда правдой душу вылечишь.

    — Лука · книга
20. «

    Тюрьма — добру не научит, и Сибирь не научит... а человек — научит...

    Тюрьма — добру не научит, и Сибирь не научит... а человек — научит...

    — Лука · книга