Подборка · 26 цитат автора

Что говорила Маргарита Симоновна Симоньян: 26 цитат

Ниже 26 цитат Маргариты Симоновны Симоньяна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

Другие размеры:10 15 20 24 25 27 28 30 40 50 все варианты

Нет некрасивых людей, есть просто бедные.
Список стран, которые США бомбили после Второй Мировой Войны:
Как говорили в одном весёлом сочинском клубе: «Мир, труд, май! Это лучше, чем война, безработица, декабрь!» С праздником сограждане!
Ты же давно живешь в России? За четверть века ты мог заметить, что русские гораздо умнее, чем о них принято думать там где-то. Более того, сейчас скажу обидную тебе вещь, но ты не обижайся, я думаю, в глубине души ты согласишься. Русские в целом гораздо умнее, чем американцы в среднем. Образованнее точно. Поэтому русские думают, что это дело рук ЦРУ, когда это дело рук ЦРУ. Что бывает очень часто. А когда это не дело рук ЦРУ или скорее всего не дело рук ЦРУ — русские так не думают.
Ты же давно живешь в России? За четверть века ты мог заметить, что русские гораздо умнее, чем о них принято думать там где-то. Более того, сейчас скажу обидную тебе вещь, но ты не обижайся, я думаю, в глубине души ты согласишься. Русские в целом гораздо умнее, чем американцы в среднем. Образованнее точно. Поэтому русские думают, что это дело рук ЦРУ, когда это дело рук ЦРУ. Что бывает очень часто. А когда это не дело рук ЦРУ или скорее всего не дело рук ЦРУ — русские так не думают.
— Сейчас идет нарратив, что все катится к большой войне. У Вас, как у женщины с потрясающей интуицией, есть такое ощущение? — Нет. Это ощущение возникло после захода этих несчастных корабликов в наши воды. Оно резко усилилось. Я помню, что все: а-а-а-а, что это значит? Война? Ну и что? Ну немножко постреляли, ну Путин не встретился с Трампом. И что теперь? Кина не будет.
— Сейчас идет нарратив, что все катится к большой войне. У Вас, как у женщины с потрясающей интуицией, есть такое ощущение? — Нет. Это ощущение возникло после захода этих несчастных корабликов в наши воды. Оно резко усилилось. Я помню, что все: а-а-а-а, что это значит? Война? Ну и что? Ну немножко постреляли, ну Путин не встретился с Трампом. И что теперь? Кина не будет.
У нас был очень хороший разговор с Яковом Кедми о новом поколении. Мы не понимаем, чем так страшна идеология. Почему идеология такое страшное слово, что его даже в Конституции запретили. Почему мы сейчас упускаем момент, когда мы могли бы стать светочем новой-старой идеологии во всем мире? Ведь во что превращается мир? Всем антиутопистам от Замятина до Оруэлла и не снилось... — К 2024 году идеология будет основным вопросом — реплика Вл. Соловьева. Я надеюсь. Потому что никому из антиутопистов не снилось, что прилетит откуда не ждали. Что прилетит со стороны свободы. Что со стороны свободы придумают так называемую культуру отмены, или культуру исключения, современная форма остракизма, которая сейчас так распространена в США. Эта культура отмены уже сейчас привела мир к настоящему либеральному фашизму, который развивается все ярче. И я считаю, что мы просто обязаны не упустить свой шанс стать единственной в мире серьезной силой противодействия этому всему. Мы должны отстаивать настоящую свободу. Мы должны защищать свободу жить в том мире, в котором мы выросли, с теми традициями и ценностями, с которыми мы выросли, и свободу оставить эти ценности нашим детям.
У нас был очень хороший разговор с Яковом Кедми о новом поколении. Мы не понимаем, чем так страшна идеология. Почему идеология такое страшное слово, что его даже в Конституции запретили. Почему мы сейчас упускаем момент, когда мы могли бы стать светочем новой-старой идеологии во всем мире? Ведь во что превращается мир? Всем антиутопистам от Замятина до Оруэлла и не снилось... — К 2024 году идеология будет основным вопросом — реплика Вл. Соловьева. Я надеюсь. Потому что никому из антиутопистов не снилось, что прилетит откуда не ждали. Что прилетит со стороны свободы. Что со стороны свободы придумают так называемую культуру отмены, или культуру исключения, современная форма остракизма, которая сейчас так распространена в США. Эта культура отмены уже сейчас привела мир к настоящему либеральному фашизму, который развивается все ярче. И я считаю, что мы просто обязаны не упустить свой шанс стать единственной в мире серьезной силой противодействия этому всему. Мы должны отстаивать настоящую свободу. Мы должны защищать свободу жить в том мире, в котором мы выросли, с теми традициями и ценностями, с которыми мы выросли, и свободу оставить эти ценности нашим детям.
А этим... друзьям нашим — «не друзьям» огромное спасибо за то, что на фронте ни у кого нет вопросов — с кем мы воюем. Ведь они убрали из этой тяжёлой моральной дилеммы нашей главную, собственно говоря, её тяжесть. Они убрали нашу главную горечь, боль и может быть, даже комплекс с самого начала этой СВО, которая заключалась в ощущении, что мы воюем с братским народом. Правда? Ведь было такое в самом начале... А теперь у кого-то из тех, кто следит за ситуацией, есть хоть малейшее ощущение, что мы воюем с Украиной, с украинцами... или вообще за Украину? С каждым днём Украина становится всё меньше и меньше тут при чём. А ощущение появляется, что это было неизбежно, в любом случае, и даже, может быть, не на Украине. И подготовка к этому велась. И откровения мы эти слышим каждый день.
А этим... друзьям нашим — «не друзьям» огромное спасибо за то, что на фронте ни у кого нет вопросов — с кем мы воюем. Ведь они убрали из этой тяжёлой моральной дилеммы нашей главную, собственно говоря, её тяжесть. Они убрали нашу главную горечь, боль и может быть, даже комплекс с самого начала этой СВО, которая заключалась в ощущении, что мы воюем с братским народом. Правда? Ведь было такое в самом начале... А теперь у кого-то из тех, кто следит за ситуацией, есть хоть малейшее ощущение, что мы воюем с Украиной, с украинцами... или вообще за Украину? С каждым днём Украина становится всё меньше и меньше тут при чём. А ощущение появляется, что это было неизбежно, в любом случае, и даже, может быть, не на Украине. И подготовка к этому велась. И откровения мы эти слышим каждый день.
Я заметно обогатила словарь русских политологов. Меня цитируют, например я про президента украины придумала термин, чем я очень горжусь. Сейчас этот термин уже везде,"просроченный". Когда он выборы отменил, если вы помните, то мы теперь только так его называем:"Просроченный". Менее знаменитое :"Отчаянье лошары". У него последняя стадия наркотического бреда, я не разбираюсь ни в наркотиках, ни в стадиях бреда. Или моё «литература на бегу», не переводимое на западе: «Ибо неча»! У нас на Кубани так говорят: «Ибо неча». Ну понятно же, о чём намекают и что это значит. Последнее введённое в политический лексикон, обозначение «Хозлы». Ну это просто, хозлы — это хохлы, которые козлы. Потому что, хохлы, которые просто хохлы, какие к ним претензии? Гоголь с гордостью говорил о себе, что он сам не знает сколько в нём больше русской крови: хохлатской или русской. Это, если мне память не изменяет дословная цитата. Поэтому я не вижу в этом ничего оскорбительного, надеюсь мои друзья украинцы, с которыми я общалась, тоже не видели в слове хохлы ничего оскорбительного. А «хозлы» — это вот которые сейчас, с которыми мы воюем — это хозлы, а остальные это наши. Западные аналитики, почему то считают что, со мной советуется правительство, и мои речи разбирают, где важен не только текст, но и контекст и даже подтекст. Если я возглавляю подразделение российской разведки, с первых часов его существования, значит я уже должна быть в погонах, я уже генералом по идее должна быть, но чё то нет... Не хорошо.
Я заметно обогатила словарь русских политологов. Меня цитируют, например я про президента украины придумала термин, чем я очень горжусь. Сейчас этот термин уже везде,"просроченный". Когда он выборы отменил, если вы помните, то мы теперь только так его называем:"Просроченный". Менее знаменитое :"Отчаянье лошары". У него последняя стадия наркотического бреда, я не разбираюсь ни в наркотиках, ни в стадиях бреда. Или моё «литература на бегу», не переводимое на западе: «Ибо неча»! У нас на Кубани так говорят: «Ибо неча». Ну понятно же, о чём намекают и что это значит. Последнее введённое в политический лексикон, обозначение «Хозлы». Ну это просто, хозлы — это хохлы, которые козлы. Потому что, хохлы, которые просто хохлы, какие к ним претензии? Гоголь с гордостью говорил о себе, что он сам не знает сколько в нём больше русской крови: хохлатской или русской. Это, если мне память не изменяет дословная цитата. Поэтому я не вижу в этом ничего оскорбительного, надеюсь мои друзья украинцы, с которыми я общалась, тоже не видели в слове хохлы ничего оскорбительного. А «хозлы» — это вот которые сейчас, с которыми мы воюем — это хозлы, а остальные это наши. Западные аналитики, почему то считают что, со мной советуется правительство, и мои речи разбирают, где важен не только текст, но и контекст и даже подтекст. Если я возглавляю подразделение российской разведки, с первых часов его существования, значит я уже должна быть в погонах, я уже генералом по идее должна быть, но чё то нет... Не хорошо.
Свобода слова заканчивается там, где она покушается на права. Потому что есть не только свободы, а есть права. У нас у всех есть право на жизнь, есть право на безопасность, есть право на отсутствие гражданской войны, есть право спокойно воспитывать своих детей.
Свобода слова заканчивается там, где она покушается на права. Потому что есть не только свободы, а есть права. У нас у всех есть право на жизнь, есть право на безопасность, есть право на отсутствие гражданской войны, есть право спокойно воспитывать своих детей.
Ты спрашиваешь (обращаясь к Владимиру Соловьеву) что умеет делать Америка. Америка умеет с разной степенью эффективности вмешиваться в дела других стран. У меня нет сомнений, что сейчас они вмешаются в успех распространения нашей вакцины. Уже есть информация, что скоро объявятся смерти от нашей вакцины, появятся фотографии. Они так делают всегда.
Ты спрашиваешь (обращаясь к Владимиру Соловьеву) что умеет делать Америка. Америка умеет с разной степенью эффективности вмешиваться в дела других стран. У меня нет сомнений, что сейчас они вмешаются в успех распространения нашей вакцины. Уже есть информация, что скоро объявятся смерти от нашей вакцины, появятся фотографии. Они так делают всегда.
«Скучно жить, мой Евгений! Куда ни странствуй, всюду жестокость и глупость скажут: здравствуй!» И не только жестокость и глупость, но ещё и вопиющее, потрясающее лицемерие. <...> А что касается газа... Ну нет у вас газа! Нечем вам топить! Вы замёрзнете! Десятки тысяч британских пенсионеров гибнут от холода каждый год, каждую зиму в собственных домах и так. Это их собственная статистика. Они считают хорошим достижением, когда погибло двадцать тысяч за зиму, потому что люди вынуждены выбирать между тем, ему что-то купить себе поесть или оплатить свой дом, свою квартиру. Они не могут платить и погибают, замерзают насмерть в Великобритании. Что вы устроили? Зачем? Сами на свою голову.
«Скучно жить, мой Евгений! Куда ни странствуй, всюду жестокость и глупость скажут: здравствуй!» И не только жестокость и глупость, но ещё и вопиющее, потрясающее лицемерие. <...> А что касается газа... Ну нет у вас газа! Нечем вам топить! Вы замёрзнете! Десятки тысяч британских пенсионеров гибнут от холода каждый год, каждую зиму в собственных домах и так. Это их собственная статистика. Они считают хорошим достижением, когда погибло двадцать тысяч за зиму, потому что люди вынуждены выбирать между тем, ему что-то купить себе поесть или оплатить свой дом, свою квартиру. Они не могут платить и погибают, замерзают насмерть в Великобритании. Что вы устроили? Зачем? Сами на свою голову.
Свобода приходит нагая, Бросая на сердце цветы, И мы с нею в ногу шагая Беседуем с небом на ты. Пусть девы споют у оконца Меж песен о древнем походе, О верноподанном Солнца Самосвободном народе.
О мигрантах. Европа не знает, что с этим делать. Европа не так цинична как Америка. И население у нее более осведомлено. Население Америка не знает, как правило, ничего и ни о чем. Спустя 20 лет после бомбардировок Югославии люди в Америке, в том числе в семье, где я жила, вообще об этом не слышали. Американская власть циничнее, хотя бы потому, какой чудовищный кризис происходит на границах США. И лицемерно это выглядит еще и потому, что Америка полностью основана мигрантами. первые мигрнты туда ехали не от хорошей жизни. Первоначально это гонимые по религиозному признаку люди. И что эта Америка делает сейчас? Никто в мире не обращается с беженцами так чудовищно, как это сейчас делает Америка. Беженцы — это все-таки не путешественники. Это даже не трудовые мигранты. Люди не от хорошей жизни уезжают, торчат при нулевой температуре под световыми пушками, под угрозой водометов, с маленькими детьми. И торчат на этой границе. Почему? Со своих насиженных мест. Им плохо жилось? Им хорошо жилось когда-то. Пока Европа и Америка не разрушили их стабильность, их будущее, будущее их стран. Люди на белорусско-польской границе — жертвы тех стран, куда они стремятся. Обращаются так с жертвами в цивилизованном мире? Я соглашусь с Марией Захаровой, что произошел массовый отказ от провозглашенных ценностей. Я только добавлю, что этот массовый отказ произошел не сейчас, а в момент их провозглашения. На самом деле их никогда и не было.
О мигрантах. Европа не знает, что с этим делать. Европа не так цинична как Америка. И население у нее более осведомлено. Население Америка не знает, как правило, ничего и ни о чем. Спустя 20 лет после бомбардировок Югославии люди в Америке, в том числе в семье, где я жила, вообще об этом не слышали. Американская власть циничнее, хотя бы потому, какой чудовищный кризис происходит на границах США. И лицемерно это выглядит еще и потому, что Америка полностью основана мигрантами. первые мигрнты туда ехали не от хорошей жизни. Первоначально это гонимые по религиозному признаку люди. И что эта Америка делает сейчас? Никто в мире не обращается с беженцами так чудовищно, как это сейчас делает Америка. Беженцы — это все-таки не путешественники. Это даже не трудовые мигранты. Люди не от хорошей жизни уезжают, торчат при нулевой температуре под световыми пушками, под угрозой водометов, с маленькими детьми. И торчат на этой границе. Почему? Со своих насиженных мест. Им плохо жилось? Им хорошо жилось когда-то. Пока Европа и Америка не разрушили их стабильность, их будущее, будущее их стран. Люди на белорусско-польской границе — жертвы тех стран, куда они стремятся. Обращаются так с жертвами в цивилизованном мире? Я соглашусь с Марией Захаровой, что произошел массовый отказ от провозглашенных ценностей. Я только добавлю, что этот массовый отказ произошел не сейчас, а в момент их провозглашения. На самом деле их никогда и не было.
Дорогое ЦРУ! То, что вы тут понаписали, полный незачёт. Тема не раскрыта, источники не названы, разведданные устаревшие и/или неверные, реферат оформлен ученически. У нас в разведшколе вас бы розгами высекли за такую халтуру. А это, между прочим, больно.
Дорогое ЦРУ! То, что вы тут понаписали, полный незачёт. Тема не раскрыта, источники не названы, разведданные устаревшие и/или неверные, реферат оформлен ученически. У нас в разведшколе вас бы розгами высекли за такую халтуру. А это, между прочим, больно.
– Это случалось, такое, вот всего несколько раз за вашу историю, когда какой-то независимый кандидат вдруг дошёл – ну конечно, он никогда не победил, но вдруг дошёл. После этого ещё большими обложили всё это подушками безопасности, чтобы это всегда была конкуренция между правой и левой рукой одного и того же организма. Почему это при этом называется выборами? И нам этим тычут в лицо: «Вот видите, у вас заранее понятно, что Путин, а у нас до конца непонятно». У вас заранее понятно, что республиканец или демократ. Точка! А других, что нету? Есть, но... – Но они разные, вот в чём дело! Они разные. Сравнивать Байдена с Трампом – ну это смешно. Это два полюса, две противоположности... – Они разные, Майкл, с точки зрения некоторых деталей внутренней политики. Они совершенно одинаковые с точки зрения внешнего мира. Например, России. Трамп, который обещал, что будет дружит с Путиным, будет дружить с Россией, ввёл санкций против России больше, чем его предшественник. Обама, который два срока подряд обещал, что он закроет базу в Гуантанамо. Позволил ему ваш «Deep State», тот который на самом деле управляет страной, за два срока её закрыть? Нет. Там, где она была, там она и находится. <...> Система, которая тебя продвинула, не позволит тебе сделать ничего существенного. Это всё мелочи, которыми вам затуманивают взор и вас оглушают: «Посмотрите какие они разные». Когда ты смотришь на них со стороны — лицом к лицу, лица не увидать, большое видится на расстоянии. Так вот, на расстоянии видно, что они одинаковые.
– Это случалось, такое, вот всего несколько раз за вашу историю, когда какой-то независимый кандидат вдруг дошёл – ну конечно, он никогда не победил, но вдруг дошёл. После этого ещё большими обложили всё это подушками безопасности, чтобы это всегда была конкуренция между правой и левой рукой одного и того же организма. Почему это при этом называется выборами? И нам этим тычут в лицо: «Вот видите, у вас заранее понятно, что Путин, а у нас до конца непонятно». У вас заранее понятно, что республиканец или демократ. Точка! А других, что нету? Есть, но... – Но они разные, вот в чём дело! Они разные. Сравнивать Байдена с Трампом – ну это смешно. Это два полюса, две противоположности... – Они разные, Майкл, с точки зрения некоторых деталей внутренней политики. Они совершенно одинаковые с точки зрения внешнего мира. Например, России. Трамп, который обещал, что будет дружит с Путиным, будет дружить с Россией, ввёл санкций против России больше, чем его предшественник. Обама, который два срока подряд обещал, что он закроет базу в Гуантанамо. Позволил ему ваш «Deep State», тот который на самом деле управляет страной, за два срока её закрыть? Нет. Там, где она была, там она и находится. <...> Система, которая тебя продвинула, не позволит тебе сделать ничего существенного. Это всё мелочи, которыми вам затуманивают взор и вас оглушают: «Посмотрите какие они разные». Когда ты смотришь на них со стороны — лицом к лицу, лица не увидать, большое видится на расстоянии. Так вот, на расстоянии видно, что они одинаковые.
— Майкл Бом
На этой неделе я вела увлекательные беседы с журналистом одного из самых уважаемых американских телеканалов. Он мастерил расследование о том, как Кремль убил Кара-Мурзу. Несмотря на плохо скрываемую надежду (чтобы не сказать вожделение), с которой многие ждали смерти Кара-Мурзы, он, слава Богу, выжил. Говорят, его уже даже переводят из реанимации. Я, безусловно, желаю ему только здоровья. Американского расследования теперь, наверно, не будет. Не умер же, чё!?! Тот журналист, кстати, уговаривал меня прилететь в Лондон, чтобы поговорить на эту тему. «Тут же шоппинг классный, прилетайте хоть на полдня», — написал он мне. Я ответила: «Шоппинг меня не интересует. Как вы знаете, нас всех тут заставляют носить военную форму». Он не удивился. Реально – не удивился. Он думает, что это вполне может быть правдой. Потому что они сами себя убедили, что мы ненормальные. Давным-давно и очень надолго.
На этой неделе я вела увлекательные беседы с журналистом одного из самых уважаемых американских телеканалов. Он мастерил расследование о том, как Кремль убил Кара-Мурзу. Несмотря на плохо скрываемую надежду (чтобы не сказать вожделение), с которой многие ждали смерти Кара-Мурзы, он, слава Богу, выжил. Говорят, его уже даже переводят из реанимации. Я, безусловно, желаю ему только здоровья. Американского расследования теперь, наверно, не будет. Не умер же, чё!?! Тот журналист, кстати, уговаривал меня прилететь в Лондон, чтобы поговорить на эту тему. «Тут же шоппинг классный, прилетайте хоть на полдня», — написал он мне. Я ответила: «Шоппинг меня не интересует. Как вы знаете, нас всех тут заставляют носить военную форму». Он не удивился. Реально – не удивился. Он думает, что это вполне может быть правдой. Потому что они сами себя убедили, что мы ненормальные. Давным-давно и очень надолго.
Смерть неизбежна, смерть ждёт нас всех. И совершенно не факт, что лучше умереть немощным человеком от какой-нибудь тяжелой, длинной и ужасной болезни, чем вот так, ещё и за правильное и важное дело.
Отпустили нашего Костю. Ибо неча.
Это была «Перекличка своих». Она со всей очевидностью показали и доказали, что мы вообще-то другие. Другие, чем они. Есть такая Пирамида потребностей Маслоу, известный у них американский психолог, который утверждает, это взято на веру всем западным миром, на этом базируются экономические теории потребления... Он утверждает, что базовые потребности любого человека, они физиологические: поесть, попить, потрахатся, и если у человека нет хлеба, то он будет думать только о хлебе и больше ни о чём. Дальше он ставит потребность безопасности, любви, самореализации, достижение каких — то целей. А у нас? Наша базовая потребность — честь и достоинство. И на этом построена наша внутренняя культура, наша история и литература. Которая и составляет собственно менталитет нации. Наша литература зиждется не на том, сколько денег заработало и потеряло семейство Будденброков, как немецкая литература; не на том, сколько было любовников у госпожи Бовари и как она страдала по одному или другому, как французская литература; не на бесконечных поисках себя и шансе разбогатеть, как американская литература; не на этом очаровательном высокомерии, как английская литература. Она зиждется на том, как в рассказе Куприна «Брегет», как поручик Чекмарёв покончил с собой потому, что он написал в предсмертной записке: «У меня остался выбор между смертью и позором. И в такой ситуации, я конечно, не могу выбрать позор». Когда смотришь на этих людей, ты это понимаешь. Вся наша революция была про достоинство. Это удивительно, нам рассказывали много лет, что дело вообще не в этом, дело в разнице классов, разнице достатка... Не в этом дело, посмотрите первый приказ Петросовета, требование которого и послужило основой для большевиков и революции. Там всего несколько пунктов написано: «Офицеры больше не смеют тыкать солдатам» — первый пункт; ещё один — «Не надо больше обращаться к офицерам Ваше Благородие». Так люди видели и защищали свою честь. Больше заняться нечем, революция, кровь, всё летит в тартарары, понимаете, эти люди боролись за своё достоинство. Это в нашему культурном коде. А этот знаменитый сюжет с борщом, сваренном на гнилом мясе на броненосце «Потёмкин»? Этот бунт был о достоинстве. Мы такие, нам важна честь, достоинство и Родина.
Это была «Перекличка своих». Она со всей очевидностью показали и доказали, что мы вообще-то другие. Другие, чем они. Есть такая Пирамида потребностей Маслоу, известный у них американский психолог, который утверждает, это взято на веру всем западным миром, на этом базируются экономические теории потребления... Он утверждает, что базовые потребности любого человека, они физиологические: поесть, попить, потрахатся, и если у человека нет хлеба, то он будет думать только о хлебе и больше ни о чём. Дальше он ставит потребность безопасности, любви, самореализации, достижение каких — то целей. А у нас? Наша базовая потребность — честь и достоинство. И на этом построена наша внутренняя культура, наша история и литература. Которая и составляет собственно менталитет нации. Наша литература зиждется не на том, сколько денег заработало и потеряло семейство Будденброков, как немецкая литература; не на том, сколько было любовников у госпожи Бовари и как она страдала по одному или другому, как французская литература; не на бесконечных поисках себя и шансе разбогатеть, как американская литература; не на этом очаровательном высокомерии, как английская литература. Она зиждется на том, как в рассказе Куприна «Брегет», как поручик Чекмарёв покончил с собой потому, что он написал в предсмертной записке: «У меня остался выбор между смертью и позором. И в такой ситуации, я конечно, не могу выбрать позор». Когда смотришь на этих людей, ты это понимаешь. Вся наша революция была про достоинство. Это удивительно, нам рассказывали много лет, что дело вообще не в этом, дело в разнице классов, разнице достатка... Не в этом дело, посмотрите первый приказ Петросовета, требование которого и послужило основой для большевиков и революции. Там всего несколько пунктов написано: «Офицеры больше не смеют тыкать солдатам» — первый пункт; ещё один — «Не надо больше обращаться к офицерам Ваше Благородие». Так люди видели и защищали свою честь. Больше заняться нечем, революция, кровь, всё летит в тартарары, понимаете, эти люди боролись за своё достоинство. Это в нашему культурном коде. А этот знаменитый сюжет с борщом, сваренном на гнилом мясе на броненосце «Потёмкин»? Этот бунт был о достоинстве. Мы такие, нам важна честь, достоинство и Родина.
Я уже попала в международный розыск за слова: «Россия-матушка, забери Донбасс домой!» И я хочу сказать: «Россия-матушка, забери домой и Херсон, и Запорожье». И пусть объявляют в межконтинентальный розыск. На здоровье! Херсон, Николаев, Запорожье нужно оставлять под нашим контролем навсегда. Там уже красные флаги, там уже российские стяги, там уже в школах начинают готовится к следующему учебному году по российской программе. Это что сейчас? Мы справимся с нацистами на «Азовстали», с бандерой, айдаром ещё какими-то палачами, и? И мы бросим там всех этих людей? Мы отдадим их обратно в эти крокодильи челюсти и забудем эти зверства? Все те свидетельства от людей просидевших два месяца в подвалах и рассказывая, как они относится к украинской власти, какие они мерзавцы, начиная с Зельца. Я даже цитировать это не могу по телевидению. Во-первых и во-вторых, не женское это дело, такие слова повторять. Это как же нужно было достать собственных граждан, имея все возможности пропаганды, имея страну совершенно закрытую от иной информации, что это вина России за такие трагедии. Люди злы, и ненавидят Украину. Мы не можем отдать их нацистам. Людей, которые смогли отвергнуть пропаганду, которая имеет невероятную мощь, люди уже в Японии думают, не все, но многие, что это не Америка бомбила атомным оружием, а Советский Союз, а если и бомбила Америка, то правильно сделала.
Я уже попала в международный розыск за слова: «Россия-матушка, забери Донбасс домой!» И я хочу сказать: «Россия-матушка, забери домой и Херсон, и Запорожье». И пусть объявляют в межконтинентальный розыск. На здоровье! Херсон, Николаев, Запорожье нужно оставлять под нашим контролем навсегда. Там уже красные флаги, там уже российские стяги, там уже в школах начинают готовится к следующему учебному году по российской программе. Это что сейчас? Мы справимся с нацистами на «Азовстали», с бандерой, айдаром ещё какими-то палачами, и? И мы бросим там всех этих людей? Мы отдадим их обратно в эти крокодильи челюсти и забудем эти зверства? Все те свидетельства от людей просидевших два месяца в подвалах и рассказывая, как они относится к украинской власти, какие они мерзавцы, начиная с Зельца. Я даже цитировать это не могу по телевидению. Во-первых и во-вторых, не женское это дело, такие слова повторять. Это как же нужно было достать собственных граждан, имея все возможности пропаганды, имея страну совершенно закрытую от иной информации, что это вина России за такие трагедии. Люди злы, и ненавидят Украину. Мы не можем отдать их нацистам. Людей, которые смогли отвергнуть пропаганду, которая имеет невероятную мощь, люди уже в Японии думают, не все, но многие, что это не Америка бомбила атомным оружием, а Советский Союз, а если и бомбила Америка, то правильно сделала.

20 из 26

Смотрите также

Все цитаты — Маргарита Симоновна Симоньян Все подборки — Маргарита Симоновна Симоньян Каталог подборок Авторы