115 фраз Мари Руткоски для статуса

Подборка из 115 цитат Мари Руткоски: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Я убью себя. Арин сделал шаг назад. — Ты этого не сделаешь. Однако в его глазах стоял страх. — Самоубийство — ради спасения чести. Всех валорианских детей учат, как это делается, когда мы достигаем определенного возраста. Отец показал мне, куда бить.

   — Я убью себя. Арин сделал шаг назад. — Ты этого не сделаешь. Однако в его глазах стоял страх. — Самоубийство — ради спасения чести. Всех валорианских детей учат, как это делается, когда мы достигаем определенного возраста. Отец показал мне, куда бить.

   — Кестрел · книга
2. «

   — Вопросы и ответы — весьма необычные ставки в «Клыке и Жале», — раздраженно заметила она. — В то время как спички — просто отличная ставка, их так волнительно выигрывать и проигрывать.

   — Вопросы и ответы — весьма необычные ставки в «Клыке и Жале», — раздраженно заметила она. — В то время как спички — просто отличная ставка, их так волнительно выигрывать и проигрывать.

   — Кестрел · книга
3. «

   — Он — раб. — Он — мужчина, так же как и я. Кестрел спешилась, встала лицом к лицу с Ронаном и солгала: — Он для меня никто.

   — Он — раб. — Он — мужчина, так же как и я. Кестрел спешилась, встала лицом к лицу с Ронаном и солгала: — Он для меня никто.

   — Кестрел · книга
4. «

   — Это мужчина или женщина? — Мужчина. — Почему же так важно, чтобы я с ним увиделась? Капитан пожал плечами. — Император не сказал. — Но кто это? Капитан тяжело переступил с ноги на ногу. — Я так же люблю сюрпризы, — сказала Кестрел, — как и император любит делиться своими маслами.

   — Это мужчина или женщина? — Мужчина. — Почему же так важно, чтобы я с ним увиделась? Капитан пожал плечами. — Император не сказал. — Но кто это? Капитан тяжело переступил с ноги на ногу. — Я так же люблю сюрпризы, — сказала Кестрел, — как и император любит делиться своими маслами.

   — Кестрел · книга
5. «

   — И, — голос Кестрел дрогнул, — если я выйду замуж, то за того, кого выберу. — Разумеется. Подойдет любой валорианец из нашего общества. «Справедливо», — решила Кестрел. — Я согласна.

   — И, — голос Кестрел дрогнул, — если я выйду замуж, то за того, кого выберу. — Разумеется. Подойдет любой валорианец из нашего общества. «Справедливо», — решила Кестрел. — Я согласна.

   — Кестрел · книга
6. «

   — Итак, они сдались, — продолжил он. — Предпочли жизнь в рабстве, нежели смерть. Они отдали нам свои корабли, и с ними наш флот стал сильнейшим в известном мире. Сейчас каждый валорианский солдат хорошо умеет управлять морским судном. Я позаботился, чтобы ты тоже этому научилась.

   — Итак, они сдались, — продолжил он. — Предпочли жизнь в рабстве, нежели смерть. Они отдали нам свои корабли, и с ними наш флот стал сильнейшим в известном мире. Сейчас каждый валорианский солдат хорошо умеет управлять морским судном. Я позаботился, чтобы ты тоже этому научилась.

   — Поцелуй победителя · книга
7. «

   — Ты можешь не считать меня своим другом, — сказала Кестрел Арину, — но я тебя своим считаю.

   — Ты можешь не считать меня своим другом, — сказала Кестрел Арину, — но я тебя своим считаю.

   — Кестрел · книга
8. «

   Он мог легко уничтожить рояль. Он был таким большим, а она — маленькой и не могла заслонить собой инструмент. Если бы она встала перед клавишами, он бы разбил корпус. Разломал молоточки, порвал тросы. — Я ненавижу тебя, — сказала она, — и мама бы тоже ненавидела. Позже Кестрел поняла, что его остановил не ее несчастный голос. Не слезы на ее щеках. Он видел, как взрослые мужчины и женщины рыдали еще сильнее. Не потому он опустил булаву. Но даже сейчас Кестрел не знала, что заставило его: любовь к дочери или любовь к покойнице.

   Он мог легко уничтожить рояль. Он был таким большим, а она — маленькой и не могла заслонить собой инструмент. Если бы она встала перед клавишами, он бы разбил корпус. Разломал молоточки, порвал тросы. — Я ненавижу тебя, — сказала она, — и мама бы тоже ненавидела. Позже Кестрел поняла, что его остановил не ее несчастный голос. Не слезы на ее щеках. Он видел, как взрослые мужчины и женщины рыдали еще сильнее. Не потому он опустил булаву. Но даже сейчас Кестрел не знала, что заставило его: любовь к дочери или любовь к покойнице.

   — Кестрел · книга
9. «

   — Плут ненавидит Кестрел, — сказала Сарсин. — Разумеется, ненавидит. Она — дочь генерала. — Нет, дело не только в этом. Это ненависть тот, кто не может добиться желаемого.

   — Плут ненавидит Кестрел, — сказала Сарсин. — Разумеется, ненавидит. Она — дочь генерала. — Нет, дело не только в этом. Это ненависть тот, кто не может добиться желаемого.

   — Арин · книга
10. «

    — Одевайся, — сказал Арин. — Выйди. Он покачал головой: — Я не буду смотреть. — Правильно. Не будешь, потому что сейчас ты выйдешь. — Я не могу оставить тебя одну. — Не глупи. Что я могу сделать, в одиночку отвоевать город обратно, не выходя из своей гардеробной? Арин провел рукой по волосам. — Ты можешь убить себя. Кестрел горько ответила: — Я думала, по тому, как я позволила тебе и твоему другу распоряжаться мной, было понятно, что я хочу остаться в живых. — Ты могла передумать. — И как именно я смогу это провернуть? — Например, повеситься на своем ремне для кинжала. — Так забери его. — Ты используешь одежду. Лосины.

    — Одевайся, — сказал Арин. — Выйди. Он покачал головой: — Я не буду смотреть. — Правильно. Не будешь, потому что сейчас ты выйдешь. — Я не могу оставить тебя одну. — Не глупи. Что я могу сделать, в одиночку отвоевать город обратно, не выходя из своей гардеробной? Арин провел рукой по волосам. — Ты можешь убить себя. Кестрел горько ответила: — Я думала, по тому, как я позволила тебе и твоему другу распоряжаться мной, было понятно, что я хочу остаться в живых. — Ты могла передумать. — И как именно я смогу это провернуть? — Например, повеситься на своем ремне для кинжала. — Так забери его. — Ты используешь одежду. Лосины.

    — Кестрел · книга
11. «

    Перемирие. Перемирие, которое Кестрел передала ему у стен города. Оноспасло Арину жизнь. Почему Арин так долго сомневался, что именно Кестрелспасла его?«Глупец», — снова проговорил голос.

    Перемирие. Перемирие, которое Кестрел передала ему у стен города. Оноспасло Арину жизнь. Почему Арин так долго сомневался, что именно Кестрелспасла его?«Глупец», — снова проговорил голос.

    — Арин · книга
12. «

    — Ты знаешь, как играть в «Клык и Жало»? — спросила она. — Возможно. — Либо ты знаешь, либо нет. — В любом случае это не имеет значения. Кестрел нетерпеливо вздохнула. — И почему же? Его зубы сверкнули в неярком вечернем свете. — Потому что ты не захочешь играть со мной.

    — Ты знаешь, как играть в «Клык и Жало»? — спросила она. — Возможно. — Либо ты знаешь, либо нет. — В любом случае это не имеет значения. Кестрел нетерпеливо вздохнула. — И почему же? Его зубы сверкнули в неярком вечернем свете. — Потому что ты не захочешь играть со мной.

    — Кестрел · книга
13. «

    Арин сказал: — Самое время для того, чтобы мой народ научился чему-то от твоего. Ведь вы, в конце концов, завоевали половину известного мира. Как думаешь, Кестрел? Из меня получился бы хороший валорианец? — Нет. — Нет? Даже когда я придумываю такие гениальные стратегии, что мой генерал крадет их? — И кем же ты можешь быть, раз позволяешь ему? Кестрел встала, прямая и стройная, как меч. — Я — лжец, — медленно ответил ей Арин. — Трус. У меня нет чести.

    Арин сказал: — Самое время для того, чтобы мой народ научился чему-то от твоего. Ведь вы, в конце концов, завоевали половину известного мира. Как думаешь, Кестрел? Из меня получился бы хороший валорианец? — Нет. — Нет? Даже когда я придумываю такие гениальные стратегии, что мой генерал крадет их? — И кем же ты можешь быть, раз позволяешь ему? Кестрел встала, прямая и стройная, как меч. — Я — лжец, — медленно ответил ей Арин. — Трус. У меня нет чести.

    — Кестрел · книга
14. «

    — Кроме того, — продолжила девушка, — я бы не хотела упустить такуювозможность. Вы же знаете, что дворяне и губернаторы провинций заплатят чемугодно — услугами, информацией, золотом — ради того, чтобы получить лучшиеместа на свадьбе. Загадка того, что я надену, и какая музыка будет звучать, отвлечет внимание империи. Никто не заметит, если вы примете политическоерешение, которое бы в ином случае повергло тысячи людей в ярость. На вашемместе я бы не стала торопить свадьбу, а воспользовалась всеми выгодамипродолжительной помолвки.

    — Кроме того, — продолжила девушка, — я бы не хотела упустить такуювозможность. Вы же знаете, что дворяне и губернаторы провинций заплатят чемугодно — услугами, информацией, золотом — ради того, чтобы получить лучшиеместа на свадьбе. Загадка того, что я надену, и какая музыка будет звучать, отвлечет внимание империи. Никто не заметит, если вы примете политическоерешение, которое бы в ином случае повергло тысячи людей в ярость. На вашемместе я бы не стала торопить свадьбу, а воспользовалась всеми выгодамипродолжительной помолвки.

    — Кестрел · книга
15. «

    — Я назвала его еще в юном возрасте. Раб поднял на нее взгляд. — Ты и сейчас юна. — Тогда я была столь юна, что хотела произвести впечатление на отца.

    — Я назвала его еще в юном возрасте. Раб поднял на нее взгляд. — Ты и сейчас юна. — Тогда я была столь юна, что хотела произвести впечатление на отца.

    — Кестрел · книга
16. «

    — Сейчас не время показывать слабость. — Я знаю. Он проверил ремни на ее предплечьях, бедрах и голенях, одернув кожаные полоски, которые прикрепляли к ее телу небольшие ножи. — Держись от Айрекса на расстоянии, — тихо произнес он, хотя в непосредственной близости никого не было: люди отошли, позволяя им поговорить наедине — это был знак уважения к генералу. — Твоя лучшая возможность — превратить это в соревнование по метанию ножей. Уворачивайся от его, бросай свои. Возможно, тебе удастся первой заставить пролиться кровь. Заставь его опустошить ножны. Если вы оба потеряете все шесть Игл, дуэль заканчивается ничьей. — Он поправил ее жакет. — Не допусти, чтобы это превратилось в рукопашную.

    — Сейчас не время показывать слабость. — Я знаю. Он проверил ремни на ее предплечьях, бедрах и голенях, одернув кожаные полоски, которые прикрепляли к ее телу небольшие ножи. — Держись от Айрекса на расстоянии, — тихо произнес он, хотя в непосредственной близости никого не было: люди отошли, позволяя им поговорить наедине — это был знак уважения к генералу. — Твоя лучшая возможность — превратить это в соревнование по метанию ножей. Уворачивайся от его, бросай свои. Возможно, тебе удастся первой заставить пролиться кровь. Заставь его опустошить ножны. Если вы оба потеряете все шесть Игл, дуэль заканчивается ничьей. — Он поправил ее жакет. — Не допусти, чтобы это превратилось в рукопашную.

    — Поцелуй победителя · книга
17. «

    — Что ж... — А догадки? Например, — она постучала пальцами по столу чёрного дерева, будто сыграв аккорд, — я предполагаю, что мы направляемся в тюрьму. — Это было не так уж сложно, миледи. — Мне стоит попробовать что-нибудь посложнее? Ваши руки чистые, но ботинкигрязные. Немного забрызганные. Пятна блестящие, только что высохли. Кровь? Он заинтересовался. Ему понравилась эта игра. — Как я погляжу, сегодня вы встали даже раньше, чем я, — сказала Кестрел.— И вы были заняты. Как противоречат, однако, кровь на ваших ботинках иэтот запах... тонкий аромат. Ветивер. Дорогой. Нотка амбры. Слабый отзвукперца. О, капитан. Неужели вы... одалживали у императора душистое масло? Удовольствие исчезло с его лица. — Я считаю, такая хорошая догадка заслуживает намёка, капитан. Он вздохнул. — Я отведу вас к заключённому-геранцу.

    — Что ж... — А догадки? Например, — она постучала пальцами по столу чёрного дерева, будто сыграв аккорд, — я предполагаю, что мы направляемся в тюрьму. — Это было не так уж сложно, миледи. — Мне стоит попробовать что-нибудь посложнее? Ваши руки чистые, но ботинкигрязные. Немного забрызганные. Пятна блестящие, только что высохли. Кровь? Он заинтересовался. Ему понравилась эта игра. — Как я погляжу, сегодня вы встали даже раньше, чем я, — сказала Кестрел.— И вы были заняты. Как противоречат, однако, кровь на ваших ботинках иэтот запах... тонкий аромат. Ветивер. Дорогой. Нотка амбры. Слабый отзвукперца. О, капитан. Неужели вы... одалживали у императора душистое масло? Удовольствие исчезло с его лица. — Я считаю, такая хорошая догадка заслуживает намёка, капитан. Он вздохнул. — Я отведу вас к заключённому-геранцу.

    — Кестрел · книга
18. «

    — Не многовато ли вина для этого времени суток? — Я надеюсь напоить тебя им и заставить рассказать о том, о чем ты не будешь сожалеть. Кестрел сделала глоток, наблюдая, как Ронан наполняет второй бокал, и произнесла: — А за себя ты не боишься? Он выпил. — С чего бы это? — Может быть, ты сам проговоришься о том, о чем не хотел бы. Насколько я знаю, ты был с визитом у леди Фарис. — Ревность, Кестрел? — Нет. — Жаль, — вздохнул он. — Печальная же правда в том, что Фарис — лучший источник сплетен. — Которыми ты поделишься.

    — Не многовато ли вина для этого времени суток? — Я надеюсь напоить тебя им и заставить рассказать о том, о чем ты не будешь сожалеть. Кестрел сделала глоток, наблюдая, как Ронан наполняет второй бокал, и произнесла: — А за себя ты не боишься? Он выпил. — С чего бы это? — Может быть, ты сам проговоришься о том, о чем не хотел бы. Насколько я знаю, ты был с визитом у леди Фарис. — Ревность, Кестрел? — Нет. — Жаль, — вздохнул он. — Печальная же правда в том, что Фарис — лучший источник сплетен. — Которыми ты поделишься.

    — Кестрел · книга
19. «

    — Так, они настоящие? — Нет. — Откуда ты знаешь? — Они совершенно прозрачные, — объяснила Кестрел. — Ни одного изъяна. Десять кейстонов — слишком малая цена за топазы такого качества. Джесс могла бы заметить, что десять кейстонов — слишком много за стекляшки.

    — Так, они настоящие? — Нет. — Откуда ты знаешь? — Они совершенно прозрачные, — объяснила Кестрел. — Ни одного изъяна. Десять кейстонов — слишком малая цена за топазы такого качества. Джесс могла бы заметить, что десять кейстонов — слишком много за стекляшки.

    — Джесс (Jess) · книга
20. «

    — Кто Вы? — Я — леди Кестрел, — прохрипела она. Непрошеные, ужасные, неправильные, из нее вырвались заученные слова, и она не успела остановить их: — Дочь генерала Траяна. Геранцы захватили полуостров…

    — Кто Вы? — Я — леди Кестрел, — прохрипела она. Непрошеные, ужасные, неправильные, из нее вырвались заученные слова, и она не успела остановить их: — Дочь генерала Траяна. Геранцы захватили полуостров…

    — Кестрел · книга