121 цитат Мари Руткоски, которые цепляют

Подборка из 121 цитата Мари Руткоски: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Девушка скользнула в тени города. Будто была сотворена магия. Будто геранские боги отвернулись от своего народа. Никто не заметил Кестрел, пока она кралась вдоль стен, и не услышал, как под ее весом трескался лед на лужах. Ни один ночной бродяга не посмотрел ей в лицо и не узнал в ней валорианку. Никто не увидел дочь генерала. Кестрел достигла гавани и спустилась на пристань. Где ждал Арин.

   Девушка скользнула в тени города. Будто была сотворена магия. Будто геранские боги отвернулись от своего народа. Никто не заметил Кестрел, пока она кралась вдоль стен, и не услышал, как под ее весом трескался лед на лужах. Ни один ночной бродяга не посмотрел ей в лицо и не узнал в ней валорианку. Никто не увидел дочь генерала. Кестрел достигла гавани и спустилась на пристань. Где ждал Арин.

   — Кестрел · книга
2. «

   Арин словно забыл, что сидит за столом отца, а сменилось уже две поры года. Он забыл, что Тенсен ждет его слова. Арин снова был на арене. Он помнил, как смотрел на девчонку, испытывая ненависть столь же твердую, сколь ичистую. Как алмаз.

   Арин словно забыл, что сидит за столом отца, а сменилось уже две поры года. Он забыл, что Тенсен ждет его слова. Арин снова был на арене. Он помнил, как смотрел на девчонку, испытывая ненависть столь же твердую, сколь ичистую. Как алмаз.

   — Арин · книга
3. «

   — Книга. Надпись, которую я прочитала. Дуэль. То, как я обманула тебя. Отданный мною приказ посадить тебя под замок. Я повела себя бесчестно? Он скрестил руки на груди и покачал головой, ни на мгновение не отрывая глаз от деревьев. — Нет. Бог долгов знает, что я обязан тебе. — Тогда в чем дело? — Кестрел так сильно пыталась сдержаться и не спросить о слухах или девушке на рынке, что сказала что-то еще хуже: — Почему ты не смотришь на меня? — Мне нельзя с тобой даже говорить, — пробормотал Арин.

   — Книга. Надпись, которую я прочитала. Дуэль. То, как я обманула тебя. Отданный мною приказ посадить тебя под замок. Я повела себя бесчестно? Он скрестил руки на груди и покачал головой, ни на мгновение не отрывая глаз от деревьев. — Нет. Бог долгов знает, что я обязан тебе. — Тогда в чем дело? — Кестрел так сильно пыталась сдержаться и не спросить о слухах или девушке на рынке, что сказала что-то еще хуже: — Почему ты не смотришь на меня? — Мне нельзя с тобой даже говорить, — пробормотал Арин.

   — Кестрел · книга
4. «

   «Он покровительствует торговле, — говорила Инэй, — а значит, ипереговорам. А также тому, что скрыто. Обе стороны монеты сразу увидетьневозможно, верно, дитя? У бога денег всегда есть секреты». Бог денег был также покровителем шпионов.

   «Он покровительствует торговле, — говорила Инэй, — а значит, ипереговорам. А также тому, что скрыто. Обе стороны монеты сразу увидетьневозможно, верно, дитя? У бога денег всегда есть секреты». Бог денег был также покровителем шпионов.

   — Инэй · книга
5. «

   — Итак, они сдались, — продолжил он. — Предпочли жизнь в рабстве, нежели смерть. Они отдали нам свои корабли, и с ними наш флот стал сильнейшим в известном мире. Сейчас каждый валорианский солдат хорошо умеет управлять морским судном. Я позаботился, чтобы ты тоже этому научилась.

   — Итак, они сдались, — продолжил он. — Предпочли жизнь в рабстве, нежели смерть. Они отдали нам свои корабли, и с ними наш флот стал сильнейшим в известном мире. Сейчас каждый валорианский солдат хорошо умеет управлять морским судном. Я позаботился, чтобы ты тоже этому научилась.

   — Поцелуй победителя · книга
6. «

   «Счастье зависит от свободы, — часто говорил генерал, — а свобода зависит от мужества».

   «Счастье зависит от свободы, — часто говорил генерал, — а свобода зависит от мужества».

   — Поцелуй победителя · книга
7. «

   — Ран нет. Почему нет ран? — Он просто упал, — ответил мужчина. — Когда пушка выстрелила, взрыв сбил Плута с ног. Наверное, ударился головой. Арин дико рассмеялся. Шли первые минуты битвы, а командир уже лежал без сознания. Это едва ли было хорошим предзнаменованием.

   — Ран нет. Почему нет ран? — Он просто упал, — ответил мужчина. — Когда пушка выстрелила, взрыв сбил Плута с ног. Наверное, ударился головой. Арин дико рассмеялся. Шли первые минуты битвы, а командир уже лежал без сознания. Это едва ли было хорошим предзнаменованием.

   — Арин · книга
8. «

   Он увидел, как Кестрел дает цветок ребенку, на которого больше никто необращал внимания. Смотрел, как она жизнерадостно проиграла в карты пожилойвалорианке, над которой общество открыто смеялось, потому что, какговорили, она была слишком стара, чтобы это понять. Во время этой игры Арин стоял у Кестрел за спиной. Он видел, что еекомбинация была выигрышной. Он видел, что она честна с ним. Ее искренность была подобна чаше скристально чистой водой, которую он выпивал до дна. Он видел ее слезы, поблескивающие в темноте. Ее живой ум — острый и находчивый, который очень непросто было загнать втупик.

   Он увидел, как Кестрел дает цветок ребенку, на которого больше никто необращал внимания. Смотрел, как она жизнерадостно проиграла в карты пожилойвалорианке, над которой общество открыто смеялось, потому что, какговорили, она была слишком стара, чтобы это понять. Во время этой игры Арин стоял у Кестрел за спиной. Он видел, что еекомбинация была выигрышной. Он видел, что она честна с ним. Ее искренность была подобна чаше скристально чистой водой, которую он выпивал до дна. Он видел ее слезы, поблескивающие в темноте. Ее живой ум — острый и находчивый, который очень непросто было загнать втупик.

   — Кестрел · книга
9. «

   Джесс спросила: — Разве ты не хотела бы, чтобы мы стали сестрами? Кестрел дотронулась до одной из многих блестящих светлых кос Джесс. Она вытянула ее из высокой прически подруги и убрала обратно. — Мы уже сестры. — Настоящими сестрами.

   Джесс спросила: — Разве ты не хотела бы, чтобы мы стали сестрами? Кестрел дотронулась до одной из многих блестящих светлых кос Джесс. Она вытянула ее из высокой прически подруги и убрала обратно. — Мы уже сестры. — Настоящими сестрами.

   — Кестрел · книга
10. «

    Жизнь — это не ваши геранские сказки о богах, злодеях, героях и их великих жертвах, — сказала она. — Когда я была маленькой, они мне нравились. Уверена, тебе тоже. Там все лучше, чем на самом деле. В действительности люди принимают решения из корыстных соображений. Да, действительность не очень поэтична. — Девушка пожала плечами. — Как и высокомерие, которое заставляет кого-то думать, что весь мир вращается вокруг него.

    Жизнь — это не ваши геранские сказки о богах, злодеях, героях и их великих жертвах, — сказала она. — Когда я была маленькой, они мне нравились. Уверена, тебе тоже. Там все лучше, чем на самом деле. В действительности люди принимают решения из корыстных соображений. Да, действительность не очень поэтична. — Девушка пожала плечами. — Как и высокомерие, которое заставляет кого-то думать, что весь мир вращается вокруг него.

    — Преступление победителя · книга
11. «

    Он мог легко уничтожить рояль. Он был таким большим, а она — маленькой и не могла заслонить собой инструмент. Если бы она встала перед клавишами, он бы разбил корпус. Разломал молоточки, порвал тросы. — Я ненавижу тебя, — сказала она, — и мама бы тоже ненавидела. Позже Кестрел поняла, что его остановил не ее несчастный голос. Не слезы на ее щеках. Он видел, как взрослые мужчины и женщины рыдали еще сильнее. Не потому он опустил булаву. Но даже сейчас Кестрел не знала, что заставило его: любовь к дочери или любовь к покойнице.

    Он мог легко уничтожить рояль. Он был таким большим, а она — маленькой и не могла заслонить собой инструмент. Если бы она встала перед клавишами, он бы разбил корпус. Разломал молоточки, порвал тросы. — Я ненавижу тебя, — сказала она, — и мама бы тоже ненавидела. Позже Кестрел поняла, что его остановил не ее несчастный голос. Не слезы на ее щеках. Он видел, как взрослые мужчины и женщины рыдали еще сильнее. Не потому он опустил булаву. Но даже сейчас Кестрел не знала, что заставило его: любовь к дочери или любовь к покойнице.

    — Кестрел · книга
12. «

    Похоже, мы оба не стали теми, кем должны были стать по ожиданиям других.

    Похоже, мы оба не стали теми, кем должны были стать по ожиданиям других.

    — Кестрел · книга
13. «

    У тебя есть выбор. Закон гласит, что через три года ты должна выйти замуж, но не предопределяет за кого. В любом случае время есть. — Он в шутку толкнул ее плечом, как ребенок, начинающий драку ради забавы. — Время есть, и его достаточно, чтобы я успел убедить тебя сделать правильный выбор.

    У тебя есть выбор. Закон гласит, что через три года ты должна выйти замуж, но не предопределяет за кого. В любом случае время есть. — Он в шутку толкнул ее плечом, как ребенок, начинающий драку ради забавы. — Время есть, и его достаточно, чтобы я успел убедить тебя сделать правильный выбор.

    — Кестрел · книга
14. «

    — Что ты сказала? — прошептал Арин по-валориански, уставившись на Джесс. Та неуверенно переводила взгляд с него на Кестрел. — Бог лжи. Геранский бог. Ты же знаешь, у валорианцев нет богов. — Разумеется, у вас нет богов. У вас нет душ.

    — Что ты сказала? — прошептал Арин по-валориански, уставившись на Джесс. Та неуверенно переводила взгляд с него на Кестрел. — Бог лжи. Геранский бог. Ты же знаешь, у валорианцев нет богов. — Разумеется, у вас нет богов. У вас нет душ.

    — Джесс (Jess) · книга
15. «

    Знаешь, неважно, насколько хорошо ты поешь в девять лет, если ты — мальчик. Когда начинаются изменения, остается только надеяться на лучшее…надеяться, что твой голос станет таким, каким ты снова сможешь его полюбить. Мой голос начал ломаться через два года после вторжения. О боги, как я пищал. А когда мой голос установился, это казалось злой шуткой. Он был слишком хорош. Я не знал, что с ним делать. Я так радовался, что у меня есть этот дар…и злился, потому что он значил так мало. А теперь…

    Знаешь, неважно, насколько хорошо ты поешь в девять лет, если ты — мальчик. Когда начинаются изменения, остается только надеяться на лучшее…надеяться, что твой голос станет таким, каким ты снова сможешь его полюбить. Мой голос начал ломаться через два года после вторжения. О боги, как я пищал. А когда мой голос установился, это казалось злой шуткой. Он был слишком хорош. Я не знал, что с ним делать. Я так радовался, что у меня есть этот дар…и злился, потому что он значил так мало. А теперь…

    — Арин · книга
16. «

    «Говори», — шептали они. «Говори», — просил поцелуй.

    «Говори», — шептали они. «Говори», — просил поцелуй.

    — Поцелуй победителя · книга
17. «

    Она считала, что Арин — не тот, кем кажется. Он обладал телосложением человека, которому с детства приходилось тяжело работать, однако умел играть в валорианскую игру, и играть хорошо. Он говорил на ее языке так, будто старательно изучал его. Знал — или притворялся, что знает, — привычки геранской леди и расположение ее покоев. Спокойно и уверенно вел себя с жеребцом Кестрел, и хоть это, возможно, ничего не значило (он ни разу не ездил на Джавелине), но девушка знала, что до войны умение ездить верхом в геранском обществе было признаком высокого положения.

    Она считала, что Арин — не тот, кем кажется. Он обладал телосложением человека, которому с детства приходилось тяжело работать, однако умел играть в валорианскую игру, и играть хорошо. Он говорил на ее языке так, будто старательно изучал его. Знал — или притворялся, что знает, — привычки геранской леди и расположение ее покоев. Спокойно и уверенно вел себя с жеребцом Кестрел, и хоть это, возможно, ничего не значило (он ни разу не ездил на Джавелине), но девушка знала, что до войны умение ездить верхом в геранском обществе было признаком высокого положения.

    — Кестрел · книга
18. «

    — Давай будем играть на что-нибудь другое. Кестрел не убрала руку с крышки коробочки. Она снова задалась вопросом, что он мог предложить ей, что мог поставить, и ничего не смогла придумать. Арин сказал: — Если я выиграю, то задам вопрос, и ты ответишь на него. Она ощутила нервную дрожь. — Я могу солгать. Люди лгут. — Я готов рискнуть этим.

    — Давай будем играть на что-нибудь другое. Кестрел не убрала руку с крышки коробочки. Она снова задалась вопросом, что он мог предложить ей, что мог поставить, и ничего не смогла придумать. Арин сказал: — Если я выиграю, то задам вопрос, и ты ответишь на него. Она ощутила нервную дрожь. — Я могу солгать. Люди лгут. — Я готов рискнуть этим.

    — Кестрел · книга
19. «

    Кестрел поняла его условие. — Я могу это устроить. — Я хочу иметь привилегии домашнего раба. — Они твои. — И право одному ходить в город. Время от времени. — Чтобы встречаться с другом. — На самом деле, с любимой. Кестрел помедлила. — Отлично, — сказала она, наконец.

    Кестрел поняла его условие. — Я могу это устроить. — Я хочу иметь привилегии домашнего раба. — Они твои. — И право одному ходить в город. Время от времени. — Чтобы встречаться с другом. — На самом деле, с любимой. Кестрел помедлила. — Отлично, — сказала она, наконец.

    — Кестрел · книга
20. «

    — Прости меня, — сказал он. — Плут никогда не должен был стать для тебя угрозой. Тебя не должно даже быть в этом доме. Ты оказалась в этом положении, потому что я поставил тебя в него. Держу тебя здесь. Пожалуйста, прости меня. Ее пальцы, тонкие и сильные, замерли. Арин рискнул прикоснуться к ее ладони, и Кестрел не отняла.

    — Прости меня, — сказал он. — Плут никогда не должен был стать для тебя угрозой. Тебя не должно даже быть в этом доме. Ты оказалась в этом положении, потому что я поставил тебя в него. Держу тебя здесь. Пожалуйста, прости меня. Ее пальцы, тонкие и сильные, замерли. Арин рискнул прикоснуться к ее ладони, и Кестрел не отняла.

    — Кестрел · книга