Мари Руткоски — 41 цитата с глубоким смыслом

Подборка из 41 цитата Мари Руткоски: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Мои друзья мертвы? — спросила Кестрел. — Скажи мне. — Я скажу тебе тогда, когда ты, не сопротивляясь, позволишь мне посадить себя на эту лошадь и когда я усядусь позади тебя, а ты не придумаешь хитрых способов сбросить меня на землю или сбросить нас обоих. Я скажу тебе тогда, когда мы попадем в гавань.

   — Мои друзья мертвы? — спросила Кестрел. — Скажи мне. — Я скажу тебе тогда, когда ты, не сопротивляясь, позволишь мне посадить себя на эту лошадь и когда я усядусь позади тебя, а ты не придумаешь хитрых способов сбросить меня на землю или сбросить нас обоих. Я скажу тебе тогда, когда мы попадем в гавань.

   — Кестрел · книга
2. «

   «Он покровительствует торговле, — говорила Инэй, — а значит, ипереговорам. А также тому, что скрыто. Обе стороны монеты сразу увидетьневозможно, верно, дитя? У бога денег всегда есть секреты». Бог денег был также покровителем шпионов.

   «Он покровительствует торговле, — говорила Инэй, — а значит, ипереговорам. А также тому, что скрыто. Обе стороны монеты сразу увидетьневозможно, верно, дитя? У бога денег всегда есть секреты». Бог денег был также покровителем шпионов.

   — Инэй · книга
3. «

   — Так, они настоящие? — Нет. — Откуда ты знаешь? — Они совершенно прозрачные, — объяснила Кестрел. — Ни одного изъяна. Десять кейстонов — слишком малая цена за топазы такого качества. Джесс могла бы заметить, что десять кейстонов — слишком много за стекляшки.

   — Так, они настоящие? — Нет. — Откуда ты знаешь? — Они совершенно прозрачные, — объяснила Кестрел. — Ни одного изъяна. Десять кейстонов — слишком малая цена за топазы такого качества. Джесс могла бы заметить, что десять кейстонов — слишком много за стекляшки.

   — Джесс (Jess) · книга
4. «

   — Кем ты был до войны? Он приподнял бровь. — А ты? Лицо Лиры подернулось тенью. — Я не помню. Арин тоже солгал: — Как и я.

   — Кем ты был до войны? Он приподнял бровь. — А ты? Лицо Лиры подернулось тенью. — Я не помню. Арин тоже солгал: — Как и я.

   — Арин · книга
5. «

   Кестрел заставила себя успокоиться. Император не знал правду о том дне, когда она настояла на прекращении Геранского восстания. Никто не знал. ДажеАрин не догадывался, что она купила его свободу несколькими расчетливымисловами... и обещанием выйти замуж за наследника короны. Если бы Арин знал, то воспротивился бы. Он бы уничтожил сам себя. Если бы император знал, почему она сделала это, то уничтожил бы ее.

   Кестрел заставила себя успокоиться. Император не знал правду о том дне, когда она настояла на прекращении Геранского восстания. Никто не знал. ДажеАрин не догадывался, что она купила его свободу несколькими расчетливымисловами... и обещанием выйти замуж за наследника короны. Если бы Арин знал, то воспротивился бы. Он бы уничтожил сам себя. Если бы император знал, почему она сделала это, то уничтожил бы ее.

   — Кестрел · книга
6. «

   — У тебя нет веры в меня, раз ты считаешь, что Айрекс победит. Он запустил руку в свои короткие волосы. — Где во всем этом затерялась моя честь, Кестрел? Они встретились взглядами, и Кестрел узнала выражение его лица. Так он смотрел на нее с противоположной стороны стола за игрой в «Клык и Жало». Так он выглядел на арене, когда распорядитель торгов приказал ему спеть. Непокорство. Холодная решимость, которая обжигала кожу, подобно металлу зимой. Она поняла, что Арин остановит ее. Возможно, он сделает это хитро. Может быть, пойдет в тайне от нее к управляющему, расскажет ему о краже и вызове и настоит на том, чтобы предстать перед судом и Айрексом. Если этот план Арина не устроит, он придумает другой.

   — У тебя нет веры в меня, раз ты считаешь, что Айрекс победит. Он запустил руку в свои короткие волосы. — Где во всем этом затерялась моя честь, Кестрел? Они встретились взглядами, и Кестрел узнала выражение его лица. Так он смотрел на нее с противоположной стороны стола за игрой в «Клык и Жало». Так он выглядел на арене, когда распорядитель торгов приказал ему спеть. Непокорство. Холодная решимость, которая обжигала кожу, подобно металлу зимой. Она поняла, что Арин остановит ее. Возможно, он сделает это хитро. Может быть, пойдет в тайне от нее к управляющему, расскажет ему о краже и вызове и настоит на том, чтобы предстать перед судом и Айрексом. Если этот план Арина не устроит, он придумает другой.

   — Кестрел · книга
7. «

   Арин положил сверток на диван, где сидела Кестрел. — Новое платье означает, что на горизонте назревает важное событие.

   Арин положил сверток на диван, где сидела Кестрел. — Новое платье означает, что на горизонте назревает важное событие.

   — Арин · книга
8. «

   — Не многовато ли вина для этого времени суток? — Я надеюсь напоить тебя им и заставить рассказать о том, о чем ты не будешь сожалеть. Кестрел сделала глоток, наблюдая, как Ронан наполняет второй бокал, и произнесла: — А за себя ты не боишься? Он выпил. — С чего бы это? — Может быть, ты сам проговоришься о том, о чем не хотел бы. Насколько я знаю, ты был с визитом у леди Фарис. — Ревность, Кестрел? — Нет. — Жаль, — вздохнул он. — Печальная же правда в том, что Фарис — лучший источник сплетен. — Которыми ты поделишься.

   — Не многовато ли вина для этого времени суток? — Я надеюсь напоить тебя им и заставить рассказать о том, о чем ты не будешь сожалеть. Кестрел сделала глоток, наблюдая, как Ронан наполняет второй бокал, и произнесла: — А за себя ты не боишься? Он выпил. — С чего бы это? — Может быть, ты сам проговоришься о том, о чем не хотел бы. Насколько я знаю, ты был с визитом у леди Фарис. — Ревность, Кестрел? — Нет. — Жаль, — вздохнул он. — Печальная же правда в том, что Фарис — лучший источник сплетен. — Которыми ты поделишься.

   — Кестрел · книга
9. «

   — Расскажи мне о Геранской войне. — Мы возжелали заполучить эти земли задолго до того, как я завоевал их. Как только я сделал это, валорианские переселенцы с жадностью набросились на добычу. Десятилетиями геранцы хвастали богатствами своей страны, ее товарами, красотой, плодородной почвой — ее совершенством, чему также способствовало то, что государство находилось практически на острове. — Генерал пальцем обвел на карте полуостров, который почти со всех сторон был окружен южным морем, кроме одного места, где от остальной части континента страну отделял горный хребет. — Геранцы считали нас не более чем неразумными кровожадными варварами. Их любви к нам хватало, чтобы посылать к нашим землям торговые корабли с предметами роскоши. Казалось, они не подозревали, что алебастровая посуда или мешочек пряностей могут стать соблазном для императора.

   — Расскажи мне о Геранской войне. — Мы возжелали заполучить эти земли задолго до того, как я завоевал их. Как только я сделал это, валорианские переселенцы с жадностью набросились на добычу. Десятилетиями геранцы хвастали богатствами своей страны, ее товарами, красотой, плодородной почвой — ее совершенством, чему также способствовало то, что государство находилось практически на острове. — Генерал пальцем обвел на карте полуостров, который почти со всех сторон был окружен южным морем, кроме одного места, где от остальной части континента страну отделял горный хребет. — Геранцы считали нас не более чем неразумными кровожадными варварами. Их любви к нам хватало, чтобы посылать к нашим землям торговые корабли с предметами роскоши. Казалось, они не подозревали, что алебастровая посуда или мешочек пряностей могут стать соблазном для императора.

   — Кестрел · книга
10. «

    Знаешь, неважно, насколько хорошо ты поешь в девять лет, если ты — мальчик. Когда начинаются изменения, остается только надеяться на лучшее…надеяться, что твой голос станет таким, каким ты снова сможешь его полюбить. Мой голос начал ломаться через два года после вторжения. О боги, как я пищал. А когда мой голос установился, это казалось злой шуткой. Он был слишком хорош. Я не знал, что с ним делать. Я так радовался, что у меня есть этот дар…и злился, потому что он значил так мало. А теперь…

    Знаешь, неважно, насколько хорошо ты поешь в девять лет, если ты — мальчик. Когда начинаются изменения, остается только надеяться на лучшее…надеяться, что твой голос станет таким, каким ты снова сможешь его полюбить. Мой голос начал ломаться через два года после вторжения. О боги, как я пищал. А когда мой голос установился, это казалось злой шуткой. Он был слишком хорош. Я не знал, что с ним делать. Я так радовался, что у меня есть этот дар…и злился, потому что он значил так мало. А теперь…

    — Арин · книга
11. «

    — И, — голос Кестрел дрогнул, — если я выйду замуж, то за того, кого выберу. — Разумеется. Подойдет любой валорианец из нашего общества. «Справедливо», — решила Кестрел. — Я согласна.

    — И, — голос Кестрел дрогнул, — если я выйду замуж, то за того, кого выберу. — Разумеется. Подойдет любой валорианец из нашего общества. «Справедливо», — решила Кестрел. — Я согласна.

    — Кестрел · книга
12. «

    Карты не были любимой игрой девушки. Выигранного серебра не хватит, чтобы компенсировать даже малую часть стоимости ее шелкового платья, на котором остались затяжки от ящика, использованного ею как сидение. Но моряки были куда лучшими противниками, чем средний аристократ: они переворачивали карты с дикими трюками, ругались при проигрыше, ругались при выигрыше и вытягивали друг из друга последнюю монету. Кроме того, они жульничали. Это особенно нравилось Кестрел. Тогда обыгрывать их становилось сложнее.

    Карты не были любимой игрой девушки. Выигранного серебра не хватит, чтобы компенсировать даже малую часть стоимости ее шелкового платья, на котором остались затяжки от ящика, использованного ею как сидение. Но моряки были куда лучшими противниками, чем средний аристократ: они переворачивали карты с дикими трюками, ругались при проигрыше, ругались при выигрыше и вытягивали друг из друга последнюю монету. Кроме того, они жульничали. Это особенно нравилось Кестрел. Тогда обыгрывать их становилось сложнее.

    — Кестрел · книга
13. «

    — Кроме того, — продолжила девушка, — я бы не хотела упустить такуювозможность. Вы же знаете, что дворяне и губернаторы провинций заплатят чемугодно — услугами, информацией, золотом — ради того, чтобы получить лучшиеместа на свадьбе. Загадка того, что я надену, и какая музыка будет звучать, отвлечет внимание империи. Никто не заметит, если вы примете политическоерешение, которое бы в ином случае повергло тысячи людей в ярость. На вашемместе я бы не стала торопить свадьбу, а воспользовалась всеми выгодамипродолжительной помолвки.

    — Кроме того, — продолжила девушка, — я бы не хотела упустить такуювозможность. Вы же знаете, что дворяне и губернаторы провинций заплатят чемугодно — услугами, информацией, золотом — ради того, чтобы получить лучшиеместа на свадьбе. Загадка того, что я надену, и какая музыка будет звучать, отвлечет внимание империи. Никто не заметит, если вы примете политическоерешение, которое бы в ином случае повергло тысячи людей в ярость. На вашемместе я бы не стала торопить свадьбу, а воспользовалась всеми выгодамипродолжительной помолвки.

    — Кестрел · книга
14. «

    — Это просто волосы, — сказала Сарсин. — Они отрастут. — Да, — ответил Арин. — Но не все можно вернуть.

    — Это просто волосы, — сказала Сарсин. — Они отрастут. — Да, — ответил Арин. — Но не все можно вернуть.

    — Сарсин · книга
15. «

    — Хорошо. Прошлое в прошлом, не так ли? — Да.

    — Хорошо. Прошлое в прошлом, не так ли? — Да.

    — Преступление победителя · книга
16. «

    — Ты знаешь, как играть в «Клык и Жало»? — спросила она. — Возможно. — Либо ты знаешь, либо нет. — В любом случае это не имеет значения. Кестрел нетерпеливо вздохнула. — И почему же? Его зубы сверкнули в неярком вечернем свете. — Потому что ты не захочешь играть со мной.

    — Ты знаешь, как играть в «Клык и Жало»? — спросила она. — Возможно. — Либо ты знаешь, либо нет. — В любом случае это не имеет значения. Кестрел нетерпеливо вздохнула. — И почему же? Его зубы сверкнули в неярком вечернем свете. — Потому что ты не захочешь играть со мной.

    — Кестрел · книга
17. «

    Похоже, мы оба не стали теми, кем должны были стать по ожиданиям других.

    Похоже, мы оба не стали теми, кем должны были стать по ожиданиям других.

    — Кестрел · книга
18. «

    — Давай будем играть на что-нибудь другое. Кестрел не убрала руку с крышки коробочки. Она снова задалась вопросом, что он мог предложить ей, что мог поставить, и ничего не смогла придумать. Арин сказал: — Если я выиграю, то задам вопрос, и ты ответишь на него. Она ощутила нервную дрожь. — Я могу солгать. Люди лгут. — Я готов рискнуть этим.

    — Давай будем играть на что-нибудь другое. Кестрел не убрала руку с крышки коробочки. Она снова задалась вопросом, что он мог предложить ей, что мог поставить, и ничего не смогла придумать. Арин сказал: — Если я выиграю, то задам вопрос, и ты ответишь на него. Она ощутила нервную дрожь. — Я могу солгать. Люди лгут. — Я готов рискнуть этим.

    — Кестрел · книга
19. «

    Еще одна хищная птица с острым клювом взлетела на зубчатую стену и уставилась на Арина, наклонив голову. Ее когти крепко держались за камень. Перья покрывало кружево снега. Послание, которое принес этот ястреб, было кратким. «Арин, впусти меня. Кестрел».

    Еще одна хищная птица с острым клювом взлетела на зубчатую стену и уставилась на Арина, наклонив голову. Ее когти крепко держались за камень. Перья покрывало кружево снега. Послание, которое принес этот ястреб, было кратким. «Арин, впусти меня. Кестрел».

    — Поцелуй победителя · книга
20. «

    Когда она закрыла глаза, то вспомнила кое-что, что в детстве ей часто говорил отец и даже сейчас повторял солдатам перед сражением: — Грезы не принесут тебе вреда.

    Когда она закрыла глаза, то вспомнила кое-что, что в детстве ей часто говорил отец и даже сейчас повторял солдатам перед сражением: — Грезы не принесут тебе вреда.

    — Поцелуй победителя · книга