139 цитат Марины Цветаевы, которые захочется сохранить

Подборка из 139 цитат Марины Цветаевы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мы с тобою лишь два отголоска: Ты затихнул, и я замолчу. Мы когда-то с покорностью воска Отдались роковому лучу.

   Мы с тобою лишь два отголоска: Ты затихнул, и я замолчу. Мы когда-то с покорностью воска Отдались роковому лучу.
2. «

   Умирая, не скажу: была. И не жаль, и не ищу виновных. Есть на свете поважней дела Страстных бурь и подвигов любовных.

   Умирая, не скажу: была. И не жаль, и не ищу виновных. Есть на свете поважней дела Страстных бурь и подвигов любовных.
3. «

   Мужчины не привыкли к боли,— как животные. Когда им больно, у них сразу такие глаза, что всё что угодно сделаешь, только бы перестали.

   Мужчины не привыкли к боли,— как животные. Когда им больно, у них сразу такие глаза, что всё что угодно сделаешь, только бы перестали.
4. «

   Если бы Вы сейчас вошли и сказали: «Я уезжаю надолго, навсегда», — или: «Мне кажется, я Вас больше не люблю», — я бы, кажется, не почувствовала ничего нового: каждый раз, когда Вы уезжаете, каждый час, когда Вас нет — Вас нет навсегда и Вы меня не любите.

   Если бы Вы сейчас вошли и сказали: «Я уезжаю надолго, навсегда», — или: «Мне кажется, я Вас больше не люблю», — я бы, кажется, не почувствовала ничего нового: каждый раз, когда Вы уезжаете, каждый час, когда Вас нет — Вас нет навсегда и Вы меня не любите.
5. «

   Есть тела, удивительно похожие на душу.

   Есть тела, удивительно похожие на душу.
6. «

   Сверхбессмысленнейшее слово: Расстаемся. — Одна из ста? Просто слово в четыре слога, За которыми пустота.

   Сверхбессмысленнейшее слово: Расстаемся. — Одна из ста? Просто слово в четыре слога, За которыми пустота.
7. «

   Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес...

   Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес...
8. «

   Слушай и помни: всякий, кто смеется над бедой другого, — дурак или негодяй; чаще всего — и то, и другое. Когда человек попадает впросак — это не смешно; когда человека обливают помоями — это не смешно; когда человеку подставляют подножку — это не смешно; когда человека бьют по лицу — это подло. Такой смех — грех.

   Слушай и помни: всякий, кто смеется над бедой другого, — дурак или негодяй; чаще всего — и то, и другое. Когда человек попадает впросак — это не смешно; когда человека обливают помоями — это не смешно; когда человеку подставляют подножку — это не смешно; когда человека бьют по лицу — это подло. Такой смех — грех.
9. «

   Я жду того, кто первый Поймет меня, как надо — И выстрелит в упор.

   Я жду того, кто первый Поймет меня, как надо — И выстрелит в упор.
10. «

    По ночам все комнаты черны, Каждый голос темен по ночам все красавицы земной страны Одинаково-невинно-неверны.

    По ночам все комнаты черны, Каждый голос темен по ночам все красавицы земной страны Одинаково-невинно-неверны.
11. «

    Предательство уже указывает на любовь. Нельзя предать знакомого.

    Предательство уже указывает на любовь. Нельзя предать знакомого.
12. «

    Вы когда-нибудь думали, что вот сейчас, в эту самую минуту, в эту самую сию-минуточку, где-то, в портовом городе, может быть на каком-нибудь острове, всходит на корабль — тот, кого вы могли бы любить? А может быть — сходит с корабля — у меня это почему-то всегда матрос, вообще моряк, офицер или матрос — все равно... сходит с корабля и бродит по городу и ищет вас, которая здесь, в Борисоглебском переулке. А может быть, просто проходит по Третьей Мещанской (сейчас в Москве ужасно много матросов, вы заметили? За пять минут — все глаза растеряешь!), но Третья Мещанская, это так же далеко от Борисоглебского переулка, как Сингапур... (....) И самое ужасное, Марина, что городов и островов много, полный земной шар! — и что на каждой точке этого земного шара — потому что шар только на вид такой маленький и точка только на вид — точка — тысячи, тысячи тех, кого я могла бы любить...

    Вы когда-нибудь думали, что вот сейчас, в эту самую минуту, в эту самую сию-минуточку, где-то, в портовом городе, может быть на каком-нибудь острове, всходит на корабль — тот, кого вы могли бы любить? А может быть — сходит с корабля — у меня это почему-то всегда матрос, вообще моряк, офицер или матрос — все равно... сходит с корабля и бродит по городу и ищет вас, которая здесь, в Борисоглебском переулке. А может быть, просто проходит по Третьей Мещанской (сейчас в Москве ужасно много матросов, вы заметили? За пять минут — все глаза растеряешь!), но Третья Мещанская, это так же далеко от Борисоглебского переулка, как Сингапур... (....) И самое ужасное, Марина, что городов и островов много, полный земной шар! — и что на каждой точке этого земного шара — потому что шар только на вид такой маленький и точка только на вид — точка — тысячи, тысячи тех, кого я могла бы любить...

    — Сонечка · книга
13. «

    Человеческая беседа — одно из самых глубоких и тонких наслаждений в жизни: отдаёшь самое лучшее — душу, берёшь то же взамен, и всё это легко, без трудности и требовательности любви.

    Человеческая беседа — одно из самых глубоких и тонких наслаждений в жизни: отдаёшь самое лучшее — душу, берёшь то же взамен, и всё это легко, без трудности и требовательности любви.
14. «

    «Стерпится — слюбится». Люблю эту фразу, только наоборот.

    «Стерпится — слюбится». Люблю эту фразу, только наоборот.
15. «

    Раньше всё, что я любила, называлось — я, теперь — вы. Но оно всё то же.

    Раньше всё, что я любила, называлось — я, теперь — вы. Но оно всё то же.
16. «

    Думали — человек! И умереть заставили. Умер теперь. Навек. — Плачьте о мёртвом ангеле!

    Думали — человек! И умереть заставили. Умер теперь. Навек. — Плачьте о мёртвом ангеле!
17. «

    Я живу, как другие танцуют: до упоения — до головокружения — до тошноты!

    Я живу, как другие танцуют: до упоения — до головокружения — до тошноты!
18. «

    Две возможности биографии человека: по снам, которые он видит сам, и по снам, которые о нем видят другие.

    Две возможности биографии человека: по снам, которые он видит сам, и по снам, которые о нем видят другие.
19. «

    Все мои «никогда» отпадают, как гнилые ветки.

    Все мои «никогда» отпадают, как гнилые ветки.
20. «

    Моим стихам, написанным так рано, Что и не знала я, что я — поэт, Сорвавшимся, как брызги из фонтана, Как искры из ракет,

    Моим стихам, написанным так рано, Что и не знала я, что я — поэт, Сорвавшимся, как брызги из фонтана, Как искры из ракет,