Марина Цветаева

Влюбляешься ведь только в чужое, родное — любишь.

«Я буду любить тебя всё лето», — это звучит куда убедительней, чем «всю жизнь» и — главное — куда дольше!

Шутим, шутим, а тоска всё растёт, растёт...

Если у Вас за спиной кричат «Дурак!», то это не повод оглядываться.

Мне плохо с людьми, потому что они мешают мне слушать мою душу или просто тишину.

Женщины говорят о любви и молчат о любовниках, мужчины — обратно.

Что можешь знать ты обо мне, Раз ты со мной не спал и не пил?

Человечески любить мы можем иногда десятерых, любовно — много — двух. Нечеловечески — всегда одного...

Сверхбессмысленнейшее слово: Расстаемся. — Одна из ста? Просто слово в четыре слога, За которыми пустота.

Наши лучшие слова — интонации.

Громким смехом не скроешь дикой боли.

Я Вас больше не люблю. Ничего не случилось, — жизнь случилась. Я не думаю о Вас ни утром, просыпаясь, ни ночью, засыпая, ни на улице, ни под музыку, — никогда.

Здесь я не нужна, там — невозможна.

Крылья — свобода, только когда раскрыты в полёте, за спиной они — тяжесть.

Мы с тобою лишь два отголоска: Ты затихнул, и я замолчу. Мы когда-то с покорностью воска Отдались роковому лучу.

Никто ничего не отнял! Мне сладостно, что мы врозь. Целую Вас — через сотни Разъединяющих верст.