481 цитата Марины Цветаевы о жизни и людях

Подборка из 481 цитата Марины Цветаевы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   И, прильнув устами к чаше, Пей до дна. И на дне увидишь наши Имена.

   И, прильнув устами к чаше, Пей до дна. И на дне увидишь наши Имена.
2. «

   Прав в любви тот, кто более виноват.

   Прав в любви тот, кто более виноват.
3. «

   Любить только женщин (женщине) или только мужчин (мужчине), заведомо исключая обычное обратное — какая жуть! А только женщин (мужчине) или только мужчин (женщине), заведомо исключая необычное родное — какая скука!

   Любить только женщин (женщине) или только мужчин (мужчине), заведомо исключая обычное обратное — какая жуть! А только женщин (мужчине) или только мужчин (женщине), заведомо исключая необычное родное — какая скука!
4. «

   Я не влюблена в себя, я влюблена в эту работу: слушание. Если бы другой так же дал мне слушать себя, как я сама даю (так же дался мне, как я сама даюсь), я бы так же слушала другого. О других мне остается только одно: гадать.

   Я не влюблена в себя, я влюблена в эту работу: слушание. Если бы другой так же дал мне слушать себя, как я сама даю (так же дался мне, как я сама даюсь), я бы так же слушала другого. О других мне остается только одно: гадать.

   — Земные приметы · книга
5. «

   Влюбляешься ведь только в чужое, родное — любишь.

   Влюбляешься ведь только в чужое, родное — любишь.
6. «

   Когда меня не душит злоба На Кайзера взлетевший ус, Когда в влюбленности до гроба Тебе, Германия, клянусь.

   Когда меня не душит злоба На Кайзера взлетевший ус, Когда в влюбленности до гроба Тебе, Германия, клянусь.
7. «

   Каждый стих — дитя любви, Нищий незаконнорожденный. Первенец — у колеи На поклон ветрам — положенный.

   Каждый стих — дитя любви, Нищий незаконнорожденный. Первенец — у колеи На поклон ветрам — положенный.
8. «

   Я Вас люблю всю жизнь и каждый час. Но мне не надо Ваших губ и глаз. Всё началось — и кончилось — без Вас.

   Я Вас люблю всю жизнь и каждый час. Но мне не надо Ваших губ и глаз. Всё началось — и кончилось — без Вас.
9. «

   Сверхбессмысленнейшее слово: Расстаемся. — Одна из ста? Просто слово в четыре слога, За которыми пустота.

   Сверхбессмысленнейшее слово: Расстаемся. — Одна из ста? Просто слово в четыре слога, За которыми пустота.
10. «

    Ты мне насквозь родной, такой же страшно, жутко родной, как я сама, без всякого уюта, как горы. (Это не объяснение в любви, а объяснение в судьбе).

    Ты мне насквозь родной, такой же страшно, жутко родной, как я сама, без всякого уюта, как горы. (Это не объяснение в любви, а объяснение в судьбе).

    — Борис Леонидович Пастернак · книга
11. «

    Голос — между нами — единственная достоверность. Когда я долго Вас не слышу, Вы перестаете быть.

    Голос — между нами — единственная достоверность. Когда я долго Вас не слышу, Вы перестаете быть.

    — Тетрадь первая · книга
12. «

    Если бы всё то, что я отдаю мёртвым на бумаге, я отдавала бы живым в жизни, я была бы безобразна (упорствую!) и сама просила бы посадить меня в сумасшедший дом.

    Если бы всё то, что я отдаю мёртвым на бумаге, я отдавала бы живым в жизни, я была бы безобразна (упорствую!) и сама просила бы посадить меня в сумасшедший дом.
13. «

    Уметь всё сказать — и не разжать губ. Всё уметь дать — и не разжать руки. Это — отказ, который <...> является главной движущей силой моих поступков. Силой? — Отказ? Да, потому что подавление энергии требует бесконечно большего усилия, чем ее свободное проявление — для которого вообще не нужно усилий. <...> Что трудней: сдержать лошадь или пустить её вскачь? И — поскольку лошадь, которую мы сдерживаем, — мы сами, — что мучительней: держать себя в узде или разнуздать свои силы?

    Уметь всё сказать — и не разжать губ. Всё уметь дать — и не разжать руки. Это — отказ, который <...> является главной движущей силой моих поступков. Силой? — Отказ? Да, потому что подавление энергии требует бесконечно большего усилия, чем ее свободное проявление — для которого вообще не нужно усилий. <...> Что трудней: сдержать лошадь или пустить её вскачь? И — поскольку лошадь, которую мы сдерживаем, — мы сами, — что мучительней: держать себя в узде или разнуздать свои силы?
14. «

    Солнце — одно, а шагает по всем городам. Солнце — моё. Я его никому не отдам.

    Солнце — одно, а шагает по всем городам. Солнце — моё. Я его никому не отдам.
15. «

    Совесть. Одни носят её ремнём вокруг пояса (нажрутся и распустят.) Другим она — петлёй на шее.

    Совесть. Одни носят её ремнём вокруг пояса (нажрутся и распустят.) Другим она — петлёй на шее.
16. «

    Я не могу не думать о своём, поэтому я не могу служить.

    Я не могу не думать о своём, поэтому я не могу служить.
17. «

    Ты мне, Борис, нужен как пропасть, как прорва, чтобы было куда бросить и не слышать дна. <...> Чтобы было куда любить. Я не могу (ТАК) любить не поэта.

    Ты мне, Борис, нужен как пропасть, как прорва, чтобы было куда бросить и не слышать дна. <...> Чтобы было куда любить. Я не могу (ТАК) любить не поэта.

    — Борис Леонидович Пастернак · книга
18. «

    Еврейская девушка — меж невест — Что роза среди ракит! И старый серебряный дедов крест Сменен на Давидов щит.

    Еврейская девушка — меж невест — Что роза среди ракит! И старый серебряный дедов крест Сменен на Давидов щит.
19. «

    Никто ничего не отнял! Мне сладостно, что мы врозь. Целую Вас — через сотни Разъединяющих верст.

    Никто ничего не отнял! Мне сладостно, что мы врозь. Целую Вас — через сотни Разъединяющих верст.
20. «

    Так, в...... Москве погребённая заживо, Наблюдаю с усмешкою тонкой, Как меня — даже ты, что три года охаживал! — Обходить научился сторонкой.

    Так, в...... Москве погребённая заживо, Наблюдаю с усмешкою тонкой, Как меня — даже ты, что три года охаживал! — Обходить научился сторонкой.