592 цитаты Марины Цветаевы, которые стоит перечитать

Подборка из 592 цитаты Марины Цветаевы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Как правая и левая рука, Твоя душа моей душе близка.

   Как правая и левая рука, Твоя душа моей душе близка.
2. «

   Единственный выход в старости — ведьма. Не бабушка, а бабка.

   Единственный выход в старости — ведьма. Не бабушка, а бабка.
3. «

   Целовалась с нищим, с вором, с горбачом, Со всей каторгой гуляла — нипочём! Алых губ своих отказом не тружу, - Прокажённый подойди — не откажу!

   Целовалась с нищим, с вором, с горбачом, Со всей каторгой гуляла — нипочём! Алых губ своих отказом не тружу, - Прокажённый подойди — не откажу!
4. «

   И взглянул, как в первые раза Не глядят. Чёрные глаза глотнули взгляд.

   И взглянул, как в первые раза Не глядят. Чёрные глаза глотнули взгляд.
5. «

   Пишу Вам в райское утро: ни единого облачка, солнце заливает лоб и стол, щурюсь и жмурюсь как кошка. Такая погода у нас стоит уже несколько дней, ничего не хочется делать. Осень, уходя, точно задумалась, оглянулась назад на лето и никак не может повернуться к зиме. Меня такие дни растравляют, как всякая незаслуженная доброта.

   Пишу Вам в райское утро: ни единого облачка, солнце заливает лоб и стол, щурюсь и жмурюсь как кошка. Такая погода у нас стоит уже несколько дней, ничего не хочется делать. Осень, уходя, точно задумалась, оглянулась назад на лето и никак не может повернуться к зиме. Меня такие дни растравляют, как всякая незаслуженная доброта.
6. «

   Родина не есть условность территории, а непреложность памяти и крови. Не быть в России, забыть её — может бояться лишь тот, кто Россию мыслит вне себя. В ком она внутри, — тот потеряет её вместе с жизнью. Моя родина везде, где есть письменный стол, окно и дерево под этим окном.

   Родина не есть условность территории, а непреложность памяти и крови. Не быть в России, забыть её — может бояться лишь тот, кто Россию мыслит вне себя. В ком она внутри, — тот потеряет её вместе с жизнью. Моя родина везде, где есть письменный стол, окно и дерево под этим окном.
7. «

   Я знаю, что я вам необходима, иначе не были бы мне необходимы — Вы.

   Я знаю, что я вам необходима, иначе не были бы мне необходимы — Вы.
8. «

   Вам удалось то, чего не удавалось до сих пор никому: оторвать меня не от: себя (отрывал всякий), а от: своего.

   Вам удалось то, чего не удавалось до сих пор никому: оторвать меня не от: себя (отрывал всякий), а от: своего.
9. «

   Я Вас люблю всю жизнь и каждый час. Но мне не надо Ваших губ и глаз. Всё началось — и кончилось — без Вас.

   Я Вас люблю всю жизнь и каждый час. Но мне не надо Ваших губ и глаз. Всё началось — и кончилось — без Вас.
10. «

    В чём грех мой? Что в церкви слезам не учусь, Смеясь наяву и во сне? Поверь мне: я смехом от боли лечусь, Но в смехе не радостно мне!

    В чём грех мой? Что в церкви слезам не учусь, Смеясь наяву и во сне? Поверь мне: я смехом от боли лечусь, Но в смехе не радостно мне!
11. «

    Спасибо Вам и сердцем и рукой За то, что Вы меня – не зная сами! – Так любите: за мой ночной покой, За редкость встреч закатными часами,

    Спасибо Вам и сердцем и рукой За то, что Вы меня – не зная сами! – Так любите: за мой ночной покой, За редкость встреч закатными часами,
12. «

    Я люблю две вещи: Вас — и Любовь.

    Я люблю две вещи: Вас — и Любовь.
13. «

    «Острых чувств» и «нужных мыслей» Мне от Бога не дано. Нужно петь, что всё темно, Что над миром сны нависли... — Так теперь заведено. — Этих чувств и этих мыслей Мне от Бога не дано!

    «Острых чувств» и «нужных мыслей» Мне от Бога не дано. Нужно петь, что всё темно, Что над миром сны нависли... — Так теперь заведено. — Этих чувств и этих мыслей Мне от Бога не дано!
14. «

    Когда рыжеволосый Самозванец Тебя схватил — ты не согнула плеч. Где спесь твоя, княгинюшка? — Румянец, Красавица? — Разумница, — где речь? Как Пётр-Царь, презрев закон сыновний, Позарился на голову твою - Боярыней Морозовой на дровнях Ты отвечала Русскому Царю. Не позабыли огненного пойла Буонапарта хладные уста. Не в первый раз в твоих соборах — стойла. Всё вынесут кремлевские бока! Гришка-Вор тебя не ополячил, Пётр-Царь тебя не онемечил. Что же делаешь, голубка? — Плачу. — Где же спесь твоя, Москва? — Далече. — Голубочки где твои? — Нет корму. — Кто унес его? — Да ворон чёрный. — Где кресты твои святые? — Сбиты. — Где сыны твои, Москва? — Убиты. Жидкий звон, постный звон. На все стороны — поклон. Крик младенца, рёв коровы. Слово дерзкое царёво. Плёток свист и снег в крови. Слово тёмное Любви. Голубиный рокот тихий. Чёрные глаза Стрельчихи.

    Когда рыжеволосый Самозванец Тебя схватил — ты не согнула плеч. Где спесь твоя, княгинюшка? — Румянец, Красавица? — Разумница, — где речь? Как Пётр-Царь, презрев закон сыновний, Позарился на голову твою - Боярыней Морозовой на дровнях Ты отвечала Русскому Царю. Не позабыли огненного пойла Буонапарта хладные уста. Не в первый раз в твоих соборах — стойла. Всё вынесут кремлевские бока! Гришка-Вор тебя не ополячил, Пётр-Царь тебя не онемечил. Что же делаешь, голубка? — Плачу. — Где же спесь твоя, Москва? — Далече. — Голубочки где твои? — Нет корму. — Кто унес его? — Да ворон чёрный. — Где кресты твои святые? — Сбиты. — Где сыны твои, Москва? — Убиты. Жидкий звон, постный звон. На все стороны — поклон. Крик младенца, рёв коровы. Слово дерзкое царёво. Плёток свист и снег в крови. Слово тёмное Любви. Голубиный рокот тихий. Чёрные глаза Стрельчихи.
15. «

    Жизнь — вокзал... жизнь есть место, где жить нельзя.

    Жизнь — вокзал... жизнь есть место, где жить нельзя.
16. «

    От избытка сердца целуют уста ваши.

    От избытка сердца целуют уста ваши.

    — Повесть о Сонечке · книга
17. «

    Если бы Вы сейчас вошли и сказали: «Я уезжаю надолго, навсегда», — или: «Мне кажется, я Вас больше не люблю», — я бы, кажется, не почувствовала ничего нового: каждый раз, когда Вы уезжаете, каждый час, когда Вас нет — Вас нет навсегда и Вы меня не любите.

    Если бы Вы сейчас вошли и сказали: «Я уезжаю надолго, навсегда», — или: «Мне кажется, я Вас больше не люблю», — я бы, кажется, не почувствовала ничего нового: каждый раз, когда Вы уезжаете, каждый час, когда Вас нет — Вас нет навсегда и Вы меня не любите.
18. «

    Что такое исповедь? Хвалиться своими пороками! Кто мог бы говорить о своих муках без упоения, то есть счастья?!

    Что такое исповедь? Хвалиться своими пороками! Кто мог бы говорить о своих муках без упоения, то есть счастья?!
19. «

    В моих чувствах, как в детских, нет степеней.

    В моих чувствах, как в детских, нет степеней.
20. «

    Белизну я воспринимаю не как отсутствие цвета, а как присутствие.

    Белизну я воспринимаю не как отсутствие цвета, а как присутствие.