Топ-91 цитата Марины и Сергея Дяченко

Марина и Сергей Дяченко — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 91 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Кович сидел к ней боком, хмурый, какой-то жалкий, будто горный орел, который вообще-то могуч, но вот в данный конкретный момент устал и болен...

   Кович сидел к ней боком, хмурый, какой-то жалкий, будто горный орел, который вообще-то могуч, но вот в данный конкретный момент устал и болен...

   — Пещера · книга
2. «

   О жизни нельзя думать слишком усиленно — пропадёт охота жить.

   О жизни нельзя думать слишком усиленно — пропадёт охота жить.

   — Клавдий · книга
3. «

   Только тот, кто добр, храбр, умеет сочувствовать...

   Только тот, кто добр, храбр, умеет сочувствовать...

   — Долина совести · книга
4. «

   Любопытство — первейшее человеческое свойство, очень опасное. Очень полезное. Индикатор нормы.

   Любопытство — первейшее человеческое свойство, очень опасное. Очень полезное. Индикатор нормы.

   — Мигрант, или Brevi Finietur · книга
5. «

   Да, подумал Игар. Это тёща из тёщ. Это воплощённая тёща. Это твоя тёща, дурак.

   Да, подумал Игар. Это тёща из тёщ. Это воплощённая тёща. Это твоя тёща, дурак.

   — Скрут · книга
6. «

   Люди живут, как во сне, сказал старый Маяк. Живут, не задумываясь ни о прошлом, ни о будущем, ни о себе. Сами-то они верят, что задумываются, но на самом деле их мысли – всего лишь смутные чувства. Они чувствуют о будущем и о себе, но не видят ни прожилок на траве под ногами, ни узора снежинки на рукаве. А ведь для того, чтобы думать, нужно замечать мелочи.

   Люди живут, как во сне, сказал старый Маяк. Живут, не задумываясь ни о прошлом, ни о будущем, ни о себе. Сами-то они верят, что задумываются, но на самом деле их мысли – всего лишь смутные чувства. Они чувствуют о будущем и о себе, но не видят ни прожилок на траве под ногами, ни узора снежинки на рукаве. А ведь для того, чтобы думать, нужно замечать мелочи.

   — Медный Король · книга
7. «

   Солнце — пастух без стада. Утром — золото, вечером — медь. И кажется, будто не надо Ни вспоминать, ни жалеть.

   Солнце — пастух без стада. Утром — золото, вечером — медь. И кажется, будто не надо Ни вспоминать, ни жалеть.

   — Арм-Анн · книга
8. «

   Полуденный воздух дрожит, И море зевает в скалах. Здравствуй, тоска.

   Полуденный воздух дрожит, И море зевает в скалах. Здравствуй, тоска.

   — Арм-Анн · книга
9. «

   Жизнь слишком грустна сама по себе, чтобы читать романы с плохим концом...

   Жизнь слишком грустна сама по себе, чтобы читать романы с плохим концом...

   — Последний Дон Кихот · книга
10. «

    Оказывается, можно не только говорить сквозь зубы – некоторые ухитряются сквозь зубы думать…

    Оказывается, можно не только говорить сквозь зубы – некоторые ухитряются сквозь зубы думать…

    — Долина совести · книга
11. «

    Развивайся сознательно и твори свободно. Человек приходит к Пандему за счастьем, и уходит обиженным, когда ему отказывают. Природа человека заточено под мир, полный боли. Преодолевая боль, человек может подняться до гигантских высот. Высот духа.

    Развивайся сознательно и твори свободно. Человек приходит к Пандему за счастьем, и уходит обиженным, когда ему отказывают. Природа человека заточено под мир, полный боли. Преодолевая боль, человек может подняться до гигантских высот. Высот духа.

    — Пандем · книга
12. «

    ... потому что жизнь здорово похожа на указатель, мирно поскрипывающий над твоей головой. Вот ты свернул направо; вот другой-ты остановился, размышляя, и тоже свернул направо, но отстал от первого-тебя, а другой-другой-ты тем временем шёл, никуда не сворачивая, и вот они расходятся всё дальше и дальше, твои дороги, а ты беспомощно мечешься, пытаясь из множества других-себя выловить себя-настоящего...

    ... потому что жизнь здорово похожа на указатель, мирно поскрипывающий над твоей головой. Вот ты свернул направо; вот другой-ты остановился, размышляя, и тоже свернул направо, но отстал от первого-тебя, а другой-другой-ты тем временем шёл, никуда не сворачивая, и вот они расходятся всё дальше и дальше, твои дороги, а ты беспомощно мечешься, пытаясь из множества других-себя выловить себя-настоящего...

    — Скрут · книга
13. «

    Мира, каким вы его видите, не существует. Каким вы его воображаете — не существует и в помине. Некоторые вещи кажутся вам очевидными, а их просто нет.

    Мира, каким вы его видите, не существует. Каким вы его воображаете — не существует и в помине. Некоторые вещи кажутся вам очевидными, а их просто нет.

    — Vita Nostra · книга
14. «

    Даже придуманная история способна стать явью — в придуманном мире. И разметать взрывом придуманных людей через придуманные шестьдесят минут...

    Даже придуманная история способна стать явью — в придуманном мире. И разметать взрывом придуманных людей через придуманные шестьдесят минут...

    — Ивга · книга
15. «

    Амплитуда внутренней жизни. От эйфории к отчаянию и обратно. Неисправимого не бывает. Непоправимого не случается. Это опыт, это внутренняя жизнь, падая и поднимаясь, ты растешь...

    Амплитуда внутренней жизни. От эйфории к отчаянию и обратно. Неисправимого не бывает. Непоправимого не случается. Это опыт, это внутренняя жизнь, падая и поднимаясь, ты растешь...

    — Пандем · книга
16. «

    Дело не в страхе, — сказал себе Крокодил. — Дело в том, ради чего его преодолеваешь. Я преодолел страх смерти, потому что есть вещи важнее, чем моя жизнь. Аира преодолел страх ошибки, потому что есть вещи ценнее, чем его правота.

    Дело не в страхе, — сказал себе Крокодил. — Дело в том, ради чего его преодолеваешь. Я преодолел страх смерти, потому что есть вещи важнее, чем моя жизнь. Аира преодолел страх ошибки, потому что есть вещи ценнее, чем его правота.

    — Мигрант, или Brevi Finietur · книга
17. «

    Через сотни ночей к последнему утру тянусь. Не зови меня. Я и без зова Явлюсь.

    Через сотни ночей к последнему утру тянусь. Не зови меня. Я и без зова Явлюсь.

    — Арм-Анн · книга
18. «

    Счастье – то, что чувствует любой человек, совпавший со своим предназначением.

    Счастье – то, что чувствует любой человек, совпавший со своим предназначением.

    — Vita Nostra · книга
19. «

    И, встретившись с ними взглядом, Сашка всей кожей ощутила то, что до нее много раз понимали другие. Существу безразлично, что ее кто-то любит. И что она кого-то любит. И что у нее было детство, и она плескалась в море; и что у нее на старом вязаном свитере вышит олень. Много было таких, кем-то любимых, носивших в кармане ракушку или пуговицу, или черно-белую фотографию; никого не спасли ничьи воспоминания, никого не защитили слова и клятвы, и те, кого очень любили, умерли тоже.

    И, встретившись с ними взглядом, Сашка всей кожей ощутила то, что до нее много раз понимали другие. Существу безразлично, что ее кто-то любит. И что она кого-то любит. И что у нее было детство, и она плескалась в море; и что у нее на старом вязаном свитере вышит олень. Много было таких, кем-то любимых, носивших в кармане ракушку или пуговицу, или черно-белую фотографию; никого не спасли ничьи воспоминания, никого не защитили слова и клятвы, и те, кого очень любили, умерли тоже.

    — Vita Nostra · книга
20. «

    Если ты всего лишь немного сумасшедший — это же обычное дело!

    Если ты всего лишь немного сумасшедший — это же обычное дело!

    — Даша Лебедева · книга