Марина Степнова — 16 цитат с глубоким смыслом

Марина Степнова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 16 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Счастье — это родные, горячие руки, которые никогда тебя не выпустят, не уронят, даже если перевернулся весь мир.

   Счастье — это родные, горячие руки, которые никогда тебя не выпустят, не уронят, даже если перевернулся весь мир.

   — Женщины Лазаря · книга
2. «

   Рожать дело хоть и добровольное, но тягомотно долгое.

   Рожать дело хоть и добровольное, но тягомотно долгое.

   — Хирург · книга
3. «

   Огарев, слава богу, взрослый уже, не питающий напрасных иллюзий, изумлялся, как могут тысячи и тысячи людей не понимать, сколько достоинства в молчании.

   Огарев, слава богу, взрослый уже, не питающий напрасных иллюзий, изумлялся, как могут тысячи и тысячи людей не понимать, сколько достоинства в молчании.

   — Безбожный переулок · книга
4. «

   Это было волшебное время — время семи небес, семи земель, семи планет, семи цветов, семи металлов и семи звуков.

   Это было волшебное время — время семи небес, семи земель, семи планет, семи цветов, семи металлов и семи звуков.

   — Хирург · книга
5. «

   Хасан знал, что каждую душу придется протрясти сквозь самое частое сито, пропустить сквозь самые мелкие ножи, чтобы потом никогда не вспоминать о получившемся человеческом фарше. И никогда не сомневаться в том, что из него можно вылепить все, что угодно. Ему угодно.

   Хасан знал, что каждую душу придется протрясти сквозь самое частое сито, пропустить сквозь самые мелкие ножи, чтобы потом никогда не вспоминать о получившемся человеческом фарше. И никогда не сомневаться в том, что из него можно вылепить все, что угодно. Ему угодно.

   — Хирург · книга
6. «

   Редкая муха успевала пролететь между хрипуновским «захотел» и хрипуновским «сделал».

   Редкая муха успевала пролететь между хрипуновским «захотел» и хрипуновским «сделал».

   — Хирург · книга
7. «

   Читать. Лежа, сидя, стоя. За столом. В туалете. Ты выйдешь, наконец, или нет? Веревку, что ли, проглотил?! В троллейбусе, вися на поручне. В метро, спиной к дрожащей, стремительной стене. Вообще читать – значило жить.

   Читать. Лежа, сидя, стоя. За столом. В туалете. Ты выйдешь, наконец, или нет? Веревку, что ли, проглотил?! В троллейбусе, вися на поручне. В метро, спиной к дрожащей, стремительной стене. Вообще читать – значило жить.

   — Безбожный переулок · книга
8. «

   Квартира, уже бессердечно позабывшая своих прежних евреев, дохнула ей в лицо молчаливым, инфернальным ужасом одинокого похмелья.

   Квартира, уже бессердечно позабывшая своих прежних евреев, дохнула ей в лицо молчаливым, инфернальным ужасом одинокого похмелья.

   — Хирург · книга
9. «

   Она стала похожа на карикатурную шлюшку из советского журнала «Крокодил».

   Она стала похожа на карикатурную шлюшку из советского журнала «Крокодил».

   — Хирург · книга
10. «

    С понедельника по пятницу они, как и положено добропорядочным гражданам, впрягались в унылую узду, чтобы шаг за шагом тянуть свою до отказа груженную жизнь по направлению к неминуемой смерти.

    С понедельника по пятницу они, как и положено добропорядочным гражданам, впрягались в унылую узду, чтобы шаг за шагом тянуть свою до отказа груженную жизнь по направлению к неминуемой смерти.

    — Безбожный переулок · книга
11. «

    ... Богу никогда не было жаль времени на мелочи, тонкую подгонку деталей, на милые, Ему одному заметные пустяки. Чего стоила только эволюция, боже мой, – вот уж трудно найти более неопровержимый аргумент, доказывающий существование Бога. Эта видимая любому естественнику прекрасная кропотливая работа – однокамерное сердце, двухкамерное, трехкамерное, наконец, четырехкамерное – а вот это я здорово придумал, хорошая идея, попробуем-ка повертеть еще немного и посмотрим, что получится. Привет, крокодил! Именно на твоем сердце я тренировался, создавая первого человека. Просторный верстак, миллионы лет изумительно точной работы, приятная ломота в плечах, шершавые пальцы, тихая гордость ремесленника и профессионала.

    ... Богу никогда не было жаль времени на мелочи, тонкую подгонку деталей, на милые, Ему одному заметные пустяки. Чего стоила только эволюция, боже мой, – вот уж трудно найти более неопровержимый аргумент, доказывающий существование Бога. Эта видимая любому естественнику прекрасная кропотливая работа – однокамерное сердце, двухкамерное, трехкамерное, наконец, четырехкамерное – а вот это я здорово придумал, хорошая идея, попробуем-ка повертеть еще немного и посмотрим, что получится. Привет, крокодил! Именно на твоем сердце я тренировался, создавая первого человека. Просторный верстак, миллионы лет изумительно точной работы, приятная ломота в плечах, шершавые пальцы, тихая гордость ремесленника и профессионала.

    — Безбожный переулок · книга
12. «

    Словом, брехали так, что самим становилось стыдно.

    Словом, брехали так, что самим становилось стыдно.

    — Хирург · книга
13. «

    ... любить — не значит делать своим собственным. Любить можно и чужих, то есть — только чужих любить и следует, потому что так они становятся своими.

    ... любить — не значит делать своим собственным. Любить можно и чужих, то есть — только чужих любить и следует, потому что так они становятся своими.

    — Женщины Лазаря · книга
14. «

    В мире не было, да и не могло быть одиноких людей. Были только не опознавшие своих и оттого вынужденные мыкаться с чужими.

    В мире не было, да и не могло быть одиноких людей. Были только не опознавшие своих и оттого вынужденные мыкаться с чужими.

    — Женщины Лазаря · книга
15. «

    Не бояться смерти — ещё не значит хотеть умереть прямо сейчас.

    Не бояться смерти — ещё не значит хотеть умереть прямо сейчас.

    — Хирург · книга
16. «

    Неограниченно владеть тем, о чём мечтают все остальные, не только скучно, но и тяжело.

    Неограниченно владеть тем, о чём мечтают все остальные, не только скучно, но и тяжело.

    — Хирург · книга